Адвокат Казановы - Наталья Борохова

– Мне кажется, в меньшей мере здесь виноват злой рок, – язвительно заметила Дубровская. – Я, конечно, не знаю всех дел Серебровой, но мне известно, что у нее были проблемы с миграционным законодательством. Короче говоря, она набрала себе слишком много выходцев из южных республик. А что? Работники дешевые, нетребовательные. Правда, с квалификацией у них проблемы, но на это Инга Петровна закрывала глаза, покуда не посыпались с неба те самые кирпичи. А вот когда к вам зачастили проверки, испугалась она уже не на шутку. Запахло тюрьмой.

– Да, очень нехорошо вышло, – согласился Степан. – Конечно, про отказные материалы Павел Осипович не наврал, они на самом деле были. Уголовные дела в отношении Серебровой не открывались, словно соответствующие органы и видеть не желали того, что происходило у них прямо под носом. Только кажется мне, все неспроста было. Наверное, раскошелиться Инге Петровне пришлось, вот дела и замяли еще в зародыше. Но неприятности не кончились. Нас забросали исками о расторжении договоров о долевом участии и взыскании убытков. А потом – опять гром: в отношении Серебровой завели новое дело, но уже по мошенничеству.

– Значит, дольщиков все-таки надули? – усмехнулась Елизавета.

– Да, было. Что отрицать? Один дом из четырех достроили, но и там обнаружилась трещина из-за недостаточной глубины заложения фундамента. Вони, помнится, в прессе было!

– Но людей понять можно, – заметила Дубровская. – Сам бы ты хотел в таком доме жить?

– Боже меня упаси! – открестился Степан. – Только вот что я скажу: Инга Петровна вовремя умерла. Во всяком случае, от всех забот себя освободила.

– Ты забываешь, Сереброва не умерла. Ее убили.

– Да, я знаю Только все не могу отделаться от ощущения, что она сама решила избежать позора. Вскрылись ведь еще кое-какие факты.

– Например?

– Например, факт уклонения от уплаты налогов. Она включала в отчетные документы заведомо ложные сведения. Сумма ущерба подобралась к пятистам миллионам рублей. А уголовное дело об уклонении от уплаты налогов возбудили аккурат за неделю до ее смерти. Ну, кто скажет, что у Инги Петровны не было чутья? Пожила она в свое удовольствие и убралась на тот свет в самый раз.

– Я бы полностью с тобой согласилась, Степан, если бы не один существенный нюанс. Сереброву убили, – талдычила свое Елизавета. – В самый раз, вовремя, но убили. И знаешь, нет никаких сомнений в том, что произошло не самоубийство, а именно убийство. Бывают же в жизни совпадения.

– А я что говорю? Рок! Только мне от этого ни жарко ни холодно, – заметил Степан. – Я шел в «Эдельвейс» опыт нарабатывать. Грезил арбитражным процессом, крупными гонорарами. Все было у Инги Петровны в полном комплекте. А в итоге что? Три месяца я выполнял черновую работу за всех юристов: закон найди, договор распечатай, позвони клиентам… В общем, дурь полная, никакого творчества. А потом Павел Осипович меня к себе пододвинул, и я стал составлять дурацкие договоры купли-продажи, разумеется, под его чутким руководством. А оно мне надо?

– Постой-ка, что ты и кому продавал?

– Да не я. Разумеется, Инга Петровна. Речь шла о каких-то офисах, машинах, домах. Фирма «Эдельвейс» продавала свое имущество. Конечно, и здесь на мне ездили верхом…

– Стоп, стоп! – хриплым голосом остановила жалобы парня Дубровская и отставила чашку с кофе, почувствовав, что от волнения ее организм перестает принимать великолепный напиток. – Степан, это очень важно… для тебя. Если ты всерьез решил стать адвокатом, то умение составлять договоры – огромный плюс.

– Правда? – обрадовался Степан.

– Разумеется, – подтвердила Лиза. – Очень часто претендента на получение адвокатского статуса просят представить образцы составленных им документов. А у тебя, оказывается, полное досье.

– Вот именно! Только… – Он замялся, нерешительно глядя на Дубровскую. – Не могли бы вы просмотреть те документы? Вдруг я что-нибудь составил не так, а мой начальник проморгал ошибки. Конечно, я понимаю, что вам сложно найти время, но, если все-таки вы постараетесь, я буду вам безмерно благодарен!

Елизавета даже не поверила своей удаче, но на всякий случай сделала задумчивое лицо.

– Я попробую, Степан, – ответила она с хладнокровием адвоката, которому любое судебное море по колено. – Неси свои бумаги, но смотри – захвати побольше! Я постараюсь выбрать самые удачные.

– Вот здорово! – возликовал паренек. – Только… Не сочтите меня занудой, товарищ адвокат, я понимаю, что замучил вас своими просьбами… Но не могли бы вы пока не говорить о нашем разговоре моему начальнику? Боюсь, Павел Осипович не одобрит мою идею.

– Так и быть, – вздохнула Лиза. И великодушно добавила: – Я сделаю все, о чем ты просишь. Только как-то нехорошо плести интриги за спиной своего коллеги.

– Вы думаете, будет лучше ему обо всем рассказать?

«Боже упаси!» – испугалась Дубровская, но вслух, конечно же, произнесла совершенно другое:

– Ничего не нужно говорить. В самом деле, мы ведь не делаем ничего крамольного. Я лишь хочу помочь тебе найти свою дорогу в жизни, правда?

– Конечно, правда! – воспрянул духом Степан. – Тогда я лечу на крыльях надежды.

«Я тоже», – усмехнулась про себя Лиза…