Смерть за поворотом - Ти Кинси

И мы полетели по треку.

Мистер Уотерфорд сам помогал его проектировать и поэтому чувствовал себя абсолютно уверенно. Он знал здесь каждый поворот, каждую кочку, каждый подъем и ямку, и хотя «Роллс-Ройс» был совсем не похож на лощеные гоночные машины, которые Монтегю обычно гонял по треку, он прекрасно понимал, как выжать из него максимум.

Я даже стала молиться, чтобы это ему не удалось.

Первый поворот был не очень плох – мы повернули налево, и меня прижало к машине. А потом последовал поворот направо, и меня чуть не сорвало с подножки. Только мгновенная реакция леди Хардкасл и ее крепкая рука не дали мне улететь на траву рядом с трассой. С того момента она больше не отпускала меня.

Неожиданно мистер Уотерфорд резко повернул налево, и мы оказались на траве. Для меня и езда по треку была малоприятной, а эта новая, неровная, ухабистая дорога, шедшая прямо через парк, и вовсе показалась мне воплощением дороги в ад. Подвеска «Серебряного призрака» разработана для обеспечения максимального комфорта, для того чтобы сглаживать неровности дороги. Но здесь, на этом холмистом, покрытом травой рельефе она только подчеркивала эти неровности, и вновь только сила леди Хардкасл и наше общее с ней намерение не позволить мне превратиться в обезображенную кучу на траве, мимо которой пролетало авто, удержали меня на подножке.

Наконец мы увидели ротонду. Казалось, что «Роллс-Ройс» почувствовал отчаяние мистера Уотерфорда и нашел в себе силы ускориться, чтобы угодить своему страдающему водителю.

Тормоза взвизгнули. Колеса заблокировались. Авто остановилось возле ротонды, и мы все вывалились из него.

* * *

Возле входа возникла пробка из людей, каждый из которых хотел войти первым. Широкие двойные двери распахнулись, как и в первый день, но то, что мы увидели за ними, было совсем другим.

Там, где раньше мы видели великолепно накрытый стол, теперь стоял высокий деревянный стул.

На стуле, с петлей на шее и со связанными за спиной руками, стояла миссис Беддоуз.

Рядом с ней, с дробовиком в руках, расположилась миссис МакЛелланд. Она подняла ружье на уровень бедра и направила ствол в сторону двери.

– Достаточно, – сказала она. – Оттуда вам все будет прекрасно видно.

– Ребекка, – сказала леди Хардкасл, – не надо делать этого. Спустите ее вниз.

– Ребекка? – не понял мистер Уотерфорд. – Кто Ребекка? Я думал, что миссис МакЛелланд зовут Мюриэль. Она ведь Мюриэль, Пройдоха, не так ли? Ты же сам нанял эту благословенную женщину!

– И все-таки – Ребекка, правильно? – прервала его моя хозяйка. – Ребекка Беркиншоу.

– Потрясающая леди Хардкасл и ее детективные способности! Браво! Хотя времени на то, чтобы это выяснить, вам понадобилось немало, не так ли, Эмили? – МакЛелланд специально подчеркнула имя моей госпожи, которое произнесла со всем презрением и неуважением, на которые только была способна.

– Что она несет? – начал злиться Монтегю. – Что здесь вообще происходит?

– Ой! – воскликнула домоправительница. – Бедняжка Монти. Окончательно запутавшийся и сбитый с толку. Это ведь ваша девочка попала в беду? Объясните же ему, Хелен. Или вы все еще слишком застенчивы, чтобы постоять за себя?

Мистер Уотерфорд повернулся к мисс Титмус.

– Что здесь, ради всего святого, происходит? – повторил он свой вопрос.

– Думаю, Эмили права, – ответила Хелен. – Мне кажется, это Ребекка Беркиншоу.

– Все только это и говорят, – прервал ее Монтегю. – Но кто…

– Ее старшая сестра Кэти училась вместе с нами в школе, – продолжила Титмус. – И была не самой счастливой девочкой…

– Она была абсолютно счастливой, изумительной девочкой до тех пор, пока вы, злобные мегеры, не превратили ее жизнь в кошмар, – заявила Ребекка.

– И однажды вечером она убила себя, – закончила Хелен, не обращая внимания на эту тираду.

– На закате солнца, – добавила миссис МакЛелланд. – Так что ждать осталось недолго. – Она шевельнула дробовиком.

Мы все повернули головы и увидели, что солнце почти коснулось линии горизонта.

Я дернула леди Хардкасл за рукав платья, и она слегка наклонила ко мне голову.

– Пусть все не прекращают двигаться, – пробормотала я. – Нас слишком много, чтобы она смогла контролировать каждого из нас, если мы будем постоянно перемещаться.

– Поняла, – ответила миледи. – Мне ждать твоего сигнала?

– Вы сами поймете, когда приступать.

Хозяйка кивнула.

Я осторожно сдвинулась вправо, а леди Хардкасл повернулась и что-то прошептала лорду Ридлторпу. Делая еще один шаг в сторону, я увидела, как его светлость шепчет на ухо мистеру Уотерфорду. У них обоих был обиженный вид готовых к действию мужчин, которых попросили подождать, пока кто-то не сыграет первую скрипку, но, казалось, они готовы были с этим смириться. Все они неторопливо и естественно зашевелились.

Еще один шаг – и я оказалась у самых каменных ступеней, ведущих к входу, в то время как Бетти возникла перед мисс Титмус. Моя хозяйка в этот момент оказалась у противоположного края ступеней, и теперь мы все шестеро расположились перед миссис МакЛелланд. Она могла видеть нас всех, но не могла сфокусироваться ни на одном из нас.

Как им и было велено, четверо продолжили свои передвижения, а леди Хардкасл вновь заговорила:

– Мы знаем, что во всем, что случилось с Кэти, вы вините ее подруг, Ребекка. Но так вопросы не решаются.

– Да неужели? – переспросила МакЛелланд. – И как же вы предлагаете их «решить»? Что можно «решить» с подлыми тварями, которые затравили мою сестру до смерти? Они и отца моего уничтожили. Пьянка. Азартные игры. Он потерял все. Иначе почему, по-вашему, я пошла в обслугу? Как я оказалась здесь, подтирая за всеми этими не заслуживающими доброго слова бездарными титулованными ничтожествами?

– И как жевы здесь оказались, Ребекка? – поинтересовалась миледи.

– Мне предложил этот идиот Ковач.

– Вы знали его раньше, не так ли? У него ведь было письмо от отца его светлости, предыдущего графа? Они встречались в Вене, в присутствии вашего отца. И именно старый граф представил Виктора его светлости. А вы должны были встречаться с Ковачем еще будучи совсем маленькой девочкой, путешествуя вместе с отцом. Он что, стал другом вашей семьи? Присматривал за вами, когда все пошло наперекосяк?

– Настолько, насколько это соответствовало его амбициям, – рассмеялась Ребекка. – В основном он приударял за моей матерью, но получил от ворот поворот. И вот после этого он «заметил» меня. Хотя помогать он, в общем-то, не хотел. И денег не давал. Хотел, чтобы я сама «встала на ноги». А потом сказал мне, что Пройдоха ищет новую домоправительницу и что я должна поступить к нему на работу. «Ты будешь зарабатывать больше денег. Перед тобой откроются перспективы. Возможности продвижения. И семья благородная. А пока ты там будешь служить, сможешь сообщать мне обо всем, что Пройдоха делает со своими прототипами». Старый идиот.