Избранник - Ксения Комал

Размышляя таким образом, молодой человек преодолел бо́льшую часть подъёма и понял, что назад уже не повернёт. Крайне нелестно отзываясь о славном местечке, лишающем разума даже психически здоровых людей, он подошёл к калитке, безрезультатно подёргал ручку и нажал на белеющий в ночи звонок. В доме почти сразу хлопнула дверь, а вскоре перед забором возникла фигура в светлом сарафане до пят; распущенные, чуть растрёпанные волосы обрамляли изящное лицо и спускались по плечам. Не ведьма, а лесная нимфа. Даниил зажмурился, пытаясь избавиться от наваждения.

– Передать просили, – мрачновато буркнул он, протягивая траву.

– А сама где? – недовольно осведомилась Варвара.

– Не знаю, может, могилы раскапывает, может, с топором по лесу бродит… Ну эти ваши обычные женские забавы.

Ведьма нехотя фыркнула и приготовилась захлопнуть калитку.

– Погоди.

Она неожиданно послушалась, и молодой человек вдруг понял, что не может произнести ни слова. Красноречие ещё никогда его не подводило, а уж перед противоположным полом ему и вовсе не было равных, но в этот раз что-то явно пошло не так. Ухмылка Варвары становилась шире и шире, глаза приобрели заметный лиловый оттенок, на залитом лунным светом холме практически исчезли тени, всё вокруг сделалось эфемерно-обманчивым; дом внезапно вздрогнул и исторгнул из трубы облако чёрного пепла.

Даниил в ужасе застыл и что-то промычал, указывая на своенравное жилище.

– Дьявольского хохота не хватает, да? – буднично осведомилась Варвара. – Просто при посторонних они как-то смущаются…

Молодой человек несколько раз моргнул, безмолвно развернулся и, слегка пошатываясь, направился к подножию холма. Девушка укоризненно покачала головой, философски вздохнула и, убедившись, что он успешно спустился, закрыла калитку.

                                         ***

Похороны проходили в тёплой, доброжелательной атмосфере. Даниил даже подумал, что ещё немного – и сельчане начнут поздравлять друг друга с освобождением от неблагополучного соседа, но люди всё же соблюдали внешние приличия и изо всех сил старались напустить на себя траурный вид. Марго деловито шныряла в толпе и время от времени выставляла на шаткий деревянный столик новые бутылки со спиртным – похоже, непосредственно копанием её работа не ограничивалась. Надежда с тётей, обе в длинных юбках и косынках на головах, печально торчали у могилы, демонстрируя образец смирения и скорби; девушка периодически бросала исподлобья мрачные взгляды, однако исправить своё зависимое положение никак не могла. Ещё нескольких людей молодой человек знал в лицо, но остальных видел впервые.

За мероприятием он наблюдал из отдалённых кустов, очень надеясь, что сам остаётся незамеченным. В тех же зарослях облюбовала местечко Варвара, которая ядовито ухмылялась и талантливо строила издевательские гримасы каждый раз, как Даниил к ней поворачивался. Он до сих пор не мог себе простить позорного ночного бегства, а потому, обнаружив в выбранном боярышнике своеобразное соседство, был не рад вдвойне. Ведьма тоже не испытывала никакого удовольствия от встречи, но менять дислокацию было поздно, а более подходящего укрытия поблизости всё равно не было.

– Выспался? – язвительно буркнула она, устав демонстрировать своё отношение пантомимой.

– Сейчас встану и громко крикну, что здесь, среди православного люда – чужие.

– А потом они захотят знать, зачем ты с нечистью по кустам шаришься. – Угроза особого эффекта не произвела, но девушка рефлекторно пригнулась и ещё больше слилась с природой. – Мне, кстати, тоже интересно.

– Тенёк тут, – огрызнулся Даниил, стараясь не слишком откровенно её разглядывать. Коричневая юбка до колен, которая на любой другой смотрелась бы очень скромно, тёмно-зелёная майка с кружевной каймой и лёгкие босоножки – вроде самый обычный летний наряд, но на Варваре всё сидело чересчур обольстительно. – А тебя на место преступления потянуло?

– Следующую жертву выбираю, – процедила девушка, от которой его взоры не укрылись. Она отвернулась и осторожно погладила ближайшую каменную плиту.

Молодой человек намёк оценил, но при свете дня ведьмины потуги вызывали у него лишь лёгкую улыбку.

– Сколько тебе лет?

