Пропавшая дочь - Адам Нэвилл

Мысли у него в голове бешено метались. Ему необходимо найти какое-то место, чтобы обдумать дальнейшие действия. Но сперва ему придется заставить Олег замолчать. Передоз, как предлагал этот тип, не наделает много шума. Отец забрался в машину, держа в руке сумку с наркотиками. При виде нейлонового мешка Олег радостно содрогнулся.

– Сколько нужно?

– Можно мне? – Олег дрожал всем телом, но руки у него оставались достаточно спокойными, чтобы он мог держать шприц. – Тебе придется помочь мне найти вену. А потом ты должен решить, расстанемся мы сейчас или позже.

– Куда ты это колешь?

– В ногу. В левую ногу.

– Господи.

– Между пальцами ноги. Вводи мне все полностью, если хочешь, чтобы я ушел прямо сейчас. Или половину. Но если я не проснусь… тем хуже для тебя.

Отец забрал у Олега шприц.

– Хуже для меня? А как ты мне поможешь? Зачем мне тебе доверять?

Мужчина сглотнул и расширил свои дикие глаза.

– Вокруг этого дома есть забор, м-м-м?

Его слова привлекли внимание Отца.

– Либо ты будешь ненавидеть меня чуть меньше, и я помогу тебе с этим, либо у тебя не будет ни единого шанса. Твой гнев, он…

– Зачем? Зачем мне тебе доверять?

– Думаешь, я вырастил в себе душу? – Олег рассмеялся. – Я, по крайней мере, осознаю свои ошибки, и теперь я стал лучше, м-м-м? Нет, я не верю в искупление, но, как я уже сказал, мне нужна эта сука. У нас общая история, и она – тот маяк, который я хочу зажечь в другом месте. – Он кивнул на сумку с наркотиками. – А ради этого я сделаю все что угодно. Моя воля не принадлежит мне. Я – всего лишь сосуд. – Он ухмыльнулся безгубым ртом, обнажив серые обломки зубов. Затем мужчина завалился на бок и плюнул в нишу для ног. – Те заборы… Ты не сможешь сделать подкоп, не сможешь перелезть. Попадешь на камеру. На твой вес сработает сигнализация. Так ты планировал пробраться внутрь, перелезть через забор?

– Прорезать себе путь.

– Ясно. Значит, думаешь, что ты сможешь прорезать этот забор, пройдешь к дому и проникнешь внутрь? Таков твой план. Но резаки, которые ты можешь купить, не справятся с этой сталью. Возможно, даже армейские болторезы не подойдут. А если и подойдут, то на это уйдет слишком много времени. Это может сделать хорошая сварочная горелка, но пламя заметят из дома. Да и горелки у тебя нет. Ты, конечно, можешь ее раздобыть, но на это потребуется время, а мои старые друзья смогут учуять тебя здесь. Тогда, может, ты мог бы спилить дерево. Большое. Чтобы оно упало на забор. Но где ты возьмешь пилу? И из дома ее все равно услышат. У тебя нет плана.

– Да пошел ты.

Олег поднял вверх длинный грязный палец.

– Они услышат сигналы тревоги, когда ты будешь на лужайке. Сенсорные камеры активируют сигнализацию. Помню, там большая лужайка, которую тебе нужно будет пересечь. Хороший дом у сучки, м-м-м? При срабатывании сигнализации двери и окна запираются. Через лужайку тебе все равно не пройти. Я знаю. Имею некоторый опыт. Их дома – это крепости.

Одну за другой Олег тщательно обрисовал каждую ошибку в стратегии, которая ночью казалась Отцу вполне убедительной.

– Как? Как такие, как ты, делают это?

– Мы ждем. Наблюдаем. Похищаем, когда люди находятся в движении, например в машине или на улице.

Их глаза встретились. Олег перестал ухмыляться.

– Как долго вы следили за моим домом?

– А как это тебе поможет?

– Говори!

– Недолго, – тихо ответил Олег.

Из-за молчания спертый воздух в салоне стал еще гуще. Из-за сжатой, но нарастающей ярости Отец не мог мыслить ясно, не мог говорить. Мог лишь дрожать, напрягшись всем телом.

– Твоя дочь у этой дьяволицы, и та хочет удержать ее. Но думать о том, что было сделано тогда, не поможет тебе с тем, что нужно сделать сейчас. Другой способ – захватить эту суку в заложники и, когда она приведет тебя домой…

– Нет! У меня нет времени. Они не покинут дом, пока не кончится ураган. На это может уйти несколько дней. Твои сраные дружки доберутся досюда, если уже не добрались.

– Да. Я знаю. Но я еще не закончил.

– Выкладывай, мать твою!

– Послушай, ты будешь думать обо всех способах проникновения и об их минусах, пока не найдешь подходящий. Так что, если позволишь мне закончить…

Отец стиснул зубы.

– А теперь я хотел бы половину содержимого этого шприца. Когда введешь ее мне… – Мужчина замолчал и содрогнулся, словно в предвкушении экстаза. – Я расскажу тебе, как проникнуть в дом.

Отец сплюнул, но передал шприц Олегу, который тут же занялся своей левой ногой. С некоторой неохотой Отец помог ему найти подходящую вену.

Когда голова у Олега откинулась назад, дрожь утихла, и хрупкая тощая фигура, казалось, растаяла на сиденье.

– Спасибо. – Под воздействием наркотика речь мужчины стала невнятной.

– Как мне попасть в дом?

Олег улыбнулся.

– Лучший способ проникнуть через такой забор – это взрывчатка. Взрываешь забор. Сигнализация, конечно же, срабатывает. Окна и двери блокируются. Все, кто в доме, просыпаются и начинают паниковать. Хватаются за оружие, принимаются звонить, и все такое. Без проблем. Ты просто идешь к двери, к большому окну, к чему угодно. Устанавливаешь на стекло еще одну взрывчатку. И этот дом откроется через три секунды.

Отец сглотнул.

– Взрывчатка! Где я раздобуду клятую взрывчатку, тупой наркоша! Полагаю, ты отвезешь меня к кому-нибудь из своих дружков, который обеспечит меня ею? Это так?

Олег смотрел на Отца, и лицо у него почти ничего не выражало. Но прищуренные глаза светились холодным светом, и Отец понял, что смотрит в разум, который давно распрощался со всем, что хоть как-то напоминало милосердие или сочувствие. В нем не было ничего, кроме живого, расчетливого личного интереса. Но он впустил этого типа в свой круг и теперь сидел под дождем, обсуждая освобождение своей дочери с тем же хроническим наркоманом и убийцей, который отнял ее у него и его жены. Уже не в первый раз за последнее время он был ошеломлен ситуацией, которую даже не смог бы себе представить.

– Ты убиваешь, как и мы. Ты хорошо этому научился. Но ты не мыслишь, как мы. Иначе сегодня ты был бы богатым и, возможно, уже вернул бы себе дочь. Но этим утром твой гнев убьет тебя. – Олег повернул голову к ближайшему окну. – Если позволишь этому случиться. Тебе нужно очистить разум. И слушать. Ты должен слушать. Меня. – Голос мужчины упал до шепота и запустил Отцу в мозг свои страшные щупальца. – Итак, когда ты забрал меня, м-м-м, из моего жилища, ты привез с собой еще и мое дерьмо, наркотики, да? В моей армейской сумке есть оружие?

Отец кивнул.

– Отлично. Очень скоро у людей без оружия не будет шансов ни здесь, ни где-либо еще. Теперь у тебя их много. В этой сумке есть еще шесть упаковок протеина. Видишь там среди моих инструментов пищу для выживания, да?