Сотвори себе мир - Чингиз Абдуллаев

— Стрелявший из «БМВ» дал две очереди. Сначала длинную — всвязного, а затем более короткую — в лежавших на тротуаре.

Связной, получивший пять тяжелых ранений, сполз на землю.Одним из выстрелов пробило палку, и ее концы разлетелись в разные стороны.Отстреляв вторую очередь, «БМВ» дал резкий задний ход и скрылся за поворотом. Итолько тогда Богданов вздохнул, поднимаясь на ноги.

Из отеля уже спешили люди, из магазинов, расположенных чутьв стороне, бежали продавцы. Богданов наклонился над женщиной.

— Вы живы? — спросил он, протягивая руку.

— Кажется, я чуть не получила сотрясение мозга, — недовольноотозвалась женщина, поднимаясь с тротуара.

— Было бы лучше, если бы вы получили пулю в голову? —спросил он.

— Нет, — она взялась за его руку, вставая на ноги, — спасибоза вашу реакцию. У вас, кажется, кровь на руке. Вы ранены?

— Ерунда. Это всего лишь царапина. Ничего страшного.

— Вокруг убитого, лежавшего в десяти метрах от них, ужесобралась довольно большая толпа.

— По-моему, нам лучше уходить, — поморщился Богданов., — вамне кажется, что мы задержались?

— Перевяжите свою руку. — Она достала из сумочки платок.

Он покачал головой, доставая свой. Правая ладоньдействительно была в крови, пуля скользнула по руке, лишь содрав кожу. Женщинапосмотрела в сторону лежавшего на земле тела.

— Как он?

— Мпы ему вряд ли поможем, — мрачно пробормотал Богданов, —он мертв.

Она посмотрела на толпившихся людей.

— Вы успели запомнить номер? — спросила Миронова.

— Успел, конечно. Вы идете? Или у нас будут очень неприятныеобъяснения с немецкой полицией.

— Да-да, конечно. — Она снова посмотрела на толпу. — Может,он еще жив?

— В него попали по крайней мере раза четыре, это я ручаюсь.После таких ранений трудно рассчитывать на что-либо. Он мертв, уверяю вас. Анам нужно спешить.

— Идемте, — согласилась она, — вас все-таки ранило довольносильно. Видите, кровь уже проступает и через платок. Возьмите и мой тоже.

На этот раз он не стал возражать, взяв ее платок, приложил кладони и затем поспешил в сторону вокзала, увлекая спутницу за собой. Телосвязного осталось на тротуаре. А прибывшая полиция принялась добросовестноопрашивать свидетелей, среди которых не оказалось почему-то двух самых важных,стоявших, по свидетельству очевидцев, совсем недалеко от места убийства. Ужекогда они подошли к зданию вокзала, он произнес:

— Ну и нервы у вас, сеньора Изабелла. Обычно женщины в такихслучаях визжат, как сумасшедшие.

Она взглянула на него, но ничего не сказала. Толькоспросила:

— Как ваша рука?

— Придем в отель, и я займусь своей рукой.

— У вас хорошая реакция.

— Стараюсь, — усмехнулся он, — должен соответствовать своемуначальству.

Они вышли из здания вокзала с противоположной стороны.Справа находился отель «Интерсити».

— Может, мы зайдем сюда? — предложил Богданов.

— Зачем? — удивилась она. — Наш отель совсем рядом.

— Они могут заметить мою руку, — пояснил он, — мне бы нехотелось, чтобы у нас были объяснения с полицией.

— кажется, теперь я начинаю верить, что вы были неплохимспециалистом. Вы всегда обращаете внимание даже на такие мелочи?

— Это не мелочь, — мрачно возразил он, — это то, от чегоиногда зависит наша жизнь.

— Давайте, я возьму вас за руку, и никто ничего не увидит, —предложила она, — так будет лучше.

— вы можете испачкаться, — предупредил он.

— Ничего, — ответила Миронова, — не испачкаюсь. И потом,будет лучше, если мы прямо сейчас вернемся в наш отель. Долгое отсутствие какраз во время убийства связного может свидетельствовать не в нашу пользу. Кто-томог запомнить нас в лицо, кто-то мог видеть нас в нашем отеле. Так будетвернее.

Теперь он изумленно посмотрел на нее.

— У вас довольно оригинальное мышление, — восхищенно сказалон, — мне даже кажется, что вы правы. Берите меня за руку, и мы идем.

— Договорились.

Они шли по привокзальной площади по направлению к собору. Усветофора свернули направо. Уже подходили к отелю, когда он спросил:

— Это, конечно, не мое дело. Но он успел вам что-либорассказать или его убили в самый неподходящий момент?

— Не все, — честно призналась она. — Я расскажу вам вечеромв ресторане.

Он понимающе кивнул. Конечно, она не станет рассказывать нио чем в их номере. Он вполне может прослушиваться, а у них и без того хватаетнеприятностей.

— Вы хорошо держитесь, — снова сказал он уже перед самымвходом в отель.

— Просто делаю вид, — хладнокровно произнесла она, первойвходя в здание.