Обмен - Джон Гришэм

Думая о сумме, с которой только что распрощался, Митч испытывал облегчение. Ему вообще не следовало брать эти грязные деньги. Принимая злополучное решение, он находился там же, где сейчас, – в банке Джорджтауна, только в соседнем здании. Напуганный и злой из-за того, что махинации «Бендини» лишили его будущего, а возможно, и жизни, Митч убедил себя, что фирма ему должна. У него имелся код доступа, пароли и письменные полномочия. И он деньги взял.

А теперь пустил их на благое дело и было доволен.

Митч позвонил жене в Марракеш, где было на шесть часов больше, и они долго разговаривали. Эбби убивала время как могла и ждала вестей от Хасана. Она связалась с Кори по зеленому телефону, и они договорились, что никакие деньги не перейдут из рук в руки, пока Эбби не убедится, что Джованна в безопасности. Разумеется, если она жива и сделка еще в силе.

Британские деньги поступили в три двадцать пять из банка на Багамах. Двадцать минут спустя поступили итальянские средства из банка на острове Гваделупа во Французской Вест-Индии. Теперь сумма составляла пятьдесят миллионов долларов вместе со вкладом Луки. Райли позвонил Митчу из Лондона и сообщил неприятную новость: американские деньги прибудут не раньше утра среды. Поскольку он понятия не имел, кто и откуда их пришлет, то не мог пожаловаться.

Митч отправил электронные письма Омару Челику и Деннису Туллосу в Стамбул, но ответа не получил. Когда пришло время уходить, Митч позвонил Джеку в Нью-Йорк, надеясь на удачу с комитетом по управлению «Скалли». Напрасно. С несвойственной ему горечью Джек объяснил, что многие партнеры удрали из города, чтобы не было кворума.

* * *

В отеле «Ритц-Карлтон» Митч отделался от Стивена и пообещал встретиться с ним в восемь на ужине у бассейна. Он переоделся в шорты и рубашку поло и прошел по оживленной улице пару сотен ярдов до пункта проката, мимо которого они проезжали на такси. Митч выбрал красный скутер «хонда» и пообещал вернуть его дотемна. Скутеры здесь пользовались большой популярностью, и они с Эбби с удовольствием катались на них много лет назад, когда прятались от мафии.

Митч лавировал в плотном потоке транспорта, пытаясь выехать из города. Такого количества пробок он не помнил. Стало заметно больше отелей и многоквартирных домов, а также торговых центров, предлагающих фастфуд, футболки, дешевое пиво и беспошлинную выпивку. Джорджтаун приобрел типичные американские черты. На другой стороне Поросячьего залива движение поредело, и скутер понесся вперед. Митч проехал через Красную Лагуну, покинул город и увидел указатели на Боддентаун. Дорога шла вдоль воды. Море мягко накатывало на берег, плескалось о скалы и небольшие утесы. Песок пошел на убыль, соответственно стало меньше отелей и многоэтажек. Виды открывались потрясающие.

Большой Кайман растянулся на двадцать две мили, и главная дорога петляла по всей его территории. Во время предыдущих визитов Митч не успел осмотреть большую часть острова, а сейчас у него появилось свободное время. Соленый воздух приятно освежал лицо. Мысли о Джованне на несколько часов отошли на второй план – хотя бы просто потому, что банки и офисы закрылись.

Митч поехал на восток, к дальней оконечности острова, медленно продвигаясь через поселки Ист-Энд и Ган-Бей. Дорога продолжала сужаться, и порой две машины едва могли разъехаться. Джорджтаун остался далеко позади. На подветренной стороне Митч припарковался и подошел к краю обрыва, где валялся брошенный туристами мусор. Он посидел на камне, глядя, как внизу бурлит вода, потом выпил ямайского пива «Ред страйп» на пляже в Рам-Пойнте, где супружеские пары среднего возраста ели барбекю в закусочной под открытым небом.

Когда почти стемнело, он отправился обратно к Семимильному пляжу, Стивен ждал, пришло время ужина.

Глава 44

Среда, двадцать пятое мая.

В девять утра Эбби вошла в ресторан отеля и попросила тот же столик. Она проследовала за официантом и слегка удивилась отсутствию Хасана Мансура. Села за столик и заказала кофе, сок, тосты и джем. Написала Митчу, пожелав доброго утра, и муж сразу ответил.

За ближайшим столиком сидела хорошо одетая марокканская пара. Джентльмен работал на Кори. Он мельком взглянул на Эбби, делая вид, что они незнакомы.

Наконец вошел Хасан, рассыпаясь в извинениях и улыбаясь. Задержался в пробке, погода прекрасная и все в таком духе. Он попросил чаю и продолжал болтать – типичный довольный турист. Эбби ела сухой тост и пыталась держать себя в руках.

– Ну, миссис Макдир, как обстоят дела?

Она не менее трех раз просила называть ее Эбби.

– Сегодня утром мы ожидаем два перевода в общей сложности на семьдесят пять миллионов, как я и обещала.

Он попытался принять хмурый вид, однако было очевидно, что Хасану и его клиентам очень хочется получить деньги.

– Сделка заключена на сто миллионов, миссис Макдир!

– Да, мы знаем. Вы потребовали сто, и мы постарались сделать все возможное, чтобы их получить, однако нам немного не хватает. Семьдесят пять – это все, что есть. И мне необходимо увидеться с Джованной прежде, чем переводить деньги.

– Вы открыли счет в «Тринидад траст», как велено?

– Да, – кивнула Эбби, подыгрывая ему. Если верить Дженнингсу, Соломон Фрик наверняка сообщил Хасану, что Митч открыл счет. Фрик и его банк ждут. Все готово. Состояние практически у них в руках, и Хасану едва удавалось скрыть волнение. – Хотите тост?

На маленькой тарелке лежали четыре ломтика, намазанные маслом. Он взял один, сказал спасибо и разломил его пополам.

– Времени у нас много, – заметила Эбби. – До окончания срока еще несколько часов.

– Да, но мой клиент все еще требует сто.

– Мы не в силах удовлетворить это требование, мистер Мансур. Все очень просто: либо берите семьдесят пять, либо уходите.

Хасан скривился: вероятно, уходить ему не хотелось. Он потягивал чай, жевал тост и старался сохранять озабоченный вид. Доев, он сказал:

– Вот наш план. Я встречусь с вами в холле в четыре часа дня. Вы сообщите мне, что все переводы прошли и деньги готовы. Затем мы отправимся в безопасное место, и вы увидите Джованну.

– Я не собираюсь покидать отель.

– Как угодно.

* * *

В девять пятнадцать пришел перевод из банка на Кипре. Десять миллионов долларов, как и обещал Омар Челик, из дочерней компании «Ланнак»