Банка для пауков - Виктор Галданов

Валико покачал головой.

— Успокойся, на ближайшую неделю я в женщинах не нуждаюсь.

Он находился в этой комнате уже двенадцать часов и имел дело с лучшими проститутками Эсмиры. Это помогло ему стряхнуть с себя напряжение последних дней, и теперь с него было довольно. Он нуждался в горячей ванне, с последующим холодным душем. И потом — пора было покинуть это слачное место и отправиться домой, посидеть поболтать с Тамазом, Нелли и детьми.

Валико соскочил с кровати.

— Принеси мне что-нибудь поесть, — сказал он блондинке. — Четыре яйца всмятку, ветчину и кофе.

— Ладно, Валико. — Она соскочила с кровати, а он прошел в ванную.

Когда она подошла к двери, то дверь открылась и вошел Тенгиз. Она отскочила назад, увидев дикое выражение его лица и засохшую кровь на рубашке.

Он крикнул ей:

— Кыш отсюда!

Она выскочила в коридор. Тенгиз закрыл за ней дверь, когда Валико вышел из ванной. Он замер, увидев Тенгиза.

Тенгиз не ответил сразу. Он с трудом встретился со взглядом Валико.

Выпив почти полбутылки водки, он отставил ее в сторону, а потом он рассказал Валико все, что случилось.

Валико медленно опустился на кровать. Лицо его побелело. Удар был сильнее, чем он мог вынести. Он попытался думать о Тамазе, как о мертвом, но не смог.

Открылась дверь и вошли Булгахтер и его жена. Они выглядели мертвецами. Булгахтер закрыл дверь и прислонился к ней, почти дрожа от страха. Эсмира Меновазян посмотрела на Валико и Тенгиза.

— Мося все наврал. Мирза вернулся живой и невредимый! — сказала она дрожащим голосом. — Он не был ни больным, ни мертвым, это был трюк! Он поймал нас в ловушку!

Булгахтер кивнул.

— Он сейчас звонил. Спрашивал, не видел ли я тебя, Валико. Он ищет тебя и Тенгиза по всему городу.

Лицо у Валико было отсутствующим. Казалось: его глаза смотрели в пустоту.

— Что ты ему сказал? — спросил Тенгиз.

— Я сказал ему, — ответил Булгахтер, — что дам ему знать, если услышу что-нибудь о вас. Но… вам надо уходить отсюда. Если он узнает, что вы были здесь… но я не сказал ему…

Эсмира взглянула на мужа.

— Он узнает об этом, глупенький. Все наши девки знают, что они здесь. И ты знаешь, что нельзя заставить их молчать. Рано или поздно, они расскажут об этом, и Мирза убьет нас обоих.

Страх заставил его быстро думать.

— Я могу сказать ему, как только он спросит, что они были здесь оба, когда он звонил, но они навели на меня оружие. Я даже сам могу позвонить ему, как только они уедут и объяснить, почему я лгал.

— Правильно, — решила Эсмира. — Вроде бы звучит вполне убедительно.

Она повернулась к Валико и Тенгизу.

Но Тенгиз холодно смотрел на нее.

— Только не думайте, что если мы попадемся в лапы к Мирзе, то будем вас прикрывать. Вы во всем этом деле повязаны с нами, нравится вам это или нет.

— Конечно, Тенгиз, — согласился Булгахтер. — Но я ничего не смогу сделать для вас, если Мирза раскусит меня раньше времени. Если же он не будет знать, я смогу помочь через… через сходку. В конце концов, скажу я, хватит стрельбы и взрывов!

Тенгиз признал справедливость этого тезиса.

— Хорошо. Но сперва мне нужно перевязать раны. И еще мне нужны чистая рубашка и куртка.

Булгахтер кивнул и открыл дверь.

— Мы найдем все, что тебе надо, в моей комнате.

Эсмира посмотрела на Валико. Он все еще сидел на кровати, глядя на стену.

— Валико, — сказала она, — ты слышишь нас? Вам обоим надо немедленно одеться и уходить отсюда. Прямо сейчас.

Он медленно повернул голову и посмотрел на нее.

— Выйди отсюда, — сказал он, почти не шевеля губами.

— Пойдем, Эсмира, — нервно сказал Булгахтер. — Дай ему прийти в себя.

Она вышла, не взглянув больше на Валико. Булгахтер последовал за ней, а Тенгиз промедлил у двери.

— Валико… ты… как?

— Не беспокойся, скоро я буду в норме.

— Тогда тебе лучше поскорее одеться. Они правы: Мирза определенно найдет нас здесь.

— Сперва я хочу что-нибудь съесть, — безжизненным голосом сказал Валико. — Яйца, ветчину, кофе.

— И-за твоей ветчины нас обоих тут перестреляют, — сказал Тенгиз и закрыл дверь.

Валико продолжал сидеть на кровати, но мозг его заработал снова. Он взял телефонную трубку и набрал номер квартиры Тамаза. Ответила женщина.

Казалось, она плакала, но это была не Нелли.

— Кто это? — спросил Валико.

— Это я, Анна, сестра Нелли. Это Валико?

— Да. Нелли уже слышала о… Тамазе?

— Да, поэтому я здесь. — Она начала плакать.

— Перестань, — твердо приказал Валико без злобы. — Как она?

— Теперь спокойнее. Я дала ей таблеток, чтобы она уснула.

— Что делают дети?

— Они еще не знают. Вернее, они знают, что что-то случилось, но не знают, что это… с их отцом.

— Скажи Нелли, что со мной все в порядке, но, может быть, некоторое время я не смогу появиться дома. Скажи ей, чтобы заботилась о детях… Скажи ей… — он помолчал, подбирая правильные слова. — Ладно, Анна. Скажи ей, что я люблю ее и детей, и я скоро буду с ними.

— Да, Валико. Ты считаешь, что для них безопаснее быть здесь?

— Не знаю… Может быть, стоит поехать и попроситься пожить у мамы Рены.

— Ты еще не знаешь?

— Нет. Что случилось.

— Мама Рена. И ее сестра. И оба ребенка, и дядя Анзор… Они все погибли в автокатастрофе.

— Когда?

— Сегодня утром.

— Как это произошло?

— Не знаю. Все говорят, что «мерседес» столкнулся с двумя джипами… В общем, они все там в лепешку.

— Все равно езжайте пока туда. Там, на даче все же безопаснее, чем тут.

Он повесил трубку. Следующий звонок был Змею.

Человек, голоса которого он не знал, взял трубку.

— Алло, кто это?

— Друг Гурама.

— А где Гурам?

— Принимает ванну. Откуда вы звоните? Он перезвонит вам позднее.

— Из города Шуша, — тихо сказал Валико и повесил трубку.

Он почувствовал в голосе человека, взявшего трубку, стальные нотки. Итак, в квартире менты. Значит, Змей уже мертв.

Он позвонил в в квартиру Амирана. Тот сразу же ответил:

— Валико, я рад слышать тебя! — прогудел он. — Ты… знаешь о Тамазе?