Мыс Доброй Надежды - Андрей Кивинов

— Даша, а вы давно здесь живете?

— Уже четвертый год. У меня тут муж в командировке, вертолетчик из омского авиаотряда.

— Военный советник?

— Нет, что вы, — улыбнулась Даша. — Они здесь пожары тушат, строительные грузы перевозят… В зависимости от того, кто наймет. А вы чем занимаетесь?

Вася уже было открыл рот, но Плахов вовремя остановил его резким тычком локтя под ребра.

— Мы бизнесмены, — соврал на всякий случай Игорь. — Из Питера. Вот решили приехать, посмотреть ваши места…

— Чудесно. Я была в Ленинграде два раза — прекрасный город. А в Омске я модельером работала и вот теперь сюда гидом устроилась. Знали бы вы, чего мне это… — Девушка вдруг спохватилась и, сделав серьезное лицо, заговорила менторским тоном: — Итак, буры, в переводе с африкаанса — крестьяне…

Сладкая дремота снова подкралась к «бизнесменам из Питера».

Автобус мягко затормозил, опера открыли глаза и осмотрелись. Машина остановилась у центрального входа в отель «Парк Инн», знакомый операм по фотографии.

— Площадь Грин Маркетт Инн — одна из самых красивых в Кейптауне, — пояснила Даша, повернувшись к своим подопечным. — А это ваш отель.

— И что теперь? — сонно поинтересовался Плахов.

— Я думаю, двух часов на отдых и размещение вам будет вполне достаточно, — Даша посмотрела на часы, — иначе можем не успеть.

— Куда не успеть? — встрепенулся Вася.

— На Столовую гору, а после — в Ватерфрант — туристическую зону…

— Зачем в столовую? — не понял Вася. — Мы и в гостинице перекусим. И на зону нам не надо. Зоны мы видели.

Даша взглянула на Рогова как на несмышленого ребенка, потом достала из сумочки несколько разноцветных листов бумаги, покрытых убористыми строчками текста, и протянула Плахову:

— Вот ваша программа на весь тур. И некоторые рекомендации тем, кто впервые оказался в ЮАР.

— Спасибо, Даша, — лениво зашуршал бумагой Плахов. — Но вообще-то у нас свои планы…

— Как «свои»? — возмутилась девушка, и в ее голосе зазвучали стальные нотки. — Есть оплаченная программа тура, и ни о какой самодеятельности не может быть и речи!

— Давай скажем, — едва слышно предложил Плахову Вася.

— Погоди, — прошептал Игорь, придал лицу невинное выражение, посмотрел в глаза гиду и покорно спросил, показывая на свою куртку и толстый вязаный свитер: — А мы так не замерзнем, Даша?

— Эту проблему мы решим в два счета, — уверила «бизнесменов» девушка и, повернувшись к водителю, что-то бегло сказала ему по-английски. Клаус флегматично кивнул и тронул автобус с места.

Через три часа белый микроавтобус с цветной эмблемой туристического агентства на борту поднимался по извилистой дороге, идущей к подножию Столовой горы — самого высокого места Кейптауна и одной из самых главных его достопримечательностей. На вершину туристов доставлял фуникулер.

Плахов и Рогов, теперь одетые в одинаковые шорты защитного цвета и светлые футболки с надписями «Саус Африка» и картой южной оконечности материка, продолжали борьбу со сном. Душ в гостинице их несколько взбодрил, но обильный завтрак вновь навеял сонное настроение.

Даша, вопреки откровенному равнодушию своих клиентов, сдаваться не собиралась и обрушивала на них поток информации. Для друзей ее монотонный лепет был сродни колыбельной.

— …Долгие годы «черное» большинство страны нещадно эксплуатировалось «белым» меньшинством, процветал режим апартеида, и только в тысяча девятьсот девяносто четвертом году благодаря поддержке мирового сообщества состоялись первые всеобщие выборы…

В зеркальце заднего вида Даша наконец заметила, что Вася и Игорь засыпают. Нужно спасать положение, а то туристы пропустят самое интересное — такого новоиспеченный экскурсовод допустить не могла. Она замолчала, вглядываясь в проносящийся мимо пейзаж, но ничего интригующего, способного встряхнуть ленивых слушателей, не обнаружила. Вдруг ее осенила спасительная мысль.

— Смотрите, лев! — восторженно завопила девушка.

— Где? — встрепенулись опера и прильнули к окнам.

— Ушел, — разочарованно вздохнула Даша, почесав курносый носик, — спрятался в кустах… Вон там. — Она махнула рукой в сторону густых зарослей возле дороги. — …А на выборах девяносто четвертого года первым чернокожим президентом был избран Нельсон Мандела…

— И что, лучше стало? — без энтузиазма спросил Рогов, тщетно пытаясь разглядеть в кустах царя зверей.

— Как вам сказать… — замешкалась Даша. — Скорее наоборот.

— Что, теперь белых угнетают? — догадался Плахов.

— Ну, сами посудите, — девушка повернулась к туристам, — парламент, правительство, полиция — все черные. Льготы все у черных. В результате экономика падает, а преступность растет.

— А русских здесь много?

— Да нет, конечно. У нас в районе несколько семей, в основном летчики. Ну, еще эмигранты.

— Может, клуб русский есть? — не отставал Вася. — Или ресторан?

Даша отрицательно покачала головой:

— Я, по крайней мере, не знаю. В Констанции — это пригород — есть небольшая колония наших, а больше, пожалуй, и нет…

Микроавтобус выбрался на просторную площадку, с которой открывалась захватывающая дух панорама океана и города, раскинувшегося далеко внизу.

— Вот мы и приехали. Столовая гора! — объявила Даша. — Выходим, господа туристы.

— А лев этот сюда не доберется? — Вася беспокойно озирался вокруг.

— Здесь специальная защита, — успокоила Даша. — Ультразвуковые излучатели…

— Понятно. — Вася нерешительно потянул на себя ручку двери.

Порыв теплого воздуха, наполненного свежестью океана, ворвался в салон машины и повеял на усталых оперов пряным ароматом дальних странствий и загадочных приключений.

У подножия горы раскинулся большой город с обширной гаванью, заполненной множеством грузовых судов. Солнце сияло бликами на глади неподвижного океана, переливалось в стеклах зданий отелей и развлекательных центров, сверкало на ярко-зеленой листве деревьев, растущих по всему городу. Прямо под горой возвышалась громада старого форта Виньард, над которым развевалось по ветру огромное разноцветное полотнище флага Южно-Африканской Республики.

— Взгляните, какая красота! — восторгалась Даша, и в ее голосе слышалась гордость за все это великолепие, словно она сама принимала участие в его творении. — Недаром Кейптаун называют бриллиантом в короне Африки.

— Эх, етишкины шишки, — тихо и благоговейно выругался Вася, пораженный открывшейся панорамой. — Фотоаппарат в багаже остался…

— Ничего, Вася, открытку купишь, — повернулся к нему Плахов и, понизив голос, добавил: — Ты что, сюда фотографировать приехал? Забыл, зачем мы здесь? Турист, блин.