Девять дней до весны - Наталья Андреева

Илья помнил, почему не состоялся банкет в честь его бракосочетания с Тамарой. До сих пор родственники на него косятся.

Людмила Георгиевна в ослепительном платье порхала среди гостей. Подошла и к старшей дочери. Улыбнулась Илье:

— Рада тебя видеть, Илюша. Очень рада. Похоже, у вас все наладилось?

Тамара приблизилась к матери и что-то шепнула ей на ухо. Людмила Георгиевна удивленно приподняла брови:

— Третий месяц? И ты только сейчас нашла время… Илюша, я тебя поздравляю.

«Меня?» — удивился он.

— Жаль, что еще трудно определить, какого пола родится ребенок. Но ничего. Мы найдем лучших врачей. — Как будто это поможет немедленно определить пол! И отчего Папа так зациклился на мальчике? — А рожать ты будешь за границей. Я думаю, что уместно будет сообщить об этом сегодня всей Семье. Ах, милая, какой замечательный подарок к нашему юбилею! Владик будет так рад!

И Мадам поцеловала дочь в щечку. Потом так же поздравила зятя. Потом вновь упорхнула к другим гостям. Илья чувствовал себя словно на каком-то карнавале. Подошла Лариса под руку со смазливым молодым человеком. С иронией сказала сестре:

— Я слышала сногсшибательную новость. И здесь ты меня опередила. Кто бы мог подумать! Такая маленькая, серенькая мышка, а… — И своему молодому человеку: — Пойди, принеси мне шампанского.

Когда тот отошел, прошипела:

— Не ожидала от тебя, Томочка. Не ожидала… И муж у тебя красавец, и наследника скоро родишь. Никогда не думала, что придет время и я буду тебе завидовать. Я буду завидовать тебе. — И она надменно взглянула на старшую сестру. — Видимо, ты лучше меня усвоила мамочкины уроки. Но погоди. Я…

Она неожиданно замолчала. Илья оглянулся: к ним шел Папа. Сам. Прежде чем пригласить гостей к столу, подошел к старшей дочери и зятю. И все это увидели. Видимо, Людмила Георгиевна успела шепнуть что-то мужу на ушко. Едва Папа подошел, как рядом возник официант с подносом. Словно повинуясь неведомой силе, Илья взял бокал с шампанским. Тамара и Лариса тоже. Папа поднял свой и, просияв, сказал:

— Ну это подарок так подарок! Поздравляю, молодые! А ты, парень, готовься в понедельник занять директорский кабинет. — И лукаво заметил: — А тебе, Томочка, шампанского-то пить не стоило бы. Хе-хе!

Чокнувшись с Папой, Илья шампанское из бокала все-таки отпил. Тот обладал магической силой подчинять себе людей. Не выпить сейчас с тестем значило подписать себе приговор. Но Илья уже догадался, что за кабинет ему предстоит занять. Где освободилась должность директора. И как освободилась. Ему стало не по себе.

— Гостей милости просим к столу! — широко развел руками Папа.

Илья невольно задержался, пока остальные, теснясь, шли к дверям в банкетный зал. Проходя мимо молодой пары, улыбались значительно и кивали: «Поздравляем!»

— Ты что, Илюша? — спросила Тамара.

Потом были поздравительные речи. Пили за некруглую, но оттого не менее значимую дату, за Семью, за Фирму и за будущего внука. Илья, который давно уже искал повода незаметно уйти, просто не мог этого сделать.

Он пил шампанское, потом водку, чувствуя, как все больше и больше пьянеет. А меж тем все время вспоминал, что случилось с Борисом. «Когда-нибудь и меня так…» Вспоминал дуэль, солнце над верхушками деревьев, пистолет в руке у Никиты. «Когда-нибудь и меня…»

— Ну вот, и закончилась эта неприятная история, — раздался рядом голос тестя.

— Совсем закончилась? — пьяно спросил он.

— Яну убил Борис. Из ревности. Заказал ее наемному убийце. А потом, в драке, случайно убил ее брата, который пытался отомстить за сестру.

— То есть… А винчестер?

— Какой винчестер? — Владислав Александрович сделал недоумевающее лицо. — Ничего не было.

— Но я же сам держал его…

— Тот парень, который выполнил заказ, вчера повесился. В камере. Не выдержал надругательства. — И Владислав Александрович притворно вздохнул. — Дело закрыто. А у тебя новая жизнь начинается. Цени.

И, похлопав зятя по плечу, отошел к другим гостям. Илья машинально налил себе еще водки. Тамара не пила, и окружающее понимающе ей улыбались. Мол, умная девочка, хочет родить здорового ребенка. Наконец Илья не выдержал. Шепнул на ухо жене:

— Ты сможешь вести машину?

— А что случилось?

— Я должен уйти.

— Куда?

— Должен.

Это было самое настоящее бегство. И он подозревал, что Папа этого никогда не простит…