Черта с два - Татьяна Полякова

Я побежала по дороге. Я бежала, пытаясь молиться всем богам,о которых мне что-либо известно, в результате молитва получилась довольностранной и, боюсь, неубедительной. Тут я увидела машину, светлую «Волгу» стонированными стеклами, но вместо того, чтобы броситься к ней, в последнемрывке повалилась на асфальт.

— Ну, конечно, опять упала, — поднимаясь начетвереньки, сказала я громко. «Но только не духом, а, как всегда,головой». — Давай, давай, еще немного… и, если повезет, все кончится.

Последние метры я преодолевала так, точно шла по горло вводе и, поравнявшись с «Волгой», с трудом могла произнести, морщась от боли:

— Где ребенок?

Окно пассажира спереди открылось, и я увидела мужчину летсорока, он смотрел сонно и вроде бы недовольно, точно его оторвали от приятныхвоспоминаний.

— Пленка, — сказал он.

— Ребенок, — сказала я.

— Он сзади. — Мужчина еще не успел договорить, а яуже увидела Дениса, точнее, сначала услышала сопение, он всегда смешно сопит,когда волнуется, а потом появилась его стриженая голова, физиономиянастороженная, со сведенными у переносицы бровями. В глазах плескался дикийстрах. А я пожалела о том, что у меня нет винтовки: за один этот страх в егоглазах я уложила бы всех взрослых дядей, сидящих в машине, одного за другим, ипусть потом скажут, что я психопатка, убийца или чокнутая, как кому нравится, ачерти радостно скалят зубы, готовя мне место помрачней и пожарче.

— Пусть выйдет из машины, — сказала я, облизнувгубы. Задняя дверь открылась, и появился Денис. Он шагнул ко мне и обхватилменя руками. Я похлопала его по спине, правой рукой достала пленку из кармана ипротянула ее типу на переднем сиденье. Он извлек пленку из футляра и сталрассматривать, а я медленно пятиться, прижимая к себе Дениса. Обогнула машину ипрыгнула в кювет, увлекая мальчонку за собой. «Волга», сдав назад, развернуласьи через пару минут исчезла за поворотом.

— Ну, дела, — усмехнулась я, поднимаясь и оглядываясь. —Давай-ка в лес. — Но тут на дороге появилась Сашина машина, он лихозатормозил и бросился к нам. Его товарищи остались в кабине.

— Все хорошо? — спросил Саша. Я молча кивнула, онвзял Дениса за руку и повел к машине. Я немного повертела головой, стараясьделать это не слишком заметно.

Я пыталась гнать от себя страхи, но Денис шел рядом, и омоей победе над темными силами оставалось только мечтать. Мы сели в машину, я сДенисом на заднее сиденье, рядом с одним из мужчин. Оба были на редкостьмолчаливы, а вот Саша говорил без умолку, как видно, сказывалось волнение.

— Сейчас мы отвезем вас в надежное место. Поживете тамнесколько дней, пока все не выяснится.

Я тоже была разговорчива, задавала вопросы, кивала и дажесмеялась. Быстро сунула в карман Дениса клочок бумаги и больно сжала еголадонь. Он заглянул мне в лицо, а я перевела взгляд за окно. В поле нашегозрения возник указатель: пост ГАИ, двести метров.

— Саш, я в туалет хочу, — жалобно сказал Денис.

— Потерпи немного, — кивнул мой сосед. —Скоро приедем.

— Потерпишь? — улыбнулась я.

— Нет. Останови, вот здесь…

— Останови, Саша, — попросила я. Парнипереглянулись, но Саша уже тормозил у обочины. Денис открыл дверь и вышел.

— У тебя шнурки болтаются, — засмеялась я. —Дай завяжу, поросенок, а то споткнешься и разобьешь нос.

Денис стоял возле машины, а я, развернувшись к нему,наклонилась и стала завязывать шнурки на кроссовках.

— Ну, чего ты, — нахмурился он, перехватывая моируки. — Я ж не маленький.

— Мотай, — произнесла я одними губами. — Эторяженые… Когда научишься следить за обувью? — спросила я вслух.

— Не знаю. — Он попятился, а потом юркнул в кусты.

— Далеко не уходи! — крикнула я.

Через минуту один из парней вышел, но к этому моменту Денисуже был в лесу. Его куртка на мгновение мелькнула между кустами, а яулыбнулась. История заговора губернского масштаба подходила к концу, норисковать жизнью ребенка у меня по-прежнему не было желания.

— Что-то он долго, — заметил один парень, а якрикнула:

— Денис!

Потом еще покричала и даже пробежалась вдоль дороги.

— Денис, Денис, вернись сейчас же.

Парень схватил меня за локоть и повел к машине.

— Почему он это сделал? — ошарашеннопоинтересовалась я. В машине царило молчание. — Но мы ведь не можем такуехать? — спросила я Сашу, он покосился на сидящего рядом парня инеуверенно сказал:

— Не беспокойся. Найдется твой Денис.

— Не можем мы его здесь оставить, — не унималасья.

— Отвезем тебя и вернемся за ним.

— Как же так?..

Пост ГАИ остался за спиной, мы уже въезжали в город.

— Куда он мог сбежать, ты не знаешь? — спросилСаша.

— Понятия не имею. Может быть, домой? И зачем он этосделал? Я не понимаю…

— Мальчишка, — пожал он плечами.

Наши спутники сурово молчали. Мы свернули в переулок рядом сречным вокзалом и въехали через распахнутые настежь железные ворота во дворкакого-то учреждения. Передо мной было двухэтажное деревянное здание срешетками на окнах, окруженное крепким забором.

— Выходи, — сказал мне тип, сидящий рядом.

— Не беспокойся, — заверил Саша, стараясь улыбкойкомпенсировать излишнюю суровость приятеля.

— Ты уедешь? — спросила я, и он вроде бырастерялся.

— Да.

— Сейчас? — Моя настойчивость его беспокоила. Онотвел глаза и кивнул:

— Да. На работу срочно.

— Воскресенье, — заметила я и тут же спохватилась:

— Извини, ты ж не на заводе работаешь.

— Как только освобожусь, я приеду, — заверил он иулыбнулся.

— Я тебя жду, очень, — в ответ улыбнулась я, онсел в машину и выехал в ворота, помахав мне рукой. Ворота сразу же закрылись, атип рядом взял меня за локоть.

— Идем в дом, — сказал он без улыбки. И в самомделе, чего б ему улыбаться мне?