Обманчивая реальность - Нора Робертс

Мира права, решила она, и в жизни, и в снах. Выбор решает все.

Она услышала за дверью тяжелые шаги Пибоди. Ноздри уловили аромат кофе.

– Долгая ночь, – пояснила, входя, ее помощница. – Я работала с МакНабом, и мы откопали все, что только можно откопать про Мейси Снайдер и Дженни Керв. Плюс у нас есть данные по пяти похищенным детям, которые позднее осели в Нью-Йорке.

Пибоди закрыла рот и пробежала глазами информацию на доске.

– Смотрю, ты тоже не теряла времени зря.

– Ты прочла данные по Мензини, которые прислала?

– Дважды. Отморозок еще тот. Химик. Религиозный фанатик. Главный подозреваемый в двух налетах с использованием химического вещества, которое, как установлено, применялось и в наших случаях. Схвачен и обезврежен.

– Коллуэй связан с ним через мать. Та в свое время тоже была похищена.

– Коллуэй? – Пибоди прищурилась, пристально глядя на доску. – Мне он показался полным ничтожеством. Кстати, я не припомню в списке никакой Одри Хаббард.

– Потому что ее там нет. Она появилась на свет под именем Каролин Макмиллон. Ее мать – Джина Макмиллон, сводная сестра Тессы Хаббард. Отец – неизвестен. По имеющимся данным, Макмиллоны погибли во время налета на их дом. Хаббард отыскала девочку, дала ей новое имя и даже оформила новое свидетельство о рождении, после чего переехала с мужем в Нью-Йорк.

Ева сделала глоток кофе.

– Более того, я хочу пропустить фото через специальную программу. Можно сделать это прямо сейчас, пока я буду рассказывать, что нарыла.

Пока Пибоди возилась с компьютером, она кратко ввела ее в курс дела.

– У меня по нему работают двое. Рорк копнул под его мать – Джину Макмиллон. Много чего интересного всплыло. Но пусть этим занимается Фини.

– Поначалу я опасалась, что мы никогда на него не выйдем. Слишком много данных, слишком много версий. – Пибоди посмотрела на доску со снимками жертв. – Вчера вечером я легла в постель, думая о том, что нас со дня на день ждет очередной бар или очередное кафе. Сама понимаешь, что с такими мыслями хорошо не поспишь.

– Мы ему не позволим. Еще одной такой доски не будет. Это я тебе обещаю.

– Значит, сегодня я могу спать спокойно. Кстати, когда мы будем его брать? Уже сегодня?

– Сначала хочу посмотреть, что он станет делать сегодня утром, куда пойдет. Но ты права, мы с ним непременно поговорим. Я хочу допросить Хаббардов, но, черт побери, как же мне не хочется в Арканзас! Надеюсь, у Тисдейл хватит связей, чтобы заставить Хаббардов приехать сюда. А может даже, чтобы получить ордер на обыск дома, пока их не будет.

– Ты думаешь, там что-то есть? Что его родители были в курсе? Ну, Даллас, ты даешь!

– Да, я думаю, что там что-то есть. – Ева отступила от доски и, сделав глоток кофе, посмотрела на свое «творение». – Не стану утверждать, что им известно, но то, что они связующее звено между Коллуэйем и культом Красного Коня и Мензини, – это точно. Связь чисто биологическая, и здесь нам вряд ли удастся доказать, что он знал, кто он такой, или что ему было до этого дело, или что он располагал информацией о веществе, которое использовал.

– Может, и нет, но все равно у нас хватает зацепок.

– А теперь нам нужна целостная картина. Без нее никак. У нас нет мотива. Была ли у него конкретная мишень – например, Кэттери или Фишер, – или же он хотел убить как можно больше народу. Если это кто-то конкретный, то почему именно Кэттери и Фишер? У нас появился шанс. Коллуэй был в баре. Он работает и живет всего в двух шагах от кафе. Льюис признался, что был его постоянным посетителем.

С этими словами Ева присела на край стола и еще раз пробежала глазами демонстрационную доску.

– Но нам нужно больше фактов. Мы должны доказать, что у него был доступ к формуле вещества. Нам нужен мотив, каким бы он ни был – расплывчатым или конкретным. Для того чтобы взять этого типчика, нам сгодится любая мелочь.

– По-моему, у нас уже улик выше крыши, чтобы взять его за мягкое место, – возразила Пибоди.

– И мы возьмем, не переживай. Но прежде чем я это сделаю, хотелось бы иметь на него как можно больше компромата.

Тем временем в конференц-зале начали собираться полицейские, и Ева отошла еще раз просмотреть свои записи. Внезапно она подняла голову – в ноздри ударил восхитительный запах выпечки, а в следующий миг «волчья стая» взяла Фини в плотное кольцо.

– Эй вы, моя жена испекла этот кекс на кулинарных курсах. Думаю, его можно есть.

Как будто это кого-то волнует, подумала Ева. Она дала своей голодной братии еще пару минут на то, чтобы растерзать пирог, а сама тем временем допила кофе.

– Всем занять свои места, – приказала она. – И, ради бога, вытрите физиономии, они все в крошках. Если у вас еще имеется хотя бы минимальный интерес к расследованию, будем считать, что брифинг начинается. Нам удалось установить связующее звено между Коллуэйем и культом Красного Коня.

Это заявление заставило их всех замолчать. Внимание тотчас переместилось на демонстрационную доску.

Ева выждала еще пару секунд, пока все рассядутся, после чего кивнула Пибоди.

– Джина Макмиллон, – начала она, когда на экране возникло фото. – Биологическая бабка Коллуэйя. На этом фото ей двадцать три года. Перед вами удостоверение личности, выданное ей, согласно всем документам, до того, как она бросила мужа и вступила в секту. В период ее пребывания там она родила девочку. В свидетельстве о рождении отцом ребенка значится муж Джины, однако само оно было выдано спустя полгода после появления дочери, которую назвали Карлин Макмиллон. В возрасте полутора лет Карлин была похищена, после чего ее след потерялся. Ее так и не нашли. Тем не менее…

На экране возникла новая картинка.

– Это компьютерная реконструкция внешности Карлин в возрасте двадцати одного года. А вот это – фото с удостоверения личности Одри Хаббард Коллуэй в этом же самом возрасте. Свидетельство о рождении Одри Хаббард – фальшивка, выданная сводной сестре Джины, Тессе, и ее мужу Эдварду, уехавшим из Англии, когда ребенку было примерно четыре года. В Америке они поселились в Джонстауне, штат Огайо. Позднее Одри Хаббард вышла замуж за Рассела Коллуэйя. У них родился сын, Льюис.

– Вот вам и нужная ниточка, – буркнул Бакстер.

– Причем сразу несколько. Уильям Макмиллон подал на развод и дал письменные показания. В качестве причин названы уход жены из семьи, секта и, что показательно, Мензини. Если только Макмиллон не лжет, дата показаний и дата, указанная в свидетельстве о рождении, исключают вероятность того, что он был биологическим отцом ребенка.

– Он взял жену назад, – резюмировал Бакстер, – вместе с дитем. Он кто, святой или чокнутый?

– Можешь выяснить. Даю вам с Трухартом задание это сделать. Отыщите тех, кто знал его и жену лично. Макмиллон значится убитым вместе с женой во время нападения на их дом. Тогда же был похищен и ребенок. Мне нужны грязные подробности этого брака. Знакомые, как правило, бывают в курсе таких вещей, хорошо их помнят.