Белое сияние - Кэролайн Карвер

— Очень приятно.

— Надеюсь, вы нормально добрались. — Она смотрела Эбби прямо в глаза. — Все-таки не ближний свет.

Эбби прекрасно поняла тайный смысл сказанного: послушались бы лучше меня и сидели дома, а не тащились в такую даль.

Демарко улыбнулась, будто прочитав ее мысли.

— Я на машине, — сказала она любезно. — Вообще-то я живу и работаю в Фэрбенксе, но прилетела сюда вертолетом, как только узнала о случившемся. Народ здесь щедрый — мне выделили автомобиль.

Они зашагали в сторону машины, на которую указала Демарко.

— Я отвезу вас в школу и введу в курс дела. Мы там устроили временный штаб в учительской. Здесь у нас нет полицейского участка, только ПООП — пост охраны общественного порядка.

На большой скорости «форд эксплорер» заскакал по ухабам, под колесами весело хрустел снег и грязный лед — поездка больше напоминала езду в груженой бетономешалке. Видимо, накануне дорогу чистила снегоуборочная машина, так как по обеим сторонам высились почти двухметровые сугробы, но больше никаких машин видно не было.

— Насколько я понимаю, — сказала Демарко, — вы бывали здесь раньше.

Эбби молча кивнула. Ей не хотелось говорить об этом, и она уткнулась в окно. На настилах и наклонных крышах бревенчатых домов, стены которых украшали оленьи рога, лежал толстый слой снега, но вокруг не было ни души. Город словно вымер — ни людей, ни даже собак на улицах.

Они миновали ряд магазинчиков с сувенирами, бар «Северный олень» со сверкающими неоновыми надписями: «Горячий кофе», «Завтрак, который насытит на весь день», «Пиво „Бадвайзер“, „Предлагаем ночлег и завтрак“. Все было до боли знакомым, но в то же время далеким, как в кино. Единственное новшество, которое она заметила, — когда-то небольшой туристический центр, предлагающий прогулки в горы, прогулки на каноэ с рыбалкой, расширился, заняв соседний магазинчик. Витрины магазинов наглухо закрывали деревянные ставни: настоящий наплыв туристов начнется только в конце мая.

Наконец машина повернула направо и остановилась у одноэтажного здания, не похожего на жилое. Правда, строение больше напоминало тюрьму, а не школу. Эбби отстегнула ремень безопасности и вышла из машины. В лицо ударил морозный воздух. Вслед за Демарко она поднялась по бетонным ступенькам и вошла в широкие двери. В коридоре пахло хлоркой. Стены покрывали нарисованные мелом медведи, киты и цветы, из классов доносился радостный гомон ребятишек, и Эбби на минуту почувствовала мир в душе. Да, но где же родители учеников? Почему город кажется таким пустынным?

Демарко решительно открыла дверь в конце коридора и пропустила Эбби вперед, в душную, похожую на квадратную коробку комнату с побеленными стенами. Там стояли четыре стула, заваленный бумагами алюминиевый стол и помятый, будто его сбросили с крыши, картотечный шкаф. На небольшом столике у окна теснились бумажные стаканчики и грязные кружки, валялись пакетики с сахаром и чаем. На двери сиротливо висело расписание занятий, напоминавшее входящим, что когда-то здесь была учительская. Наверное, его забыли снять, когда вывозили вещи.

Демарко налила в чашки кофе из кофеварки и предложила Эбби присесть, но та отказалась: проведя на ногах около суток, она боялась, что, едва присев, тут же заснет в этой душной комнате.

Демарко села за стол и, взяв в руки зеленую папку-скоросшиватель, пробежала глазами первую страницу, словно сверяя факты, затем мрачно посмотрела на Эбби. Та поставила чашку на подоконник и оперлась о теплую бетонную стену.

— Нашли? — хрипло выдохнула она.

Демарко покачала головой:

— Пока нет. Ее ищут, люди сейчас там.

Эбби посмотрела в окно на пустынную улицу:

— Все?

— Почти все. А народ из Уайзмена и Колдфута собирает деньги. На земле ищут собаки, а Рон и Лу, то есть супруги Уолмзли, облетают территорию на самолете. — Демарко глянула на телефон на столе, потом в сторону. — Люди вернутся с наступлением темноты.

— Где ее ищут?

Демарко взяла с пола помятую карту, расстелила ее на столе поверх бумаг. Эбби тут же вспомнила своего бывшего ухажера, картографа по имени Роберт. Он тогда только что развелся, был невероятно галантен и даже взял ее с собой в Озерный край, что на северо-западе Англии, где обучал ориентированию на местности. Она чуть не умерла от ужаса, когда он предложил ей пожить вместе.

„Обязательность не такое плохое слово, — печально вздыхал он. — Не все мужики сволочи — некоторые даже очень неплохи, если дать им возможность проявить себя“.

Когда он поставил перед ней условие — либо переезжай ко мне, либо мы расстаемся, она выбрала последнее. Она не была уверена, что он не вернется к бывшей жене, которой названивал чуть ли не каждый день. После Кэла она вообще не доверяла мужчинам и не шла на сближение.

— Мы находимся здесь, — Демарко показала на Лейкс-Эдж, потом переместила палец к юго-западу, — а ищем вот здесь. — Палец уткнулся в место, обозначенное на карте как „Лесотундра“.

Эбби начала внимательно рассматривать зеленые, белые и коричневые заплатки на карте, обозначавшие ледники, ледниковые отложения, расселины, родники, лесные массивы, водопады и изогнутые контуры гор. Только несколько рек имели имена; горные вершины, за исключением наиболее высоких, были безымянны — лишь крохотные точки с указанием высоты: 1369 м, 1620 м.

— В выходные ваша сестра должна была встретиться с лесником Джо Ченегой. Они друзья и иногда вместе ходят на рыбалку. Он давал ей уроки выживания в этих местах. Она собиралась забрать у него нарты, которые он для нее починил. Но в условленное время она не пришла, и он сам к ней пошел. Осмотрев сарай, он решил, что она уехала на лыжах за собачьей упряжкой.

— На лыжах за собачьей упряжкой, — эхом отозвалась Эбби. Она припомнила, что Джулия действительно что-то такое говорила, но тогда не обратила на это внимание.

— Человек встает на лыжи за упряжкой, а вещи и провиант кладет в рюкзак либо привязывает к небольшим санкам. Лиза время от времени совершает подобные вылазки, но раньше она никогда не попадала в беду.

Эбби сжала зубы: „Еще как попадала, она чуть ли не с рождения постоянно попадает в какие-нибудь переделки“.

— Вы знакомы с моей сестрой?

— Нет, но здесь ее знают очень хорошо.

Демарко извлекла бумажную салфетку из одного из своих многочисленных карманов и громко высморкалась.

— Помните, я рассказывала вам о собаке? Кажется, я говорила, что она получила обморожения и очень ослабла после того ужаса, который ей пришлось пережить.

Она продолжала что-то говорить, но Эбби перестала ее слушать. Она вдруг отчетливо увидела Лизу, которая из последних сил ползет по снегу: нежное личико посинело от мороза, на губах запеклась кровь.

— Вы меня слушаете?

Эбби облизнула пересохшие губы и с трудом отогнала видение. Лиза всегда справляется с трудностями. То, что собака перекусила упряжку и пришла домой одна, не означает, что сестра погибла. Вполне возможно, она, живая и невредимая, в этот момент тоже возвращается с гор.