Муха в самолете - Дарья Донцова

– Ни за что.

– Сергей Петрович, можно я егопристрелю? – подал голос секьюрити.

– А тело куда денем? – задумчивопоинтересовался папа.

– Так в ливневую канализациюсунем, – деловито предложил охранник, – там пять метров глубина, ещеи девка уместится, вместе с машиной.

Я вздрогнула, Вася начал икать.

– В ливневку не надо, – вмешаласьмама, – там уже забито, лучше в овраг свалить.

Я присела на корточки, а Вася побежал кдоберманам.

– Эй, Снегурок, – ласково пнул меняногой другой секьюрити, – какого хрена ты расселась, чеши к олешкам,Костик наш нервничает!

Кое-как я добрела до снегоката. Синий, словнопрокисший кефир, Вася сунул мне вожжи.

– На, управляй!

– Я?

– Ты.

– Но я не умею ездить на доберманах.

– Можно подумать, у меня есть аттестатгонщика собачьих упряжек, – проблеял Вася, – я боюсь дико, сделаймилость, выручай нас.

Понимая, что выбора нет, я села на снегокат идернула вожжи.

– Эй, пошли, залетные!

Доберманы нехотя двинулись вперед.

– Костенька, – хором закричалиродители, – смотри-ка, он на олешках едет!

Одно из окон первого этажа с трескомраспахнулось.

– Вау, – понесся над тихим лесомзвенящий крик, – прикольно!

Услыхав вопль, доберманы сначала осели назадние лапы, потом стрелой рванулись вперед. Я попыталась натянуть постромки,но тут перед глазами возник забор. Дальнейшее помнится с трудом. Вроде охранавыудила нас с «дедушкой» из сугроба и притащила на кухню, потому что в концеконцов я пришла в себя возле большого стола, на котором в ряд выстроилисьбутылки, миска с салатом и лоток со студнем. То, что водка оказаласьсупердорогой, а в «Оливье» была черная икра, не спасало положения, менязатошнило.

К счастью, все закончилось быстро. Наспроводили до машины, и охранник, тот самый, что хотел пристрелить «дедушку»,вежливо сказал:

– Вот тут вам, ребятки, еще денежки отхозяина, а хозяйка велела сумочки с харчами дать. Осторожней только, тамбутылки и коробки с салатами, не рассыпьте.

Вплоть до следующего объекта я тряслась, какболонка, попавшая под дождь, но, когда «Ока» ворвалась во двор самой простоймосковской хрущевки, слегка успокоилась и подумала: «Ну тут, слава богу,никаких катаний на оленях не будет, нечего ждать неприятностей от обычныхлюдей». О, как я ошибалась!

Впрочем, сначала все шло хорошо. Насупленныймальчик, понукаемый мамой, кое-как пробормотал стишок про заиньку.

– Очень хорошо! – бодро воскликнулВася. – Коля заслужил самый лучший подарок, я принес то, о чем ты просилДеда Мороза.

Глазенки ребенка засверкали, Вася, сделавсамое загадочное лицо, порылся в мешке и вытащил небольшую машинку.

– Ну, иди забирай, – поторопил онмалыша.

Мальчик на секунду впал в ступор, мнепоказалось, что он не ожидал такого роскошного подношения и сейчас от счастья попроступотерял дар речи. Но следующие события ярко продемонстрировали, что госпожаТараканова абсолютно не разбирается в детях.

Школьник подошел к Васе и вдруг со всегоразмаху пнул его ногой по коленке. «Дедушка» взвизгнул.

– Козел, – заорал мальчуган, –чего врешь-то! Я у тебя компьютер просил! На фиг мне эта дрянь!

Мама бросилась к сыну, но тот, ловковывернувшись из рук родительницы, вцепился в бороду Деда Мороза. Бабушкаухватила внука, но мальчик, укусив старушку, снова начал лягать Васю.

Я, согнувшись в три погибели, хотела удрать,но тут мальчик понял, что Снегурочка пытается покинуть поле боя, и метнул вменя табуретку. Она угодила прямехонько в окно, послышался оглушительный звон.

– Ах ты, негодник! – завопила мама инабросила на сына плед, таким образом хозяева успокаивают разбушевавшуюсякошку.

Пока орущий безобразник выпутывался изшерстяного одеяла, мы с Васей ринулись к двери и благополучно ретировались.

– Вот мерзавец, – с чувствомпроизнес Дед Мороз, – хотя бывали в моей жизни ситуации и похуже. Вот впрошлом году…

– Эй, ребята, – прервал его тихийголос.

Мы с Васей одновременно повернулись и увиделималенькую приятную женщину.

– Сделайте одолжение, – попросилаона, – поздравьте мою девочку.

– Никак, маманя, не получится, –покачал головой Вася, – следующий заказ у нас ровно в семь, велено неопаздывать ни на минуту.

– Очень прошу вас, – со слезами вголосе стенала тетка, – инвалид она, в коляске сидит, да и идти далеко ненадо, моя квартира на первом этаже, вот окно.

Мы с Васей переглянулись и, не сговариваясь,пошли за женщиной. В темной прихожей пахло бедностью и горем.

– Вот, – шепнула несчастнаямать, – потом подарок ей дадите.

Я увидела, как она кладет в мешок Деда Морозашоколадку, и почувствовала резкое пощипывание в носу, очевидно, Вася ощутил теже эмоции, потому что он тихо сказал:

– Я тут пока ля-ля, а ты сносись напроспект, там палатка вроде стоит с игрушками, на ключи от «Оки», возьмиденьги, что нам хмырь с оленями дал.

Вася оказался прав, и я без всяких проблемкупила Барби, потом вытащила из машины сумки с продуктами и пошла к беднойженщине.

Спустя десять минут мы с Васей ощутили себянастоящими Дедом Морозом и Снегурочкой. Маленькая девочка плакала от счастья,прижимая к себе куклу, мама металась по комнате, накрывая на стол, каждуювынутую мной коробку с салатом она сопровождала восклицанием:

– Ну и роскошь, смотри, Ниночка!

В конце концов мы сели за стол.

– Эх, «Оливье», – потер рукиВася, – ба, да он с икрой!

Я поморщилась, к горлу подступила изжога.

«Тра-ля-ля-ля», – запел кто-то в комнате.

Вася порылся в «шубе» и вытащил мобильный.

– А! Да, конечно, во, слушай!

Держа в одной руке сотовый, Вася выудил другойиз кармана брюк, надетых под красный халат, фляжку, сделал пару глотков исказал:

– Готово!

Потом запихнул аппарат в карман и сообщил: