Тень Нерона - Роман Буревой

– Что там у вас? – раздался в шлемофоне голос Флакка.

– По-моему, мы неверно истолковали документ, – хмыкнул Сергей, останавливаясь рядом с Корвином над обрывом. – Скорее всего, в указанном послании имелся в виду какой-то другой сектор и другой котлован.

– Сердце Петры тоже делится на сектора, – сказал Флакк. – Может быть, говорилось о двадцать девятом секторе столицы?

– Извини, но это бред, кто его будет там сажать в котлован? – отозвался Сергей. – И потом, из столицы Люс мог связаться с Марком через галанет.

Корвин не сказал ничего. Новой версии трактовки записки у него пока не было. Он осматривал местность, Может быть, Люс был здесь, когда отправлял письме на Лаций, а потом его куда-то перевели?

Да, перед ними чернел котлован. Но, наверное, уже год, а может быть и больше, никаких мастерских внизу не было. Сейчас тут образовалась настоящая свалка, внизу валялись обломки механизмов, обрушенные металлические фермы, осколки купола – и все это припорошило песком. По каким-то причинам потолочники не захотели обживать это место, и ямину старательно ровняли пески. Люс не мог здесь побывать, потому что жил на Петре чуть больше стандартного года.

– Что там у вас? – спросил Флакк.

– Никого не видно. – Корвин направился к следующему котловану.

Окончательно стемнело. Лишь ярко горели звезды, да фары трех вездеходов рассекали лучами тьму.

Сергей зажег мощный фонарь и теперь нес его в руках, белый круг скользил по поверхности песка. В соседней ямине обитал потолочник.

От лучей фонариков на антрацитовой поверхности его «плаща» заплясали серебристые блики.

– Яма заселена, – сказал Марк. – Но не людьми.

– Может, твой приятель там? – усмехнулся Сергей. – Могут люди прятаться на дне?

– Вряд ли, – ему в тон ответил Корвин. – Обитатели ямы человека попросту сожрут.

Они направились к следующей ямине. Опять потолочник. Похоже, здесь никто из колонистов не жил и не работал очень давно.

– Какие знакомые огоньки! – Сергей указал свободной рукой наверх, туда, где в усыпанном яркими звездами небе скользили два красноватых световых обода.

– Что?..

– Планетолеты! – ожил в Сергее командир «Изборска».

– Рассредоточиться! – рявкнул Флакк, услышавший возглас Сергея. – Все из машин!

Из вездеходов наружу посыпались фальшивые петрийские наемники.

– Вниз! – приказал Корвин.

– Ты же сказал, нас сожрут! – напомнил Сергей.

– Внутри, но не снаружи!

Они ринулись в яму, грохнулись на кожаное полотнище. Оно спружинило под тяжестью их тел, но не лопнуло.

– Вспороть эту чертову кожу и спрятаться внутри, – предложил Сергей.

– Нет, – возразил Корвин. – Теплый пар хлынет из дыры. В ночном воздухе это сразу заметят.

Они погасили фонари, включили на скафандрах хамелеоновую защиту и прижались к краям ямы, ожидая, что будет дальше. Флакк пока молчал, остальные тоже не выходили на связь. Похоже, высыпав из машин, лацийцы рассредоточились и затаились.

«Чего мы испугались? – запоздало подумал Корвин. – Надо связаться с планетолетами и передать свои номера, ведь мы…»

Впрочем, не Марку указывать военному трибуну, что делать.

Сергей захватил с собой тяжелый бластер. У Корвина был при себе только легонький «Скорпион», способный при удачном попадании прожечь скафандр, но совершенно бесполезный против планетолетов.

И тут все вокруг осветилось белым зловещим светом. Три вспышки, одна за другой. Даже в ямине сделалось светло. Сергей, ничего не говоря, стиснул плечо Марка, жест более чем красноречивый: высовываться не стоит. Да Корвин и так понял, что означали эти белые вспышки: предки его кое-что понимали в плазменных пушках.

Затаившись, они просидели в яме несколько минут. Сердце бешено колотилось в ушах: казалось, в следующую минуту над ними зависнет блюдце планетолета, и в их укрытие угодит очередной снаряд. Сергей лежал на спине, ожидая: если в поле видимости покажется хотя бы краешек блюдца, надо успеть выпустить максимальный заряд и попытаться поджечь планетолет. У Сергея будет шанс на один удачный выстрел. Во второй раз нажать на кнопку разрядника ему не позволят.

Однако время шло, и ничего не происходило.

– Флакк! – попытался вызвать по связи командира отряда Корвин.

Тишина.

Марк стал карабкаться наверх, понимая, что многим рискует, но оставаться дольше в ямине и ждать в неизвестности не было сил.

Наверху догорали три новенькие отличные машины. Пламя уже едва-едва колебалось, оседая и прячась в черных остовах. В небе сияли только звезды: планетолеты исчезли.

Около уничтоженных машин можно было различить несколько темных фигур. Кое-кто из фальшивых петрийских наемников уже выбрался из укрытия.

– Флакк! – окликнул Марк трибуна по внутренней связи.

Тишина. Неужели погиб?!

– Сергей! – опять никакого ответа.

Корвин рванулся назад к яме. Сергей был там, внизу, и отлично видел приятеля. Даже сделал ему знак рукой: мол, здесь, не волнуйся. Марк вновь крикнул – никакого ответа. Тогда Корвин постучал себя по гермошлему. Сергей кивнул в ответ: он тоже понял, что связь отключилась. Похоже, эти ребята с планетолетов вслед за плазменными снарядами выкинули несколько глушилок, и теперь лацийцы не слышат друг друга. А уж о том, чтобы связаться с кем-нибудь в Сердце Петры или на космодроме, и речи быть не может.

Сергей выбрался из ямины. Постепенно около сожженных вездеходов собирались остальные «петрийские наемники». Марк различил фигуру Флакка. Даже в скафандре трибуна можно было узнать без труда. Рядом с Флакком возвышался «лейтенант Вин». Но он не снимал происходящего: его камера не подавала признаков жизни. Флакк повернулся к Корвину и показал три пальца. Значит, трое погибли.

Что делать? Куда теперь? Они оказались одни посреди пустынного сектора, вдали от ближайшего купола, без связи. Все дополнительные запасы кислорода, пищевых таблеток и воды сгорели в вездеходах. Дойти пешком в скафандрах до Черной дыры им не хватит ни воздуха, ни сил. Надо искать какое-то другое решение. Марк присел на корточки и в свете догорающего вездехода принялся чертить на песке план. Вот они, вот их три изувеченные машины, а вот – пятнадцатая база, заброшенный форт. Идти туда даже в скафандрах с грузом – всего пять или шесть часов. Во всяком случае, есть надежда, что они попадут в форт прежде чем начнется дневная жара. Тогда как до Черной дыры им придется тащиться несколько суток, и значит – никак не добраться пешком.

Флакк понимающе кивнул. И написал на песке подобранным камнем одно слово: «Кто?»

«Мой дед», – отвечал Корвин.

Его дед законсервировал базу после подписания мирного договора. Марк знал код, с помощью которого они проникнут внутрь. Там можно укрыться и переждать несколько суток, посовещаться и решить, что делать. К тому же на базе есть мощная установка связи – такую не заглушишь. Они сообщат на космодром о нападении и вызовут помощь. Они даже смогут говорить с Лацием. Если установка еще работает. Но военные системы делаются с трехкратным, а порой и семикратным запасом прочности. Есть надежда, что и полвека спустя база окажется вполне пригодной для жизни.