Правильная девчонка - Владимир Колычев

То ли бетонная плита над головой, то ли плотно спрессованное облако — дотянись до него рукой, и она погрузится в колыхающуюся муть. Но рука такая тяжелая, легче надорваться, чем ее поднять.

Но руки Родик хотя бы чувствовал, было и ощущение контроля над ногами. Если очень-очень поднатужиться, и рукой можно пошевелить, и ногой. Глаза он мог открывать, видеть. А шея не слушалась, и голосовые связки отказали. Ни спросить, ни ответить.

— Родик, ты должен был видеть, кто в тебя стрелял, — сказал отец.

Родион и видел его, и слышал. Это не могло не радовать. Вернулся слух, вернулось зрение, значит, вернется и все остальное.

— Это Купалов, да?

Родион и хотел качнуть головой, не смог. Он закрыл глаза, но отец, похоже, не понял, что это значит «нет».

— Ничего, он за это ответит!

Родион открыл глаза, но отца не было. Зато появилась Альбина.

— Родик! — Она села рядом с кроватью, взяла его за руку.

И он попробовал улыбнуться. Кажется, получилось.

Он смутно помнил темноту — вязкую, качающуюся, как вода на глубине моря. Кто-то держал его за руку, не позволяя опуститься на самое дно. А потом эта же рука потянула его вверх, втащила в эту палату, положила под облачный потолок. И это была Альбина. Спасибо ей за все.

— Все будет хорошо… — сказала она. — Ты в этом даже не сомневайся, любимый.

Родион закрыл глаза и почувствовал, как начал погружаться в потустороннюю зыбь. Но страха не было. Он точно знал, что Альбина не позволит ему умереть.

* * *

Чужой ствол сброшен в реку, найти его и поднять нереально. Но у Юры был свой ствол. Взять бы его, приставить к голове Соркина и нажать на спуск. Но нельзя брать пистолет в руки. Менты где-то рядом — следят, выпасают. И это чудо, что Юра смог избавиться от орудия преступления.

Но убить можно и голыми руками. Юра знал, как это делается. Поэтому он и рванул к Соркину домой. Он знал, где и с кем живет эта сволочь, потому и не плутал в бесплодных поисках.

Марусова жила на окраине города, в роскошном доме за высоким каменным забором. Видеокамеры здесь везде где только можно, во дворе собаки, охрана, но Юра ничего не боялся. Он точно знал, что с ним ничего не случится.

Он долго жал на клавишу звонка, ждал, когда откроется калитка. Но в движение пришли ворота. Они быстро отползли в сторону, со двора выехал черный «Мерседес». Юра перегородил машине дорогу.

Сначала из автомобиля вышел водитель. Юра лишь усмехнулся, глядя на него. Пусть только дернется.

— Слышь, пацан!

Дверь открылась, из машины вышла Марусова. В стильном деловом костюме, ухоженная «от» и «до».

— Это не пацан, это Юра… Здравствуй, Юра! — Она пыталась скрыть волнение, но это не очень хорошо у нее получалось.

— Где Валера? — Юра смотрел на дом — не мелькнет ли знакомая физиономия в окне.

Но увидел он только лишь охранника в униформе. Он стоял у крыльца и держал на цепи мощного ротвейлера. Пес тихонько рычал, с лютым спокойствием глядя на Юру… Нет, в дом с голыми руками не прорвешься. Глупая это затея, лезть на рожон. Тут что-то другое нужно. Юра обязательно придумает, как выйти на Валеру. И возьмет его за горло.

— Нет его.

— А то я ствол хотел ему вернуть.

— Какой ствол?

— Из которого он в Родиона стрелял.

— Он стрелял?.. Ты что-то путаешь.

— Под раздачу я должен был попасть. Но не попаду. Ствола больше нет… А Валера твой есть. И я до него доберусь.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — не на шутку разволновалась Марусова.

— Поймешь. Когда я твоему Валере башку скручу!

Юра повернулся к Марусовой спиной.

— Ты пожалеешь! — донеслось вслед.

Юра развернулся и навел на нее указательный палец.

— А вот это ты зря сказала!

Он губами издал звук выстрела через глушитель, подул на палец, сгоняя со ствола невидимый дым. И ушел. Чувствуя себя полным идиотом.

Он совершил ошибку еще до того, как сунулся сюда. Не надо было выбрасывать пистолет. Нужно было просто спрятать его, а потом подбросить Соркину. И позвонить ментам, пусть они этим уродом занимаются.