Украденные мгновения - Мишель Мартин

Для перевозки бриллиантов Брэндон переслал Жискару специально изготовленный кейс.

Похолодев от мрачных предчувствий, Дункан вновь развернулся к экранам. Он еще раз просмотрел нужный эпизод в режиме замедленного воспроизведения. Все верно: курьер скрывается в самолете, Брэндон стоит спиной к камере, заслоняя собою кейс. Затем Дункан просмотрел этот кусок в обычном режиме до того момента, когда Брэндон развернулся и начал спускаться по трапу. Брэндон не поворачивался лицом к камере в течение трех секунд. Для любого ловкача-фокусника три секунды — это целый вагон времени.

Только что Дункан потерял брата и частичку самого себя. В одно мгновение целый мир из его жизни оказался вычеркнутым.

Он задыхался от гнева и отчаяния. У него не укладывалось в голове, как его родной брат, которого родители считали хорошим мальчиком, подающим большие надежды, мог на это пойти? Неужели это тот же самый Брэндон, которого ему всегда ставили в пример, а он, Дункан, хотя и возмущался, втайне ему завидовал?

А сегодня его брат украл бриллиантов на миллион долларов, чтобы расплатиться с долгами, которых наделал, поддавшись порочным страстям. Он поступился честью своей семьи, запятнал грязью репутацию компании, а Дункана просто подставил, попросив его подготовить план транспортировки бриллиантов, заранее зная, что именно младшему брату придется потом все расхлебывать. Своим бесчестным поступком он предал их семью.

Дункан с трудом сдержал слезы. Как только Брэндон мог опуститься до такой низости? Украв бриллианты, он натравил на Дункана родителей, французскую мафию, нью-йоркскую полицию, сделав его козлом отпущения, а сам остался в стороне, чтобы спокойно за всем этим наблюдать.

Дункан вскочил с кресла. Он не знал, как дать выход боли, гневу и отчаянию, которые рвали на части его сердце. Сейчас ему хотелось затеять с кем-нибудь драку, разбить что-нибудь или, на худой конец, просто найти себе какое-нибудь занятие, чтобы облегчить свои страдания.

Он уже было сорвался с места, когда увидел Харли, сидящую на стуле перед его столом. Она молча наблюдала за ним, тихая и спокойная. Он опешил от неожиданности и спросил:

— Ты давно здесь?

— Я пришла сюда следом за тобой, — мягко ответила Харли. — Это Брэндон украл бриллианты?

Дункан побледнел, услышав ее вопрос. Вся его ярость и злость уже исчезли, остались только горечь и боль в сердце.

— Да. — От этого слова в кабинете сразу стало холодно и неуютно.

— Значит, он тебя подставил?

— Да.

— Значит, ты все время в нем ошибался?

— Да.

Харли поднялась со стула и подошла к Дункану. Взяв его за руку, она потянула его за собой,

— Пойдем.

Она подвела его к темно-зеленому кожаному дивану. Дункан буквально рухнул на него. Судя по всему, он еще не совсем оправился от перенесенного шока. Харли устроилась рядом, близко придвинулась к нему, устроилась поудобнее и, положив голову на плечо, попросила:

— Расскажи мне все, пожалуйста.

Дункан говорил торопливо и поначалу сбивчиво. Потом уже его нельзя было остановить, слова лились бурным потоком, словно его прорвало, как плотину. Он ей рассказал, каким образом Брэндон украл бриллианты и почему это сделал, и многое, многое другое. Когда ему было пять лет, а его образцовому братцу семь, он тайком подсматривал за Брэндоном и его одноклассницами, когда они бегали и резвились на школьной площадке. А когда ему было четырнадцать лет, он с завистью наблюдал, как за его братом, которого уже считали юношей, подающим большие надежды, увивались толпы девчонок.

Он ей рассказал и о том, что в шестнадцать лет у него был первый сексуальный опыт. Ему это устроил Брэндон. Он специально позвонил и вызвал для него девицу. Дункан трепетал от страха, и в то же время ему не терпелось узнать, что же это такое. Когда Дункан поступил в колледж, он не сомневался, что никогда ему не будет так везти, как его красавцу брату, который всегда и во всем был первым. Дункан рассказал Харли и о том, что когда через пять лет вернулся домой, то решил опять подражать своему брату и во всем быть похожим на него.

Когда он закончил говорить, небо за окном уже стало светлеть. Начиналось утро. После того как он выговорился, ему стало значительно легче. Но в сердце все равно осталась тупая, пульсирующая боль.

— Что ты теперь собираешься делать? — спросила Харли в наступившей тишине.

В этот момент она была полна кротости и сочувствия. Дункан подумал, что он мог бы, кажется, вечность сидеть и не сводить глаз с ее милого, любимого лица. Какое ему дело до того, что творится в мире? Без нее у него в душе никогда не будет мира и спокойствия. Он начал перебирать пальцами ее мягкие волосы.

— Я собираюсь доказать, что мой брат — вор, — ответил Дункан, чувствуя, как при этих словах сердце вновь пронзила острая боль.

Харли погладила его по щеке. Ей было тяжело видеть его страдания. Дункан прижал ее ладошку к своим губам и нежно поцеловал.

— Видеозапись и та информация, которую мне сообщил Кармин, не могут считаться уликами. Для Жискара, полиции и родителей мне нужно найти прямые доказательства его вины, иначе мне не поверят.

— А тебе это под силу?

— Да, — он грустно улыбнулся, — я уже знаю, как это сделать.

—Дункан, послушай, — неуверенно начала она, — я не могу избавиться от какого-то странного, тревожного чувства.

— Что тебя беспокоит?

— Не знаю, — в ее глазах светилась тревога. — В деле о похищении бриллиантов Жискара много неясностей и случайных, на первый взгляд, совпадений. Например, время, когда все это произошло. Это случилось сразу же после того, как ты начал работать на меня и когда Бойд понял, что я к нему не вернусь. Тогда я думала, что одно с другим никак не связано: мир вокруг меня разваливается, но какое мне до него дело. Сейчас я думаю, что все совпадения не были случайными.

— Харли, о чем ты говоришь? Брэндон украл бриллианты, и я могу это доказать.

— Да, я знаю. А тебе не приходило в голову, что это похищение могло быть задумано как отвлекающий маневр?

Дункан недоуменно посмотрел на нее.

— Мне кажется, что бриллианты украли не из-за их ценности, а с какой-то другой целью, — продолжила Харли. — И я думаю, что знаю с какой. Чтобы отвлечь тебя от меня.

— Но зачем?

Харли покачала головой.

— Вот этого я не знаю.

Но Дункан уже не слышал ее слов, он начал лихорадочно соображать. Положив подбородок ей на плечо и уставившись в одну точку на стене, он размышлял о том, что общего может быть между Брэндоном, Маурицио, Бойдом и Харли. Он посмотрел на Харли.

— Действительно, а что, если ты была важным звеном в какой-то цепочке?

— Согласна. Но какова моя роль?