Черта с два - Татьяна Полякова

— Да, — и с любопытством ждала, что скажут мне.Голос был мужской, приятный и незнакомый. Интеллигентный голос с характерныминачальственными интонациями.

— Александра Сергеевна? — спросил он. — Выменя слышите?

— Слышу, — ответила я.

— Вот и отлично. — Он сделал паузу, потомзаговорил:

— Вам не кажется, что все это зашло слишком далеко иуже походит на идиотский фарс?

— На идиотский что? — не поняла я.

— Фарс. Комедию.

— Мне не смешно. Нисколько, — заверила я идобавила с обидой:

— Может быть, вы со смеху покатываетесь, но не я.

Он вздохнул.

— Вот что, Александра Сергеевна. В шесть вас будутждать на развилке возле нового кладбища. Вы очень… подвижная женщина и, думаю,за час успеете туда добраться.

— А зачем мне туда добираться? — тупо соображаяспросонья, спросила я.

— Вы привезете пленку, а мы вернем вам мальчика. Ямедленно сползла по стене.

— Не беспокойтесь, — заверил меня приятныйголос. — Ребенок в безопасности, жив, здоров и очень хочет увидеться свами.

— Я вам не верю… — пролепетала я.

— Как угодно. Но пленка мне нужна в шесть. Позднееобмен не состоится.

— Я вам не верю, — повторила я. — Вы неотпустите нас…

— Да бросьте вы, — он вроде бы обиделся. —Зачем вы мне? Сумасшедшая убийца и ребенок… Мне нужна пленка. Вы все поняли?

— Все я поняла, сукин ты сын, — заверила я, хотяон уже не слышал. Я ревела от бессилия, ухлопав на это минут пять, потомиспуганно посмотрела на часы, они стояли. — Господи боже… — сказала ягромко. — Почему бы им не пристрелить меня вчера? Я очень устала, —слезливо пожаловалась я, глядя куда-то вверх. — Очень. И мне все надоело…— Но мое мнение никто не спрашивал. Поэтому я стала выворачивать карманы и искатьбумажку с нужным мне номером телефона. Разговор много времени не занял.

Потом я набрала Сашин номер, и он ответил.

— Саша… — позвала я жалобно.

— О господи, где тебя носит? Я не спал всю ночь.

— Саша, Денис у них.

— Не может быть…

— Они ждут меня на развилке, возле нового кладбища, вшесть. Времени в обрез…

— Послушай…

— Извини, Саша. Они хотят пленку, и я ее верну. Толькоони наверняка обманут и убьют нас. Боюсь, им ничего не стоит убить ребенка. Вотв чем дело…

— Кто эти они, черт возьми?

— Я не знаю, — сказала я и добавила:

— Мне нельзя терять время.

— Куда ты сейчас? — спросил он.

— За пленкой.

— Ты не поедешь к ним одна. Я поеду с тобой. Где мывстретимся?

— На конечной седьмого троллейбусного маршрута, тамгаражи…

— Я буду через полчаса, — заверил он, а я кивнула,точно Саша мог меня видеть.

Я выбралась из подвала. Вид у меня был… Побрела по улице,потом ускорила шаг, потом побежала. Раннее воскресное утро, город спит. Из-заугла появилась машина, завидев меня, водитель шарахнулся в сторону. Футболка вкрови и запах… Не хватает на милицию нарваться… Я испуганно шагнула во двор итут заприметила выезжающую машину, заправила футболку и махнула рукой. Дядьказа рулем, судя по всему, еще спал и видел меня плохо, поэтому охотноразговорился и сообщил, что собрался к своим на дачу.

— А я на кладбище, — брякнула я с заднего сиденья.

— Своих навестить?

— Да.

— Что-то рановато…

— Пока возьму машину, заеду домой, переоденусь, куплюцветов…

Дядька, согласно кивая, довез меня до самого гаража, но,слава богу, сразу уехал, у меня не было ни малейшего желания изображатьстрашное горе при виде пустого гаражного пространства.

Я достала пленку, сунула ее в карман и пошла к остановке, непотрудившись запереть гараж. «Неужели они убьют ребенка? — подумала я сгоречью. — О господи…» Я ускорила шаг. Саша стоял возле своей машины. Снекоторым удивлением я заметила, что в кабине сидят еще двое мужчин.

— Быстрее! — поторопил он. — Времени в обрез.

— Кто это? — шепотом спросила я.

— Садись, расскажу по дороге.

В машине сидели Сашины коллеги. Они были вооружены и, есличестно, вид имели самый что ни на есть бандитский. На этот счет я невысказывалась: глупо обижать людей, решивших помочь, просто потому, что их лицане соответствуют моим представлениям. Кстати, физиономист я никудышный, случайс Логиновым яркий тому пример.

Саша ставил рекорд по скорости и одновременно посвящал меняв свой план. Нервничал, но говорил убежденно, и было видно, что в своих словахне сомневается Рядом с тремя вооруженными мужчинами я немного приободрилась.

— Значит, так, ты идешь одна, мы тебя прикрываем. Помоей команде сразу ложись на асфальт. Денис наверняка будет в машине. Преждечем отдать пленку, потребуй показать ребенка. Ты поняла?

Я кивнула. Саша посмотрел на меня и быстро пожал мне руку.

— Оружие у тебя есть? — спросил он торопливо.

— Нет. — Я приподняла футболку, чтобы сидящийрядом парень мог в этом убедиться.

— Как бы ни обернулось дело, по моей команде сразуложись, — повторил Саша и вдруг спросил:

— Ты ранена?

— Нет. Упала.

— Надень ветровку, там, сзади…

Меня трясло, то ли от холода, то ли от волнения, я наделаветровку и обхватила себя руками.

— Саша, не могут они убить ребенка. Ведь люди же они, вконце концов…

— Не думай о плохом, — сказал он. — Мы спасеммальчишку.

— Он маленький, и он совсем ничего не знает. За что егоубивать?

— Прекрати, Саша. Держи себя в руках…

Я держу себя в руках. Я очень хорошо держу себя в руках…

До развилки оставалось полкилометра, а часы показывали безпяти минут шесть.

— Все, отсюда пойдешь пешком, — сказал Саша исвернул в лес.