Утопи свои обиды - Лев Альтмарк

— Машины? — Мне очень хотелось перевести разговор в какой-нибудь дурацкий трёп, лишь бы не говорить о главном. — Машины не могут коситься — подзабыли, уважаемый, язык страны исхода…

— Ничего страшного. О языках поговорим на досуге. — Голос Виктора изменился и стал жёстким и требовательным. — Где вы сейчас? Давид Бланк с вами?

— Меньше всего я хочу от кого-то прятаться! — соврал я. — А Давида со мной нет. И с вами встречаться он не особенно хочет.

— Вы были у него?

— Знаете что, отстаньте от меня! — взвился я. — А вашу тысячу я вам верну!

— Нет, братец, так дела не делают, — голос Виктора стал злым и каким-то визгливым, — пообещал вывести на Давида — в доску разбейся, а сделай! Сейчас я приеду, и мы поговорим…

— Не хочу я с вами говорить! И вы меня не найдёте!

— Ошибаешься. Ты сейчас в трёх километрах от Газы, сидишь на берегу моря и загораешь. Угадал?

— Да пошёл ты! — Я выключил телефон и только сейчас догадался, что именно благодаря этому маленькому поганцу в моём кармане его хвалёная прослушка всё время контролирует, где я нахожусь. — Саш, нам нужно уезжать отсюда, а то меня засекли, и скоро сюда приедут очень нехорошие люди.

— Кто? — Сашка поднял голову и непонимающе посмотрел на меня. — Пускай приезжают. Что они нам могут сделать?

Невольно я прикинул, что Виктор, если приедет, то не один. С ним будут «Усама» и мордовороты-арабы. Силы неравные, если учесть, что из нас с Софой бойцы никакие, а Сашка, каким бы ни был чемпионом, всё-таки один. Но Сашку, как я чувствовал, сейчас с места не сдвинуть. Хоть бы полиция подъехала раньше Виктора с его людьми… Сходить, что ли, поискать в машине какой-нибудь ломик или гаечный ключ потяжелее?

Но никуда пойти я не успел. На дорожке показалась знакомая серая машина, которая притормозила около нашей, и из неё вышли знакомые мордовороты, а следом за ними «Усама» и Виктор. Вид у всех, и я на это сразу обратил внимание, был потрёпанный и усталый, но злой. Чёрная бородка «Усамы» топорщилась в разные стороны, а глаза без модных очков были растерянные и жалкие, словно в передрягу с полицией попали как раз он, а не мы с Софой и Давидом.

Виктор, по-хозяйски осмотревшись вокруг, жестом остановил своих приятелей и направился к нам.

— А вот и мы, — как ни в чём не бывало проговорил он, — так где Давид?

— Я же сказал, что его с нами нет, — огрызнулся я, — зачем вы приехали?

— Мне нужен Давид, и ты обещал вывести нас на него. Неужели не понятно? С огнём играешь…

— Кто это? — удивлённо посмотрел на меня Сашка и перевёл взгляд на Виктора. — Ты, парень, повежливей давай. А лучше всего, пошёл бы ты вон! И без тебя тошно.

Виктор оглянулся назад и поманил к себе «Усаму» с мордоворотами.

— Арабы?! — удивлённо протянул Виктор, который за время работы в полиции научился различать их с первого взгляда. — Уж, им-то что здесь надо?! Документы у них есть?

— Сейчас тебе будут и документы, и мороженое на палочке! — ехидно ухмыльнулся Виктор.

— Всем стоять на месте! — неожиданно рявкнул Сашка и каким-то неуловимым движением вдруг скрутил руку Виктору, да так, что тот от боли завыл. Мне же он крикнул: — Быстро звони в полицию!

— Какую полицию?! — удивился я. — Мы только что от неё удирали…

— Звони!

А потом в руках одного из мордоворотов вдруг оказался пистолет, раздался выстрел, и Сашку вместе с Виктором, в которого он вцепился мёртвой хваткой, швырнуло на камни. Я видел, как по Сашкиной майке расплылось кровавое пятно, и кровь, не переставая, стекает на придавленного им Виктора, а тот пытается выбраться из-под тяжёлого Сашкиного тела, но у него не получается.

Мы с Софой стояли как заворожённые, лишь безучастно глядели, как подскочивший «Усама» помог Виктору выбраться, брезгливо отряхнул руки от крови и по-русски пробормотал:

— А он жив! Что будем делать?.. Что мы наделали?!

Виктор стоял в двух шагах от хрипящего Сашки и потирал вывернутую руку. Отдышавшись, скомандовал:

— Грузите в машину, здесь его оставлять нельзя — мы тут наследили… Потом подумаем, что с ним делать. А вы, — он недобро посмотрел на нас с Софой, — быстро в свою машину. Я еду с вами. Нам ещё надо Давида найти. Всё, шуточки закончились…