Запасной выход - Анна Малышева

– Ну и прекрасно. Какую будем слушать?

Я сгребла кассеты в кучу и прикрыла их руками:

– Стоит ли вообще начинать?

Мужчины уставились на меня. Мне пришлось объяснить свое поведение:

– Дело в том, что Юля жива. Так что вторая часть вашего сюжета отпадает. А она, кажется, интересовала вас больше всего…

Они продолжали смотреть на меня, молча, выжидающе. Может, думали, что я все это только что выдумала? Испугалась, когда дело пошло всерьез.

– Я понимаю, что все это можно было интересно снять, – сказала я. – Черная лестница, мешки, инсценировка, как из квартиры выносят голубой сверток… И меня бы кто-нибудь сыграл. Девушка на лестнице подглядывает за бывшим женихом и нехорошим дяденькой, который ее совратил… Только все это не имеет никакого смысла. Юля жива. Она только что сюда заходила, искала свою сумку.

И я качестве последнего аргумента добавила, что ее сопровождала Дина. Павел так и взвился:

– Так это что, правда?

– Если не верите мне, идите к ней и спросите сами, – мрачно ответила я.

– Черт, – задумчиво произнес Володя. – Я прямо чувствовал, что-то у нас не сложится. Уж слишком все было хорошо…

Я взвилась:

– Хорошо?! Что, по-вашему, тут хорошего?

– Успокойся, – нервно сказал Павел. – Это в самом деле была та девушка? Кого же они вынесли из квартиры?

– Может, не кого, а что! Я приняла эту штуку за ковер, так, может, это и был настоящий ковер. Но Юля жива. Какого мы сваляли дурака!

– Или с нами сваляли дурака.

Павел совсем сник. Он упал в кресло и принялся терзать и без того взъерошенные волосы. В конце концов он стал похож на дикообраза. .

– Какого ж черта они за тобой погнались, если вынесли всего-навсего ковер?!

Я пожала плечами. Этот вопрос уже меня не волновал. Я знала только одно – половина моих обвинений оказалась ложной. Жертва, убийц которой я страстно хотела разоблачить, была жива. Женя уверял меня по телефону, что я все поняла не так… И говорил правду! На миг у меня мелькнула крамольная мысль – а вдруг он все время говорил мне только правду? И не было никакого убийства Ивана в студии! Тот погиб, согласно заключению следствия, на Ленинградском шоссе по воле случая… И его присутствие в студии отрицалось только затем, чтобы не создавать себе лишних проблем. Не фигурировать, в случае чего, в качестве свидетелей… Тогда я в самом деле валяла дурака. Испортила себе жизнь. И не только себе.

Напряжение разрядил Володя. То ли характер у него был более устойчивый, то ли он просто умел идти к своей цели. Он настоятельно попросил меня найти ему ту кассету, где был записан разговор с погибшим музыкантом. Я это сделала без всякого труда. На двух кассетах карандашом было написано – «шампанское». Это и были кассеты с моим репортажем о презентации. На первой из них, в самом начале, был записан телефонный разговор. Я прокрутила ленту на нужное место и нажала кнопку.

Пока они слушали, я вылезла из постели и сгребла в охапку свою одежду, кучей валявшуюся на стуле в углу. Они не обратили на это особого внимания, только Павел скользнул по мне отсутствующим взглядом. Я унесла одежду в ванную и там переоделась. Розовую пижамку аккуратно сложила и, подумав, сунула в стиральную машину. Попыталась расчесать свалявшиеся волосы. Сломав несколько зубьев в хозяйской расческе, бросила эту попытку. Осталось только попрощаться с хозяином и вызвать такси.

Когда я вернулась в комнату, запись разговора с Иваном плавно перешла в репортаж с презентации. Я наклонилась к магнитофону и нажала кнопку «стоп». Только теперь они заметили, как я одета.

– Ты куда собралась? – удивился Павел.

– Домой. – Я протянула руку: – Отдайте мне ключи, пожалуйста.

– Ты что, поедешь к нему?!

– Да. – Я продолжала держать перед ним будто для подаяния протянутую ладонь. – Мне нет смысла тут оставаться. Если Дина знает, что я здесь, знают и все остальные. Дайте мои ключи.

Он отдал ключи, я сказала «спасибо». Павел не сводил с меня взгляда и, кажется, думал, что я его разыгрываю и никуда не уйду. Володя явно так не считал. Он встал, и я снова почувствовала себя очень маленькой, ничтожной.

– Да ты что, девочка? – преувеличенно-заботливо сказал он. – Ты же сама говоришь, что он хотел тебя прикончить!

– Теперь я думаю, что неправильно его поняла.

– Из-за того, что твоя подружка осталась жива? Кстати, как они это объяснили? Как объяснила она сама?

– Юля говорит, что после ссоры и битья посуды она преспокойно ушла из той квартиры через парадное. Потому-то я больше ее и не видела. А сумку она попросту забыла.

Я добавила, что кассету с «компроматом» они могут оставить себе. А вот остальные я заберу. Там есть записи, которые еще могут мне пригодиться. Я сложила остальные кассеты в свою сумку. Сумка казалась мне очень тяжелой, но на самом деле я просто ощущала страшную слабость. Даже пришлось присесть на стул, чтобы отдышаться.

– Вызовите такси, пожалуйста, – сказала я. – А там уж я сама доберусь.

Павел пожал плечами, порылся в записной книжке и принялся набирать номер. Я слышала, как он заказывает машину, и думала, что Женя сейчас не спит. Не должен спать после такого-то визита. Я так и видела его – он сидит на кухне, спрятав лицо в ладонях, и пытается понять, что же, собственно, произошло.

– Машина будет через десять минут, – сказал Павел, опуская трубку на рычаг. – Ты уверена, что хочешь к нему вернуться? Почему ты вдруг решилась?

– Я его больше не боюсь, – ответила я.

– И это единственная причина?

Мне показалось, что в его голосе звучит легкая насмешка. Но мне было все равно, над чем он иронизирует. Я никому не собиралась ничего объяснять. Я знала одно – никакого сюжета у них теперь не получится. Одной истории Ивана маловато для эффектного репортажа. Разве что Елена Викторовна поведает им про кровавые пятна на ковре и их загадочное исчезновение. И про круговой сговор сотрудников студии, которые клялись, что не видели Ивана. Но она ничего бы им не сказала. Значит, точка. Все.

Мне помогли спуститься по парадной лестнице – со мною пошли оба. Поддерживали под локти, как будто я не могла идти сама. А может, и не смогла бы. Стоило, конечно, попробовать, но ноги были какие-то ватные. На прощание, усаживая меня в такси, Павел расстроенно сказал:

– В случае чего, ты позвони. Вот мой телефон.

Он сунул мне визитную карточку. Я, не глядя, спрятала ее в сумку. Павел попросил дать на всякий случай мой телефон. Я сказала его, он кивнул и махнул на прощание рукой.

– Пока. – Володя протянул мне руку, я нерешительно ее пожала. – Жаль, что напрасно съездили. Ты уверена, что насчет того музыканта тоже ошиблась? Даже из него одного может получиться интересный сюжетец…