Чарующая улыбка валькирии - Алена Винтер

Дарио быстро поднялся, увидев сына, но тут же сел на место, потому что Лира угрожающе покачала головой.

– Не делай лишних движений, дорогой, – сказала она. – Не давай мне повода убить тебя раньше времени.

– Отец, что происходит? – выкрикнул Алессандро и потряс связанными руками. – Леона, а ты что делаешь?

Лира посмотрела на пистолет и повернулась к Дарио.

– Скажи ему. Пусть знает правду.

– Какую правду, шлюха?! – вскочил с дивана Себастьяно. – Потаскуха, не смей трогать мальчика! Иначе я лично размажу тебя по этой стенке.

Лира, не сказав ни слова в ответ, подняла правую руку и начала стрелять. Первый выстрел в левую ногу Корти, второй – в плечо, третий собралась сделать в грудь. Себастьяно лежал на диване и часто моргал глазами. Он пытался придать лицу наглое выражение, но из-за чудовищной боли, причиненной ранениями, у него получались лишь недовольные гримасы.

– Леона! – в который раз закричал Алессандро.

– Да замолчи ты! – повысила голос Лира и опустила оружие, заметив, как Себастьяно с облегчением прикрыл глаза. – Сколько можно? Как маленький. «Леона! Леона!». Это не мое имя.

– Но… я не понимаю, – заикаясь, проговорил он и посмотрел на отца. – Скажи мне!

– Я скажу, – Себастьяно сплюнул на пол кровь. – Это шлюха, которая…

Он не успел договорить, потому что две небольшие дырки появились в его лбу. Себастьяно упал на колени к Дарио, потом съехал вниз по гладкой ткани брюк и повалился на пол. Лира махнула пистолетом. Ноздри ее гневно вздымались, когда она произнесла:

– Подлая скотина. Даже перед смертью не смог вести себя достойно.

Она подошла к Алессандро, который буквально онемел от увиденного, и развязала ему руки. Мужчина потер затекшие запястья, посмотрел на мертвого Себастьяно, затем на Дарио.

– Дарио убил Этторе Д’Ареццо, моего отца. Он же приказал убить мужа и друзей. Всех, кто мне был дорог, Дарио безжалостно уничтожил, – быстро говорила Лира, наблюдая, как в ужасе расширяются глаза бывшего пасынка. – Из-за денег. Да, Алессандро. Ему нужны были деньги моего отца, поэтому он избавился и от него, и от тех, кто мешал ему обладать состоянием Д’Ареццо. Теперь тебе понятно, для чего я здесь? К счастью, ты не похож на своего отца. В тебе нет его алчности и коварности.

– Но ты убьешь меня? – быстро спросил Алессандро, и плечи его опустились.

Лира приятно удивилась спокойствию его голоса. Теперь в нем не было той надрывной возбужденности, что раздражала в самом начале. Лицо Алессандро разгладилось, он даже попытался улыбнуться, заранее зная ответ, который она даст.

– Убью, – кивнула Лира и нацелилась ему в грудь.

– Нет! – выкрикнул Дарио. – Пощади! Умоляю. В меня, стреляй в меня, только не в сына! Он единственный, кто есть у меня! Леона!!

Он упал на колени и пополз к Лире, но та брезгливо отошла в сторону, продолжая держать Алессандро на прицеле. Алессандро не двигался, он без капли волнения смотрел в лицо любимой им женщины, и глаза его улыбались. Лира опустила руку.

– Уходи, – сказала она и повернулась в сторону резко открывшейся двери.

Со стремительностью леопарда Анджело метнулся к Лире, защищая от ввалившегося в комнату раненого Чезаре. Люди Анджело отреагировали так же быстро, начав стрелять в нежданного гостя. В предсмертной агонии, не ощущая боли от пуль пронзающих его тело, Чезаре выдал короткую очередь из «узи», бесцельно, в пространство. Лоренцо, стоящий почти у самой двери, мгновенно переместился в сторону. Сделав шаг вперед, он схватил Чезаре за запястье, направляя дуло «узи» в потолок. Чезаре продолжал нажимать на курок. Кровь булькала у него в горле, а он все двигал пальцем по железу. Лоренцо дернул автомат на себя, и Чезаре легко отпустил его. От полученных ранений он уже не мог стоять на ногах и пошатнулся назад. Уперевшись спиной о стену, он сполз на пол и затих.

