Сотвори себе мир - Чингиз Абдуллаев

Они прогуливались перед небольшим отелем «Людвиг». Типичнаясемейная пара, он и она. Правда, он не предлагал своей руки, и они не слишкомстарались соприкасаться друг с другом. Но со стороны это была обычная семейнаяпара.

Может, даже слишком обычная, ибо не все супруги испытываютострое желание ходить по улицам чужих городов в обнимку. Испанская параприбывших сюда гостей прогуливалась неспешным шагом по тихой пустынной улицеперед отелем. Со стороны казалось, что они мирно разговаривают. И хотя разговоршел на испанском, оба супруга старались говорить тихо, чтобы их разговор не былслышен даже редким прохожим.

— Вы взяли билеты? — спросила женщина.

— Конечно. Я привык выполнять поручения. Мы летим черезПариж послезавтра утром.

— Почему через Париж?

— Потому что из Кельна туда самолет не летит. Они просто недогадались, что нам может понадобиться такой рейс, — огрызнулся он.

— Я серьезно вас спрашиваю, сеньор Филипп, — нервно сказалаженщина, — почему именно через Париж? Можно было взять через Амстердам. Это иближе, и проще. Здесь несколько часов на поезде.

— Во-первых, Париж тоже не на Северном плюсе, разница совсемнебольшая, а во-вторых, я отвечаю за вашу безопасность, сеньора Изабелла, — онотчетливо сказал последние два слова, — и вынужден напомнить вам, что привыкработать по-своему. Амстердам ближе, но и те, кто захочет нам помешать, тожемогут так подумать. Поэтому я и взял билеты на парижский рейс. А завтра вечероммы можем выехать в Париж поездом. И рано утром быть во Франции. Визы нам ненужны, слава Богу, действует Шенгенское соглашение. А оттуда уже на вашМаврикий, черт бы побрал этот остров или группу островов. Я даже не знаю, какправильнее говорить.

— Хорошо, — согласилась она, — вы меня убедили. Но учтите,мне не нравится подобные пререкания. И всегда объясняйте свои действия, сеньорФилипп. Если вас это не затруднит.

— Первый раз попадаю в такую дурацкую историю, — вздохнулон.

— Вы имеете в виду конкретно меня? — ядовито спросила она.

— Я имею в виду конкретно себя, — раздраженно огрызнулся он.— Мало того, что послали в паре, еще дали в начальники сеньору. Как все этоздорово!

— Хорошо, что мы говорим с вами по-испански, — сказалаженщина, чуть оглянувшись, — иначе вы вместо слова «сеньора» сказали бы«русская баба». Вы ведь так подумали?

— Почти, — честно ответил он. — Вы тоже не ангел. Почему вывчера мне отказали?

— Слушайте, Богданов, — изумилась женщина, — у вас совсемнетмужской гордости. Разве об этом спрашивают? Не захотела, и все. Почему ядолжна вам все объяснять?

— Во-первых, вы моя жена. Во-вторых, мне было бы так легчевас защищать, — признался он, — и, в-третьих, у нас появился бы чисто человеческийинтерес друг к другу и как следствие лучший контакт.

— Мы на службе, — сухо ответила женщина, — в служебнойкомандировке. Кроме того, я привыкла сама выбирать, с кем и когда мне ложитьсяв постель. Думаю, к этой теме вы больше не вернетесь. Идемте обратно. Мы должныпрогуливаться по этой улице еще двадцать минут. Связной появится в этоминтервале.

— Если вообще появится, — пробормотал он.

Небольшая улица была почти пустынна. Лишь изредка проезжалиавтомобили, спешили куда-то редкие прохожие. Расположенный к северу от вокзаланебольшой четырехзвездочный отель «Людвиг» был не случайно выбран местомвстречи. Здесь почти не бывало посторонних, и, чтобы попасть в сам отель, тонужно было свернуть на боковую улочку, которая идеально просматривалась. Прижелании всегда можно уйти по соседним улицам к вокзалу, где легко затеряться,благо до железнодорожного вокзала Кельна было не так далеко.

Конечно, вчерашний отказ Мироновой сильно подействовал насамоуверенного Богданова. Как любой мужчина, и он не любил, когда емуотказывали в таком бесцеремонном и обидном тоне. Но его спутницу это, похоже,не смущало.

Связной появился через семь минут. Он шел к ним, чутьприхрамывая, опираясь на тяжелую темную палку. Темные очки и шляпа скрывали еголицо. Наряд дополняло темное, довольно потрепанное пальто. Увидев его, Лазарь,привычно шагнул чуть вперед. Он обязан был предвидеть любую опасность, дажеесли при этом у него не было оружия.

— Добрый вечер, — сказал связной. Голос у него был молодой иприятный, — это вы туристы из Мкадрида?

— Мы прилетели из Севильи, но у нас много родных в Мадриде,— сказала Миронова условную фразу. Она неплохо владела немецким языком. У них с«мужем» было своеобразное разделение. Она знала три языка: французкий, немецкийи испанский, причем последжний — очень хорошо, а вот Лазарь Богданов говориллишь на английском и испанском при этоминогда допуская ошибки. Французкий он струдом понимал, а немецкого не знал вообще.

— Как интересно. Я два года жил в Севилье, — подтвердилпароль незнакомец и, посмотрев на Богданова, спросил уже на испанском:

— Вы, очевидно, ее муж?

— Очевидно, — пробормотал Богданов.

Связной что-то сказал Мироновой. Она кивнула головой. Потомон быстро произнес несколько фраз, среди которых Богданов услышал фамилиюХеллер. Он насторожился. Это была как раз та самая фамилия, ради которой ониразыгрывали здесь этот спектакль и летели теперь на далекий Маврикий. И в этотмомент появился серебристый «БМВ».

Если бы майор Богданов владел немецким языком, он, возможно,принял бы участие в беседе и отвлекся бы на долю секунды. Но он не участвовал вразговоре, лишь прислушивался к словам незнакомца, внимательно посматривая посторонам. И поэтому сразу увидел резко завернувший за угол «БМВ». И в тенесколько секунд, пока «БМВ» не затормозил рядом с ними, понял, что сейчаспроизойдет. Он был профессионалом и поэтому действовал, не размышляя. Прыгнувна женщину, он левой рукой буквально бросил ее на землю, прикрывая правой. Носвязной был не столь оперативен. Он растерянно оглянулся. И в этот моментпрозвучала автоматная очередь.