Правила убийцы - Джон Сэндфорд

Реакция прессы усиливалась день ото дня и достигла своей кульминации, когда в воскресной миннеаполисской газете появился большой обзор на трех страницах и аналитическая статья чуть поменьше в сент-польской газете. В понедельник интерес к этой теме угас. Не было напечатано почти ничего, это его озадачило. Неужели это все?

В тот день он пошел в окружной архив и вежливо представился юристом, который занимается вопросами недвижимости. Он показал им свою карточку, и ему объяснили, как пользоваться компьютером, в который введены сведения о налогах. Макгаун? По экрану компьютера побежали строчки имен. Макгаун — Адам, Айлин, Алексис, Энни. Вот она. Единственный владелец. Хороший район.

Компьютер выдал ему данные о квадратных метрах, цене. Ему понадобятся еще некоторые сведения. От компьютера он перешел к сборникам карт местности и начал рассматривать планы.

— Если вам нужны снимки аэрофотосъемки, то они там, вон в тех ящичках, — мило улыбаясь, сказала служащая архива. — Они сложены в том же порядке.

Снимки аэрофотосъемки? Отлично. Он просмотрел их, нашел дом Макгаун, отметил его положение относительно соседних домов, строения в саду, прилегающий гараж. Он даже провел пальцем по аллее, которая проходила за домом. Если он будет подходить с северной стороны, то сможет пройти по аллее и подойти прямо к задней двери, взломать ее и пробраться внутрь. Если он придет туда достаточно рано, когда будет точно знать, что она на съемках, то у него будет возможность все осмотреть. Что, если там еще кто-нибудь живет? Это легко проверить. На что же тогда существуют телефоны? Он будет звонить ей днем и ночью, когда она на работе, вдруг подойдет кто-нибудь другой, ее-то голос он уже хорошо знал. Может быть, у нее живет какая-нибудь подруга? Он задумался над этим, прикрыв глаза. Он в состоянии справиться с обеими. Две женщины за один раз.

Но он чувствовал, что это было бы неверно. Это было для него чем-то личным и должно было происходить один на один. Это принадлежало только двоим, и еще чье-то присутствие было неуместным. Это уже толпа.

Бешеный вышел из архива. На улице был чудесный осенний день, он отправился в библиотеку, в отдел уголовных преступлений, и начал выбирать книги по кражам со взломом. Авторы этих книг утверждали, что они помогают домовладельцам защитить их собственность.

Если посмотреть с другой точки зрения, то эти книги представляли собой краткий курс обучения взломам. Он изучил пару таких «пособий», перед тем как идти в студию к Карле Руиц. Они ему очень помогли. Бешеный верил, что в библиотеке можно найти все.

Он пролистал несколько книг, выбрал из них четыре лучшие, которые он еще не читал. Когда он проходил между стеллажами мимо ряда книг о преступлениях и преступниках, ему в глаза бросилось имя Сэм. Сын Сэма. Он уже читал о нем, но не эту книгу. Бешеный взял и ее.

Выйдя на солнечный свет, он глубоко вздохнул и посмотрел на спешащих по своим делам людей. «Муравьи», — подумал он. Но не стоило серьезно думать об этом. Уж слишком хорош был день. Он походил на раннюю весну в Техасе. Нельзя сказать, что на Бешеного такие вещи не действовали.

* * *

Книги о грабежах дали ему пищу для размышлений, а книга про Сэма еще больше.

Сэма не должны были поймать, по крайней мере не в тот раз.

Во время своей последней миссии — Бешеный так это назвал про себя — Сэм стрелял в молодую парочку, при этом он убил одного, а другого человека ранил и ослепил. Так вот, он поставил свою машину около пожарной колонки, на некотором расстоянии от места преступления. На его машину был выписан штрафной талон.

Женщина, гулявшая с собачкой, видела, как сперва на машину повесили талон о штрафе, а потом какой-то мужчина подбежал к ней и уехал. И, когда в прессе появились сообщения о последнем убийстве Сэма, она позвонила в полицию. Той ночью в этом районе было выписано всего лишь несколько штрафных талонов, и только один за парковку у гидранта. По копии штрафного талона полиция смогла установить номер машины. Так поймали Сэма.

Бешеный читал книгу лежа в постели. Он уронил книгу себе на грудь и задумался, глядя в потолок. Он знал эту историю, но успел забыть ее. Он подумал о своей последней записке, которую оставил у Уиткрофт. «Обезопасить себя от случайного обнаружения» — так говорилось в ней. Он подумал о своей машине. А всего-то понадобился какой-то штрафной талон. Теперь, когда он над этим задумался, ему стало ясно, что полиция проверяет все штрафные талоны, выписанные недалеко от места убийства.

Он бросил книгу на кровать и отправился на кухню, согрел воды в маленькой кастрюльке и сделал себе чашку какао. Он любил какао. Когда его язык ощутил горячий, горьковато-сладкий напиток, Бешеный почувствовал, что он снова на ранчо, стоит на кухне с… С кем? Он тряхнул головой, как бы стряхивая наваждение, и вернулся в спальню.

С Уиткрофт он все сделал правильно. Он оставил машину и прошел пешком до места преступления, чтобы его машину не заприметили неподалеку.

К месту убийства надо идти пешком. И держать машину в стороне. Убедиться, что она оставлена в положенном месте. И поставить ее достаточно близко от дома, чтобы можно было добежать до нее за минуту, если придется убегать, но в то же время достаточно далеко, чтобы никто не мог тут же припомнить, что видел чужую машину неподалеку от места преступления.

Поставить ее в пяти кварталах? Как это будет выглядеть? Он достал листок бумаги и начертил улицы и кварталы. Так, хорошо, если он оставит свою машину в пяти кварталах, то в таком случае полиции придется проверить приблизительно пятьдесят кварталов, прежде чем они доберутся до его машины.

Если он поставит машину в шести кварталах от дома Макгаун, то им уже придется проверять семьдесят два квартала. Число кварталов было бы вдвое большим, если бы не рукав реки.

Он взглянул на свою карту и стал прикидывать. Если он поставит машину к северу от ее дома, то можно отбросить шесть кварталов у реки, тем более что они небольшие. Он также получит доступ к аллее, которая начиналась у последних кварталов, это хорошее место, там можно укрыться, если ситуация станет критической и ему придется прятаться.

На планах было указано, что участки имели длину двадцать один метр, ширина аллей составляла четыре с половиной метра. Улицы были шириной девять метров. Он сделал некоторые подсчеты на листке бумаги. Все вместе — примерно двести метров. Он сможет пробежать это расстояние меньше чем за минуту. Бешеный поднялся, снова вернулся в кухню, отыскал в ящике карту города и отсчитал шесть кварталов.

«Нет, шесть кварталов это слишком», — подумал он. Лучше пять кварталов. Если он оставит машину за пять кварталов, то окажется на улице, которая имеет выход на дорогу номер 35. Стоит ему лишь сесть в машину, и менее чем через минуту он оказывается на шоссе; это даже если он не будет превышать скорость.

Бешеный закрыл глаза и представил себе, как это может произойти. Если ему придется спасаться бегством, расстояние от ее дома до шоссе он преодолеет за две минуты. А как только он окажется на шоссе, то, чтобы доехать до его гаража, потребуется восемь минут. Надо все хорошенько обдумать.