Любовь в преисподней - Надежда Петрунина

– Доброе утро. – Слова были обращены только к Василию Григорьевичу.

– После такой жаркой ночки – да, доброе, – сказал тот.

– А раньше здесь часто бывали поджоги? – заинтересованно спросил Данил, приоткрывая дверцу «джипа».

– До вашего приезда – ни разу, – любезно сообщила Лиза.

В ответ она получила острый беспощадный взгляд.

– В Москву? – с деланным безразличием спросил Василий Григорьевич.

– Да, дела.

«И все – криминальные», – добавила про себя Лиза.

– Надолго? – уточнил старик.

– Как придется.

Не глядя на нее, Данил быстро сел в машину, и «джип» плавно, но стремительно рванулся с места. Клубы зараевской пыли окутали окрестности.

– На тебя глянул, как скальпелем резанул. Будто почуял что.

Лиза мстительно улыбнулась.

– Все идет как по маслу. Сами Небеса разделили нашу операцию на две части. Сейчас – обыск. А к вечеру – то самое…

Кивнув, Василий Григорьевич передал ей дубликат ключа от номера.

– Я буду здесь на стреме. Вдруг вернется!

– Да уж. От этого мафиози всего можно ожидать. – Лиза с ненавистью посмотрела в ту сторону, куда умчался «джип». Мысль о том, что на такой скорости этот осел мог улететь встречать свою «беллу» итальянку, усилила эту ненависть еще на сотню мегагерц или киловатт. Лиза не была сильна в физике.

– Если что, я брошу в окно камнем, – пообещал активист.

– Идет.

В те минуты, когда старик отвлек горничную, Лиза быстро скользнула к нужной двери.

Спустя пять секунд она оказалась в номере. В отличие от квартиры на Тверском бульваре, он был аскетически скромным. Диван, рабочий стол, компьютер, картотека с дискетами. Видимо, Елагин не хотел сразу демонстрировать перед земляками свою неуемную тягу к роскоши.

«Хочет предстать аскетом, – саркастически усмехнулась она. – И это при том, что обожает излишества! Видели бы наивные зараевцы его фотомодель! Уверена, что это настоящая секс-бомба».

Но времени для того, чтобы оплакивать нравственную деградацию господина Елагина, не было. Следовало обыскать его номер. И Лиза прекрасно понимала, что этот обыск должен носить современный характер. Елагин не станет прятать планы в старый носок или под подушку. Дискеты – вот подлинная ценность конца второго тысячелетия.

При взгляде на его огромную картотеку у кого-нибудь другого могли опуститься руки. «Здесь их штук пятьдесят. Нужна уйма времени, чтобы просмотреть, и то бегло!» Но Лиза сразу отогнала панические мысли. В конце концов, чем больше фронт работ, тем интереснее. Она подошла к столу и включила компьютер. Затем повнимательнее присмотрелась к длинным пластиковым коробкам с вереницами разноцветных дискет. Здесь были зеленые, красные, серые и розовые. Какой цвет предпочитает Елагин? На каких дискетах он хранит наиболее важную информацию?

Попыталась разобраться в исконной символике. Зеленый – цвет надежды. Красный обозначает лидерство. Серый, скорее всего, унылые материалы. А розовый ни то ни се. Учитывая фанаберию Елагина, вставила в компьютер красную дискету. На мониторе появились многочисленные файлы. Лиза открыла первый, и там возникла таблица с огромными стадами цифр. Предательская мысль: «Эдак мне придется до конца лета возиться с этими файлами» – на некоторое время ввергла Лизу в уныние.

Но в этот самый момент раздался удар камня о стекло. Лиза вздрогнула. Василий Григорьевич, по договоренности, предупреждал ее о какой-то неожиданности. Быстро вскочив из-за компьютера, она выглянула в окно. Около гостиницы стоял «джип»! Оттуда вылезал Елагин. Вылезал так, будто не собирался пробыть в Москве несколько часов! Вылезал развязно и нагло!

Лиза спряталась за шторой и пару секунд приходила в себя, наблюдая за сценкой около «джипа». Василий Григорьевич не только подскочил к машине. Этот мудрый человек встал, преграждая Елагину вход в гостиницу, и засыпал его какими-то вопросами. Кажется, о погоде в Москве и о насыщенности движения на дорогах.

«Да, именно таким людям старой гвардии и стоит доверять, как это делал Наполеон!» – с пафосом подумала Лиза, и в эту секунду ее взгляд упал на дискету, лежавшую за шторой на подоконнике. Серенькая, незаметная, она выглядела сиротой, лишенной коллектива подобных себе. Но Лиза сразу сообразила, что именно эта «сирота» и может содержать в себе кодовые файлы. Файлы-секреты!

Для раздумий времени не осталось. Лиза сунула в карман джинсов серенькую дискету. Затем быстро отключила компьютер и стремительно выпрыгнула в коридор. Как только она закрыла дверь и сделала пару шагов прочь от номера, в конце коридора появился Елагин.

При виде Лизы он на мгновение словно окаменел, а затем продолжил свой путь развязной походкой плейбоя.

«Почему он вернулся? Неужели сообразил, что я обыщу его номер? Если так, то мы с Григорьевичем можем не дождаться вечера: этот пройда нас переиграет». Эти мысли одновременно пронеслись в Лизиной голове. Пробил час важного решения. И Лиза приняла его!

Когда до Елагина оставалось не более метра, она беспечно улыбнулась и сказала:

– Что-то я не заметила изменений внутри отеля. Да, это вам не пять и даже не три звезды!

Данил остановился как громом пораженный. Было видно, что он ожидал чего угодно, только не начала светского трепа. Наконец слегка отошел от удивления и заметил в ответ:

– Так нога дизайнеров еще и не ступала сюда. Они дебатируют о соотношении старинного и современного во внешнем убранстве.

Его слова прозвучали несколько академично и скованно. Лизе показалось, что он не мог сейчас правильно выбрать тактику поведения.

В этом у нее было явное преимущество. Ведь она заранее продумала и стратегию, и тактику. Лиза знала, чего хочет, а он нет, поэтому интеллектуальное преимущество было на ее стороне.

И она развила мозговую атаку. Последовал вроде бы простенький вопрос:

– А внутри номера такие же убогие?

И Данил клюнул!

Сначала он с недоверием, исподлобья, взглянул на нее, а затем тихо сказал:

– Ты можешь зайти посмотреть.

– К мужчине в номер?! – Лиза округлила глаза, а потом звонко, с игривыми переливами в голосе, рассмеялась. – Но это же выходит за рамки светских приличий!

Все дальнейшее свершалось так, будто какой-то сильный небесный менеджер занимался Лизиным делом. Из-за угла коридора выглянул Василий Григорьевич.

Пока Елагин медленно открывал дверь своего номера, Лиза подмигнула активисту со значением: готовность номер один. Он понял, что события ускорились, и важная операция, которую они обсудили во всех деталях, переносится с вечера на утро. Так диктуют обстоятельства.

В своем номере Данил заметался, как тигр в тесной клетке. «Еще бы, привык к апартаментам!» – с пролетарской злобой к богачам подумала Лиза, но ни одна мышца ее физиономии не выдала антагонизма к нуворишам. Со словами:

– Весьма убого, – Лиза села на скрипучий диван.

Даже кончики ее пальцев осязали в эти мгновения, как шанс сам пришел к