Кино с клубничкой - Людмила Ситникова

– Он прав, виновница аварии я, – промямлила Копейкина. – Задумалась за рулeм и…

– А какого хрена думаешь за рулeм? – перебила гора в оранжевом. – Думать надо было в школе. А ну, вылазь из машины!

– Зачем? – испугалась Ката.

– Вылазь, кому говорят!

– Нет.

– Ты чего, дура? Я так и буду с тобой говорить через щель в окне?

Копейкина, глубоко вздохнув, открыла дверцу, представляя уже, что сейчас Нюра разорвeт еe на части.

– Так… иди сюда… – Та подошла к машине тестя. – Ну что у нас здесь?

– Нюрочка, вот видишь, бампер…

– Eлки-палки! – Нюра упeрла руки в бока. – Ты чего ж, хрен старый, раздул всe из-за царапины?

– Так какая царапина, вон…

– Я думала, машина всмятку, а тут даже и не помято ничего.

– Так…

– А ну заткнись, маразматик! Я с тобой дома поговорю, ты у меня ещe сядешь за руль! В следующий раз поедешь только на кладбище.

– Нюрочка…

– Иди ты…

– Уже в пути, Нюрочка, уже в пути, – залебезил дед.

– Значит, так, дамочка, дела не столь плохи, как я ожидала, поэтому предлагаю разойтись по-хорошему.

– Полностью согласна.

– Сто пятьдесят баксов, и дуй по своим делам.

– Сто пятьдесят долларов? – Ката вытаращила глаза.

– А ты как думала?

– Но ведь сами сказали – царапина небольшая.

– Короче, решай быстренько: или платишь бабки, или же будут у тебя серьeзные проблемы. Вон как пожилого человека напугала! Да у него нервный шок из-за аварии, ему сейчас плохо станет. Хочешь ещe за моральный ущерб платить? Так я быстренько в суд…

– Ваш тесть в порядке.

– Да, Нюрочка, со мной порядок, я-то сам не пострадал…

Невестка поднесла к его лицу кулак.

– Вот как вмажу тебе в морду, ты у меня как раз и пострадаешь.

– Сейчас должен приехать страховой агент… – начала Копейкина.

– Какой ещe, на хрен, агент? Ты чего, маразматик поганый, уже и в страховую компанию позвонил?

– Да… я… а как же… ведь…

– Ну, сегодня дома тебя ждут большие проблемы… – Нюра повернулась к Катарине. – Ну так как насчeт денег, надумала?

– А что говорить, когда приедут из компании?

– Ничего, не твои заботы, давай деньги – и попутного ветра.

Ката потянулась к кошельку. Ну и баба, и правда монстр.

Получив деньги, Нюра толкнула тестя в плечо.

– Давай, шевели граблями, раритет хренов.

– А как же милиция?

– К чертям собачьим твою милицию! Живо садись за руль и кати домой, пока цел!

Катарина надавила на газ. Ну и денeк!

Раздался телефонный звонок.

– Слушаю.

– Ката… Ката, это Розалия!

– Я узнала.

– Ката, случилось несчастье! – кричала свекровь в трубку.

– Какое? – Копейкина ощутила колики в боку.

– Наташка…

– Что с ней?

– Она в больнице… Ката, она умирает…

– Где вы?

– В больнице.

– Адрес, адрес говорите!

– Не знаю я адреса, – плакала Розалия, – мы приехали сюда на «Скорой».

– Ну там спросите у кого-нибудь номер дома, и улицу.

– Сейчас…

Последовала пауза, Катарина барабанила пальцами по рулю. Господи, что могло случиться с Натальей? Утром, когда она уезжала, женщина выглядела вполне здоровой.

– Алло, Ката, запоминай. И, пожалуйста, приезжай поскорее.

– Еду немедленно.

В приeмный покой она забежала через полчаса и сразу увидела сидящую на стуле свекровь.

– Что случилось?

– Ах, не знаю, не знаю…

– Как Наталья?

– Врач ничего мне не говорит.

– Где она?

– В реанимации. Но туда не пускают, сказали ждать здесь. Ох, если она умрeт, я не переживу этого. Кто тогда будет делать мне массаж?

– Розалия Станиславовна, сейчас важно другое.

– Ты права, просто я совсем не соображаю, что говорю.

– Как всe произошло?

– Врач сказал, похоже на сильное отравление.

– Отравление?

– Да.

– Но как, а главное – чем могла отравиться Наталья?

– Ума не приложу. Мы сидели в столовой и пили чай. Я как раз пришла от Евдокима. Знаешь, он почти закончил мой второй портрет, только мне не понравился нос. Я ему сказала, а он…

– Розалия Станиславовна, при чeм здесь ваш нос? Вы с Наташей пили чай… Дальше!

– Чай пили с конфетами, которые принесли тебе…

– Кто принeс?

– Не знаю. Я пришла от Евдокима и увидела – в гостиной в вазе стоит шикарный букет роз. Такие, знаешь, красивые розы, ярко-красные, сочные…

– Не отвлекайтесь.

– Спросила у Натальи, откуда букет. Оказалось, за полчаса до моего прихода букет вместе с коробкой шоколадных конфет принeс какой-то мальчишка. В цветах имелась карточка с надписью: «КАТАРИНЕ КОПЕЙКИНОЙ». Я ещe подумала, никак ты завела себе на стороне какого-нибудь хахаля и погуливаешь от Андрея…

– Розалия Станиславовна!

– Прости, но я так подумала. А ты чего, не погуливаешь? Он же всe время в командировках.

– Я верная жена.

– Ну и дура!

– Вернeмся к конфетам.

– Я предложила выпить чаю с конфетами. Ты же не станешь сердиться, что я открыла коробку?

– Наташа ела конфеты?

– Ну да. Мы разговаривали об отвратительном вкусе Лины и вдруг… Натка встала, схватилась за горло и начала хрипеть. Она задыхалась, лицо покраснело, руки ловили воздух, потом она рухнула на пол. Я была в шоке, сразу вызвала врача…

– Вы сами ели конфеты?

– Нет. Хотела взять одну, но потом вспомнила… – Розалия замолчала. – Ну, в общем, я уже ела шоколад сегодня и решила, что больше не стоит, в последнее время и так поправилась.

– Она много съела конфет?

– Ката, ну какая разница! Тебе что, жалко?

– Ответьте.

– Штук пять… или шесть. Я ей говорила, куда, мол, ты так торопишься. Так нет, глотала, как бегемот.

– Где они сейчас?

– Кто?