Гнев Пигмалиона - Ирина Градова

– Пойдет!

Так началась карьера маленького танцовщика. У мальчика все получалось отлично, словно бы и вовсе без труда. Ирина Олеговна не уставала повторять, что у него многообещающее будущее, если он не станет лениться. Антону нравилось заниматься, ведь так он уходил от печальной действительности, в которой были только постоянно усталая и раздраженная мать, поношенные вещи, овсянка по утрам и вареный картофель на обед! А в зале он чувствовал принадлежность к другому, блестящему и сверкающему всеми красками, миру. Каждый раз, проходя мимо витрины единственной в городе кондитерской, он подолгу стоял на улице, глядя на людей за столиками. Внутри было тепло и уютно, в то время как на улице бушевала метель. Но Антон не замечал колючего снега, царапавшего кожу, завороженный разложенными на прилавке подносами с пирожными и печеньем – таких деликатесов мать не покупала никогда!

Бедность угнетала мальчишку с раннего детства, но все изменилось, когда он познакомился с Максом. Парень, двумя годами старше, уже давно занимался танцами. За ним бегали все девчонки и в школе, и в танцевальной группе: он был красив и обладал отличным чувством юмора. Как получилось, что Антон стал другом Макса, он и сам не понимал, ведь обычно старшие мальчики не интересуются теми, кто моложе! Отец Максима работал в городской управе, а мать обшивала клиентов на дому. Бедность Антона не влияла на отношение к нему семьи его нового приятеля – мальчик часто обедал, а то и ужинал у них. Постепенно ребята стали неразлучны.

Новость об отъезде старшего товарища в Санкт-Петербург стала для Антона ударом. Ирина Олеговна давно говорила, что Максу следует продолжить танцевать. Поступать в хореографическое училище было поздно, но у нее еще оставались кое-какие связи. Подруга Ирины Олеговны занималась подбором ребят в группу современного танца, и они договорились, что она посмотрит Максима. Антон втайне надеялся, что друг провалится – разумеется, он желал ему добра, но Макс нужен был ему рядом, а не в далеком Санкт-Петербурге! Надежда не оправдалась, и жизнь Антона погрузилась во мрак, единственной отдушиной в котором оставался танцевальный кружок.

Ему стукнуло шестнадцать, когда он вновь увидел Макса – парень приехал навестить больную мать. Он сильно изменился – стал выше, раздался в плечах и показался Антону похожим на модель с рекламного плаката.

– Слушай, а поехали со мной? – неожиданно предложил он, когда они вдвоем сидели в той самой кондитерской, куда раньше Антон никогда не заходил.

– В Питер? – не веря своим ушам, переспросил ошарашенный подросток.

– Нет, в Лос-Анджелес! Естественно, в Питер: нам нужны парни, умеющие танцевать. Как думаешь, мать тебя отпустит?

Честно говоря, Антону было наплевать, отпустят его или нет: он ни за что на свете не собирался упускать такой шанс! Однако он не сомневался, что мать только обрадуется, ведь она возлагала на Антона большие надежды: он был умнее, чувствительнее и гораздо способнее своих братьев. Деньги на поездку хотя и с трудом, но все же насобирали, а Макс пообещал матери приятеля, что поддержит его на первых порах: в то время он уже неплохо зарабатывал. Друзья поселились вместе. В танцевальный коллектив Антона приняли сразу и без всяких условий. Все складывалось удачно. Раз в месяц он звонил матери, и его восторженные рассказы о жизни в большом городе проливали на ее душу живительный бальзам: хотя бы один из ее оболтусов хорошо устроился!

В Санкт-Петербурге парень сразу почувствовал себя как рыба в воде. Оба парня пользовались популярностью у противоположного пола, но в их доме царил непреложный закон: все сердечные дела – только на «вражеской» территории. Это означало, что ни одному из них не дозволялось приводить девушек в квартиру, где они проживали. Однако вскоре Антон начал замечать в друге перемены. Макс стал реже исчезать из дому, а с работы шел домой, отказываясь сопровождать приятеля в бары и проводить время в компании развеселых девчонок. Порой он уезжал на одну-две недели и никогда не говорил куда и зачем. Настал день, когда Антон узнал правду: его друг полюбил москвичку, и это к ней он ездил каждый раз.

– Поначалу, – говорил Антон следователю, – я даже порадовался. Макс не скрывал, что у него с той женщиной большая разница в возрасте, но раз уж его это не смущало, то и меня не беспокоило – в конце концов, каждый имеет право на личную жизнь!

Фисуненко слушал не перебивая. Рассказ Антона оказался длинным, но Евгений не сомневался, что рано или поздно парень перейдет к сути дела. Майор презирал некоторых коллег за отсутствие терпения, ведь чем больше человек говорит, тем больше надежды, что он скажет что-то достойное внимания! Вот и сейчас Евгений намеревался выслушать историю Антона до конца: тот, по-видимому, подходил к кульминации.

– Я никогда ее не видел, – продолжал между тем парень, – но Макс как-то показал мне фотографию. Тетка мне совсем не понравилась! Я вообще не охотник до старых костей, но могу представить, что и в пятьдесят бабы иногда выглядят круто, только вот пассия Макса оказалась ничем не примечательной. Когда он сказал мне, что она возглавляет строительную фирму, я подумал, что ему просто охота устроить себе безбедное существование. Но я ошибся: он и в самом деле любил ее, эту Ольгу, и ему от нее ничего было не надо. Не знаю, чем она его привлекала – любовь зла… С другой стороны, Ольга была спецом по сексуальной части – я сам имел возможность в этом убедиться. Кроме того, она была вхожа в такие дома и заведения, о которых нам с Максом оставалось лишь мечтать!

Друг сказал Антону, что переезжает в Москву: он планировал оставить танцы и получить высшее образование, чтобы в дальнейшем строить карьеру. Несомненно, он делал это под влиянием любовницы! Итак, приятель перебрался в первопрестольную, а у Антона дела пошли в гору: с уходом Макса он стал самой яркой звездой коллектива! Они общались дистанционно, но Антон все равно чувствовал себя одиноким, и даже любовные приключения и успехи на сцене не могли избавить его от этого ощущения.

Время шло, и радость Макса, поначалу всем довольного, заметно поугасла.