Свои продают дороже - Ольга Некрасова

— Все же знают, что только ты любила его и он любил только тебя!

— А ты, Жора, — отмахиваясь от кровопийцы, кричала Вика, — ты его всегда на переводах обманывал!

Татьяна добавила своих слез к Викиным, к Викиной истерике свою, и они уже вдвоем напустились на Сохадзе. Тот спьяну стал искренне каяться, целовал второй змеежене руки, хватал с полок книги, тыкал пальцем, что-то доказывал, лез за словарями. Вика, ведущая в этой истерике, вырывала словари и швыряла ими в издателя.

Татьяна пропустила момент, когда вошел Викин Сергей. Еще красный с холода, не успев ни в чем разобраться, он положил перед ней свою газету с некрологом на первой полосе. В руке у него была вазочка с маслинами — успел выпить за помин. Сергей сказал что-то соболезнующее, и тут Вика, которая сделала техническую паузу, чтобы достать с полки словарь потолще, с грохотом швырнула его на пол С полминуты ее муж автоматически, как семечки, кидал в рот маслины и сплевывал косточки в кулак. Потом швырнул вазочку на пол, взял Вику за руку и повел через строй все понимающих «старых» и ничего не понимающих «новых» гостей. Рассыпавшиеся маслины выскакивали у него из-под ног, как кузнечики.

Татьяна вышла за супругами в прихожую. Встав перед Викой на колени, муж надевал на нее сапоги. Сашка с Игорем догадались закрыть их спинами от остальных гостей.

— Сейчас шубу найду, — кинулась рыться на вешалке Татьяна. Она чувствовала себя виноватой, сама не зная в чем. Негнущиеся, как у манекена, Викины руки цеплялись за подкладку и не попадали в рукава.

— Спасибо, я сам, — сказал Сергей и взял у Татьяны шубу. — Извини нас, Таня. Иди к гостям.

Накинув попавшееся под руку Сашкино штатское пальто, Татьяна вышла проводить их на улицу. Морозный воздух сразу схватил в корку слезы на щеках, в сапоге под пяткой кололась маслинная косточка.

— Иди к гостям, Таня! — с досадой повторил Сергей, уводя к машине одеревеневшую Вику.

У подъезда остановилась иномарка. Сергей, проходя мимо, кивком поздоровался с водителем. Татьяна обмерла: из иномарки вышел Дмитрий Савельев, ведущий ток-шоу «Криминальный интерес» и наследник Змея, о чем сам он едва ли догадывался. Безразлично взглянув на Татьяну, он скрылся в подъезде.

Войдя вслед за ним в подъезд, Татьяна услышала голос Игоря.

— Володя был веселый человек, — на всю лестницу разглагольствовал змееплемянник. — Сейчас, наверное, смотрит на нас оттуда и думает: без меня пьете, сволочи'.. Ладно, пойдем, Саня, клюкнем за помин души.

В пролет полетел окурок и упал у Татьяниных ног, сыпанув искрами.

— Я Таньку подожду, — сказал верный Татьянин брат, и тут Игорь взревел:

— Димочка, ты?! А я твой двоюродный брат Игорь!

Помнишь меня?

Димочка что-то вежливо Ответил брату.

— Ну конечно же, тебе было восемь лет! — загромыхал Игорь. — Ну пойдем, пойдем!

Бухнула железная дверь квартиры. Чувствуя себя сразу и шпионкой, и воровкой, и верной хранительницей памяти мужа, Татьяна на цыпочках взбежала по лестнице.

Сашка сидел на перилах, опасно раскачиваясь.

— Видела?

— А что делать? — пожала плечами Татьяна.

— Облизывать его, охмурять, нравиться. И ничего не давать! — постановил Сашка. — Иди, ты должна его встретить как хозяйка.

Она вошла в квартиру и застала момент, когда потерявший брата Игоря Димочка спрашивал у пришедшей с кем-то из братьев-писателей дамы, не она ли вдова Кадышева. Дама, которой, кстати, было под пятьдесят, кивнула Татьяне и начала:

— Она такая русская красавица, крупная…

Испепелив эту дуру взглядом, Татьяна подскочила к змеесыну:

— Дима, пойдемте в кабинет, там и разденетесь. Владимир Иванович о вас много рассказывал, передачи ваши мы смотрели каждую неделю. Знаете, вы сейчас вошли, а у меня такое чувство, как будто вы всегда здесь были.

— Просто мое лицо вам примелькалось. Эффект головы в ящике, — механически отвечал растерянный змеесын. Проходя мимо столовой, он приглядывался к гостям. То ли думал встретить знакомых, то ли искал русскую красавицу.

Его узнавали, перед ним расступались. Из-под ног стреляли маслины.