Морской шакал - Алексей Макеев

С высоты Седову было трудно судить о полученной матросом травме.

– Сергей, глянь, что у него с ногой, – попросил он.

Старший механик склонился над Алексеем и стал осторожно снимать с его ноги кроссовку.

Уваров застонал, но, видимо, не столько от боли, сколько от страха.

К счастью, кроссовка была ему великовата и легко снялась с ноги.

– Вроде ничего страшного не видно, – неуверенно произнес Сергей, после того как снял с ноги Уварова мокрый носок и осмотрел ступню.

– Скоро раздует, – убежденно заверил старпом. – Раз его перекосило от боли, значит, он что-то сломал или вывихнул голеностоп.

Оказывать медицинскую помощь прямо на плоту было неудобно и, пожалуй, даже бессмысленно, учитывая, что берег находился всего в двух шагах. Тем более что специалистов соответствующего профиля среди членов команды не было, из-за чего рассчитывать на квалифицированную помощь Уварову не приходилось.

– Терпеть можешь? – спросил капитан.

– Все нормально. Кажись, прошло, – страдальческим тоном ответил Уваров.

– Ну, ладно, потерпи до берега. Там, если станет хуже, мы дадим тебе обезболивающее, – пообещал Седов.

Титову и Василию Терентьевичу оставалось самим спуститься на плот, которым управлял матрос Дмитрий Крачков.

– Не забудьте про Жулика, – крикнул снизу кок, беспокоясь за своего четвероногого питомца.

Услышав знакомый голос, пес радостно залаял.

Собаку нельзя было оставлять на корабле. Старпом попытался связать Жулика веревкой, но изворотливый пес не позволил этого сделать. Веревка постоянно соскальзывала с ребер на тощий живот, и в конце концов Титов разозлился и сбросил Жулика за борт рядом с плотом, в котором находились Олег и Илья.

Жулик отчаянно заработал лапами, но верно избрал направление к спасению. Его мокрая напуганная морда рассмешила даже Олега. Когда он втащил собаку на плот, Жулик быстро пришел в себя, отряхнулся и дружелюбно завилял хвостом. Видимо, ему приходилось попадать и в более серьезные передряги.

Прежде чем перебраться на плот, Титов предложил свою помощь капитану, но получил от него вежливый отказ. Седов следовал неписаному правилу, гласившему, что капитан должен покидать судно последним, и настоял на том, чтобы старпом спустился первым.

Для Василия Терентьевича, с его достаточно грузной комплекцией и солидным возрастом, лазание по канатам было уже не только непростым, но и опасным делом. Но он, ни секунды не колеблясь, сел на борт, ухватился руками за веревку и стал спускаться. Как ни странно, благодаря сильным рукам и нерастраченной сноровке капитан справился с этой задачей в два счета и, спрыгнув на плот, громко выкрикнул:

– Ну а теперь к берегу!

Моряки отвязали веревки, удерживавшие плоты возле балкера. Концы веревок не стали забрасывать на палубу, а оставили свисать с борта «Улисса», чтобы при необходимости по ним можно было взобраться на судно.

Гребцы взяли в руки весла и направили плоты к берегу.

Спасательные плоты были плохо приспособленными для гребли. Однако благодаря слаженным действиям моряков, волне и высокой воде они стали медленно продвигаться к берегу и благополучно преодолели участок, изобилующий подводными скалами. Если бы дул встречный ветер, плавание могло бы и затянуться, но погода была безветренной и не создала проблем морякам. Расстояние до берега преодолели за каких-нибудь пятнадцать минут. Когда стало совсем мелко, Дмитрий, кок и старший механик спрыгнули в воду и подвели плоты к берегу.

Как только моряки почувствовали под ногами твердую почву, на их лицах появились улыбки. И дня не прошло с тех пор, как судно отчалило от берега, но земля по-прежнему оказывала на людей магическое действие.

Седов спрыгнул с плота прямо в воду и скомандовал:

– Сгружайте вещи. А ты, Дима, помоги Сергею отнести Алексея на берег.

Парни взяли пострадавшего на руки и, отпуская шутки о его привилегированном положении, понесли его к берегу.

– Кладите туда, поближе к деревьям, – подсказал Титов.

Второго механика положили на траву и подсунули ему под голову скрученное одеяло. Капитан подошел к Алексею и склонился над поврежденной ногой. Он лучше других членов команды разбирался в травмах и в оказании первой медицинской помощи. За его спиной столпились любопытные моряки. Седов недовольно посмотрел на них и обратился к Титову:

– Найдите поблизости место, подходящее для лагеря, и перенесите туда вещи. Мне, пожалуйста, не мешайте.

Моряки послушно отошли.

Площадку для лагеря долго искать не пришлось. В каких-то тридцати шагах от места высадки лес немного отступал и редел, образуя свободное от деревьев пространство, площадь которого позволяла разбить лагерь. Вещи с плотов стали переносить туда.

Кто-то подал идею вытащить два плота на берег и использовать их как палатки. Идею одобрили и дружно взялись за дело.

К этому времени уже достаточно рассвело, и капитан смог осмотреть ногу второго механика.

Алексей Уваров лежал, опершись на локти, и с тревогой поглядывал то на свою ногу, то на сосредоточенное лицо капитана, который внимательно разглядывал ступню, в его голубых бегающих глазах, увеличенных стеклами очков, отчетливо читался испуг. Пока переправлялись на берег, ступня заметно распухла и приобрела неестественный вид и цвет.

– Что там? – с беспокойством спросил Уваров.

Капитан потрогал ногу и нажал на нее в нескольких местах:

– Больно?

– Немного.

– Кажется, ничего страшного.

– А почему болит?

– Я не сказал, что с ногой все в порядке, – пояснил капитан. – Но травма неопасная. Ходить, возможно, не сможешь, но и экстренной помощи не требуется.

– А что с ней?

– Либо сломана какая-то кость в ступне, либо трещина или вывих. Ты сам-то что чувствуешь?

– Вывих вряд ли, – заметил Алексей. – Я сильно ударился, но ногу, кажется, не подвернул.

– Ну ладно, обсыхай. Тебе не холодно на земле?

– Нормально.

Капитан оставил пострадавшего отдыхать и направился к месту, где моряки обустраивали лагерь.

Лес на всем протяжении бухты, в которой они волею судеб оказались, почти вплотную подходил к берегу, оставляя небольшую, около пяти метров шириной, береговую полосу, местами песчаную, местами галечную. Под деревьями рос густой подлесок, состоящий в основном из кустарника, опутанного лианами, пробираться по которому было затруднительно и малоприятно. Однако в месте, выбранном для лагеря, подлесок редел, а деревьев было совсем немного.

– Ну как, капитан? – поинтересовался Титов, предлагая Седову оценить оперативно проделанную работу.

Два плота вынесли на берег. Они вполне могли заменить палатки. Третий плот остался на берегу, на тот случай, если потребуется за чем-то возвратиться на балкер.