Сквозь тусклое стекло - Михаил Март

— Горбатенький «Фольксваген». Не его, а какой-то вдовушки, он ей от мужа достался. Сама ездить не умеет, да и ему некомфортно. Ругался.

— Хорошая машина. Юркая, быстрая.

— Для вас. А Семен много лет дальнобойщиком работал, огромные фуры гонял, с прицепами. Навыки другие.

— Номер машины знаете?

— Нет, конечно. Помню, что регион стоял пятидесятый. Значит, машина зарегистрирована под Москвой. Цвет желтый, бабий. Найти нетрудно, это же не «Форд». «Жуков» у нас мало, даже в Москве.

— Спасибо за совет, — Федоров хмыкнул. — Увидимся еще.

— Значит, все он врал! — сделал заключение Степанов, когда сыщики вышли на улицу. — Морочил голову. Этот же Семен был курьером фокусника и возил ему обеды и тубусы. Он же его и застрелил. Опередил артиста. Разумеется, он мог знать Оксану. Парень был в деле, несомненно. Нам бы понять, на кого он работал.

— Что тебе это даст?

Капитан и полковник стояли возле машины и курили. Оба не знали, что сейчас делать.

— Дальнобойщик! — неожиданно воскликнул Федоров.

— Что? — не понял капитан.

— В день ограбления Желтков в ресторане не появлялся. Он мог устроить аварию на Варшавке. Водитель бензовоза был очень опытным, сумел так вывернуть машину, что прицеп с цистерной встал поперек дороги, фургон Дегтяря врезался в нее и взлетел на воздух, а кабина бензовоза не пострадала, водитель скрылся. Я еще тогда подумал — дело тут нечисто, вполне могли разъехаться. Прямая трасса, хорошая видимость. На том участке никогда аварий не случалось.

— Но бензовоз связан с делом о бриллиантах, а фокусник, пользуясь сходством с Константинесом, работал с картинами.

— Оба ограбления — ветви одного дела, тут нет сомнений. У трупа Игумена найдена титановая коробочка, полная бриллиантов. Ясно, что он ее не из дома прихватил. Зачем галерейщику Баскакову нужны бриллианты?

— Дали на хранение. Его бункер надежней любого банка.

У Степанова зазвонил мобильник:

— А, это ты, неугомонный Симаков! Теперь ложки с вилками нашел? Все, ресторан нас больше не интересует.

— Вам придется приехать. Я сам не знаю, что нашел. Увидите и определите. Думаю, это важно.

— Ладно. Сейчас будем. — Степанов убрал телефон в карман. — Опять охранник с Кутузовского. Толковый малый, я бы такого в свою бригаду взял, не задумываясь. Просит приехать.

— Езжай, Стас, а я к нашим гаишникам смотаюсь, попробую найти «Жука». Их и впрямь не так много, да еще желтых.

Они пожали друг другу руки и разошлись.

У Степанова испортилось настроение, все так хорошо шло и опять сорвалось с крючка. Сколько же можно биться головой о стену?

Охранник в подъезде сказал, что его начальник ждет капитана в квартире фокусника.

— Черт неугомонный, — проворчал Степанов и направился к лифту.

Квартира выглядела чище, но вроде бы все осталось на своих местах.

— Привет, — буркнул капитан. — Сто лет не виделись.

— Я хочу показать тебе фокус, Стас, — сказал он, не заметив иронии Степанова.

Симаков был очень взволнован.

— Ну давай, я цирк люблю.

— Точно. Прямо цирк.

Симаков подошел к стене в гостиной и содрал плакат Валентина Валентино. За плакатом, приколотый кнопками к стене, висел знакомый холст Кандинского. У Степанова отвисла челюсть.

— Это не все, — торопливо продолжил Симаков. — Под каждым плакатом спрятаны картины. Всего их четыре. Что скажешь?

Ничего Степанов сказать не мог. Два часа назад он надеялся найти картины в сейфе банка, но ему показали фигу. Хорошо, сочно нарисованную фигу.