Сваха для монаха - Дарья Калинина

И теперь, узнав правду, против Бороды ополчились все. Монахи, деревенские жители и ФСБ с милицией. Шансов уйти и спастись у Бороды не было никаких. Тем не менее он скрывался на болотах довольно долго. И даже многоопытный пограничный пес Рекс спасовал перед топкой трясиной, которая затянула все следы преступника и решительно ничем не пахла, кроме гниющей травы и тины.

Поймать Бороду помогло чудо. Внезапно пошел проливной дождь. И крохотный сухой островок среди болота, на котором он прятался, стало затапливать. Чтобы не погибнуть, Бороде пришлось покинуть свое укрытие. Но всюду его ждали. И после заката Борода оказался в руках местных жителей, которые тут же сдали его милиции.

Правда, у Бороды был еще один шанс спастись. Двое местных жителей — зять старухи Подагры и его приятель, поймавшие Бороду, — оказались далеко не благородными людьми. И в первую очередь их волновала не поимка убийцы, а легендарные сокровища Сычева, о которых теперь знали уже все в округе.

И спрятавшийся в кустах капитан с негодованием услышал, как велся торг. Бороде было предложено в обмен на пропуск на свободу указать место, где он их перепрятал.

— А вот это фигушки! — развеселился Борода и в самом деле начал показывать направо и налево увесистые фиги. — Не видать вам сокровищ! Мои они! Мои!

— Дурак! — втолковывал ему зять старухи Подагры. — Тебя посадят. А на тебе столько крови, что пожизненное тебе дадут. Ты своих сокровищ все равно не увидишь!

— Увижу, не увижу, не твое дело! Сокровища мои! И никто их, кроме меня, не найдет!

— Дурак! — замахнулся на Бороду зять Подагры. — Убью!

В этот момент капитан счел, что пора вмешаться. И спустил с поводка Рекса. Старый пес не подвел. И Борода был препровожден в дом капитана. А зятю старухи Подагры капитан сделал строгое внушение и пообещал в самое ближайшее время пересажать всю их подозрительную семейку, начиная с мадам Подагры и заканчивая единственной проституткой в деревне — ее дочерью и самим зятем — бездельником и тунеядцем, вообще нигде и никем не работающим и живущим за счет этих двух женщин.

Однако задержанный Борода потерял всякое желание откровенничать. Напрасно Сергей и Роберт применяли к нему психологические приемы допроса, давили, пугали и пытались воздействовать лестью и подкупом. Все напрасно. Ни кнут, ни пряник на убийцу не действовали.

— Никого не убивал! — бормотал он. — Девку не похищал, она сама за мной увязалась. А потом пыталась приставать. А я человек божий. Мне греховного не нужно. Вот и связал ее, чтобы самому в грех не впасть.

— Что ты все врешь! — не выдержал Сергей. — Доказательств против тебя выше всякой меры.

— А ты не суди, — огрызнулся на него Борода. — Чай, ты мне не судья. Да и не в чем мне каяться. Не виноват я!

— Ты хоть понимаешь, что тебе грозит за убийство трех человек и покушение на жизнь трех женщин? Тебя посадят. Посадят надолго!

— Все в божьей власти. А я невиновен, аки агнец!

И так постоянно. Раз за разом, час за часом. Напрасно капитан, Роберт и Сергей по очереди предъявляли Бороде доказательства его вины и приводили Катьку, которой пришлось снова повторить все то, что она услышала от Бороды.

— Врет она. А я правду говорю. Ни в чем не виноват. Вот вам истинный крест!

И подлец Борода в самом деле крестился. Видя такое безобразие и наглую ложь, Мариша даже шипела от ярости.

— Не убивал я ни профессора, ни художника, ни вашего коллегу, — монотонно бубнил Борода. — В глаза его не видел. Зачем мне? Я человек мирный. Кого хотите обо мне спросите. Меня все знают. Я тут каждый год работаю, ни в чем дурном замечен ни разу не был.

— А женщины?

— И ни на каких женщин я тоже не нападал! Кто-то другой на женщин нападал. Напраслину вы на меня возводите!

В общем, дело кончилось тем, что капитан потерял терпение. И запер Бороду в собственном подполе. Зоя Ивановна — уважаемая супруга капитана, вернувшись домой с рынка и обнаружив, что подпол занят, тут же пришла в ужас. И высказала мужу все, что она об этом думает.

— Преступник наедине с нашими соленьями, ветчиной и компотами? И как их после этого прикажешь кушать?

Но капитан был тверд. И на упреки жены так на нее цыкнул, что она мигом умолкла. И даже не стала повторять мужу свои укоры насчет того, что он и ее любимый платяной шкаф осквернил. За долгую супружескую жизнь Зоя Ивановна хорошо изучила, где и когда на мужа можно наседать, а когда лучше отступить.

Посадив преступника в подпол, капитан немного успокоился. Тем не менее Сергей и Роберт были в растерянности. Сергей разговаривал с Катей. А Роберт вывел Маришу на улицу. И, закурив, признался ей:

— А ведь этот гад в чем-то прав, — произнес он.

— В чем?

— Доказательств против него маловато.

— Как? Как мало?! Он же похитил Катю! — возмутилась Мариша.

— Да, Катю похитил. Но вот насчет остальных его преступлений…

— А что?

— Напавшего на Зину человека никто не видел. И она сама тоже не видела.

— А голос? Она слышала его голос!

— Голос — это не доказательство, — решительно сказал Роберт. — В крайнем случае — косвенное. А его для того, чтобы обвинить человека, маловато.

— Нужно, чтобы эксперты осмотрели Бороду, — предложила Мариша. — Мыться он не любит. Так что я уверена, на его теле остались следы Зининой крови.

— Да, — слегка оживился Роберт. — Кстати о мыться. Мариша, тот случай в бане… Матюшина ведь тоже не может описать примет того человека, который ударил ее по голове?

— Это был Борода!

— Но она-то его не видела.

— Я видела. Там был Борода, сама Матюшина и мы с Верочкой! Ни я, ни Верочка мадам Матюшину по голове не лупили. Значит, это сделал Борода!

— Ну, предположим, — вздохнул Роберт. — С покушениями на женщин мы еще разберемся. Но как быть с убийствами? Тут вообще свидетелей никаких!

— Зато есть мотив! Сокровища Сычевых!

Роберт докурил сигарету и сердито отбросил бычок в сторону.

— В том-то и дело! — воскликнул он. — В том-то и дело, что никаких сокровищ нет!

— Как нет?

— А где они?

— Ну… Борода их нашел и где-то перепрятал.

— Это мы с тобой и с Катей знаем, что он их перепрятал. А суду нужны доказательства. Понимаешь? Должно быть ДО-КА-ЗА-НО, что Борода нашел эти чертовы сокровища и из-за них покрошил столько народу!

Мариша опешила. Что же теперь получается? Вроде бы преступник пойман, но вполне возможно, что его придется отпустить?

— Отпустить, не отпустить. Но в убийствах его тоже пока что обвинить невозможно.

Пожалуй, это был самый тяжелый удар за все последние дни. Мариша уже мысленно отправила Бороду в тюрьму на пожизненное заключение. И вдруг выясняется, что он может отделаться всего несколькими годами тюрьмы.