– Сто тридцать четыре, – буркнула Варвара, хотя до этого твёрдо собиралась молчать, и с обидой спросила: – Совсем совести нет?

– Просто любопытно, сколько ещё ты собираешься в эту ерунду играть. Двадцать пять уже есть, наверное? Тебе бы о семье, о детях подумать, мужика найти…

– Ты, часом, не свою кандидатуру предлагаешь?

– Прости, но сельские пэтэушницы не в моём вкусе.

Варвара задохнулась от возмущения, на её лице проступили красные пятна, и молодой человек с удовлетворением отметил, что попал в цель – вряд ли за всю свою жизнь она слышала что-то более оскорбительное. Или встречала мужчину, который мог ей отказать.

Девушка довольно быстро пришла в себя, пару раз артистично скрежетнула зубами и принялась очень внимательно следить за ходом мероприятия. Народ разделился на группки по пять-семь человек и как-то незаметно рассосался по кладбищу. У могилы остались несчастная Надя, вынужденная слушать скорбную речь своей родственницы, и ещё три женщины с пластиковыми стаканами в руках, видимо, не решавшиеся отходить далеко от стола. Чувствовалось, что трагичная участь уже погребённого усопшего никого не волнует.

– А где отец Фёдор? – вдруг вспомнил Даниил.

– В отъезде, – нехотя ответила девушка. – Слушай, серьёзно, чего ты к нам припёрся? Илья твой сам повесился. Прости, но это факт. Я, конечно, понимаю, что суицидник в семье – та ещё радость, но тут уже ничего не поделаешь.

– Ты вполне могла бы поспособствовать моему скорейшему отбытию в родные края, – голосом змея-искусителя предложил молодой человек. – Всего-то и надо…

– Я не знаю ничего, – раздражённо перебила Варвара. – Он ни с кем не враждовал, никому не мешал, просто слонялся бесцельно по селу. Если и были у человека проблемы, то глубоко психологические, и начались они задолго до приезда сюда.

– А как насчёт вашей тесной дружбы?

– Мы не общались почти. Пару раз на свидание звал, я отказала. И нет, в петлю он полез не после этого. Можешь спокойно валить домой, – с робкой надеждой закончила она.

– Довольно подозрительно, что он решил распрощаться с жизнью у тебя под окнами. А то, что его нашла твоя правая рука, по странному совпадению имеющая непосредственное отношение ко всем местным покойникам, и…

– Каждый зарабатывает как может, – обиделась за подругу Варвара. – А в том, что Илья в той роще вздёрнулся, ничего удивительного нет – поля кругом, до ближайшего леса идти прилично, к тому же есть шанс, что тело обнаружат дети, например, или сердечники. В низину никто не ходит, так что он вполне мог проболтаться там до зимы, никого не напрягая. Редкого благородства был человек…

Она говорила серьёзно, но в каждом слове Даниилу чудилась скрытая насмешка, и он никак не мог понять, действительно ли девушка пытается ему помочь. Внезапная откровенность при полном нежелании общаться накануне тоже наводила на размышления.

– Насколько я знаю, ему физически было бы трудно это сделать, и потом, неужели тебе не кажется странным, что вокруг просто мор? Хотелось бы подчеркнуть – вокруг тебя.

– Издержки профессии, – пожала плечами Варвара. До этого она сидела на корточках, но теперь, устав, опустилась на землю и сложила ноги по-турецки.

– Простудишься, – буркнул Даниил, хотя здоровье представительницы тёмных сил должно было волновать его меньше всего.

– Я не простужаюсь.

– Колдовские чары?

– Витамины.

Молодой человек усмехнулся и протянул ей валявшийся поодаль толстый сук, на котором можно было уместиться с относительным удобством. После небольшой заминки подношение было принято, а Даниил вкрадчиво произнёс:

– То есть какие-то проблески разума всё же присутствуют. Значит, в свои магические способности ты на самом деле не веришь и не можешь не волноваться из-за обилия трупов.

– В моих магических способностях ты, по-моему, не сомневался ещё прошлой ночью. А по поводу трупов… Съезди в любую российскую деревню – мужиков там ничуть не больше, чем у нас.

– Но не все они тонут в бочке с дёгтем.

Варвара передёрнула плечами и разговор предпочла прекратить. Ясно, что он не уберётся отсюда, пока сам этого не захочет, а до тех пор придётся терпеть присутствие самовлюблённого экстремала. Что ж, его предупреждали. Она окинула