– Проверьте периметр, – приказал Анджело, и двое его людей исчезли за дверью. – Группа два! Что там у вас?

– Все в порядке, – ответили ему.

Дарио пригнулся к полу. Он заметил пистолет Себастьяно, выпавший у того из руки перед началом штурма. Воспользовавшись создавшейся неразберихой, пополз к нему и схватил. Сразу стало легче на душе, теперь он больше не чувствовал себя беспомощным, ведь когда ему придется умереть, он заберет с собой Лиру. Дарио поднялся и, уже собираясь выстрелить в нее, увидел, как сын упал в руки Анджело. Выпущенная наугад пуля из оружия Чезаре, смертельно ранила его мальчика. Анджело приложил руки к шее Алессандро, пытаясь сдержать кровь, бьющую из раны.

– Господи, – прошептал Дарио.

Он сделал шаг вперед и, не отрываясь, смотрел в покрытое красными пятнами лицо сына. Алессандро задыхался, и хриплые стоны его эхом разлетались по кабинету. Белую рубашку залила кровь от еще одной раны на груди, он цеплялся за руку блондина, а тот держал его, не давая упасть. Потом медленно опустил на пол и уже мертвому прикрыл глаза. Дарио отчетливо почувствовал, как и из него самого уходит жизнь. Сыновья погибли, лучший друг убит. Дарио остался один. Он смотрел на Лиру, на свое страшное проклятие, и не мог пошевелиться. Смерть сына и утрата любви женщины, без которой он не представлял жизни, обездвижили его. Не отрываясь, Дарио смотрел в лицо Лиры. Прекрасная Немезида, олицетворение неизбежной кары, богиня возмездия. Она получила то, что хотела, даже сверх меры.

– Лира, – впервые вслух произнес это имя Дарио, – теперь ты довольна? Если это так, то я рад за тебя.

Он начал медленно к ней приближаться, и Анджело вскочил, пытаясь предупредить его следующее движение, но было слишком поздно. Дарио быстро поднял пистолет, целясь в жену, однако Лира опередила его, нажав на курок на мгновение раньше. Он ошеломленно дотронулся до раны на груди, через силу сделал еще несколько шагов вперед и упал к ее ногам. Лира пристально вгляделась в лицо человека, который разрушил столько жизней.

– Я не хотела смерти Алессандро, – сказала она, обращаясь к нему. – Это твоя вина.

– Лира, – Анджело взял женщину за плечо. – Тебе пора уходить. Карло ждет.

– Алессандро хороший парень. Я не хотела, чтобы он умер.

– Я знаю, – сказал Анджело и крепко обнял ее. – Все закончилось. Лоренцо, – обратился он к черноволосому мужчине, стоящему рядом с телом Алессандро. – Увези сеньору Д’Ареццо.

– Периметр чист. Мы одни, – заглянул в комнату один из людей Бьянки.

– Молодцы. Благодарю всех, – Анджело обвел глазами мужчин.

Эти слова показались Лире настолько циничными, что она вздрогнула, ужасаясь своей жестокости. Ее хрупкие плечи задрожали от рыданий, и Анджело еще крепче прижал женщину к себе. Лира вырвалась из объятий и передала ему пистолет, который все еще держала в руке.

– Ты прав. Все закончилось, – сказала она и вышла из кабинета.

Лира медленно ступала по дому. Теперь он не казался ей враждебным, наоборот, являл радушие и доброту. Столько раз слышавший смех в своих стенах, дом прощал Лиру за то, что она принесла с собой смерть. В последний раз он окутал ее тишиной и отпустил, открывая дверь в новую жизнь.