Сети лжи - Тим М. Логан

Я сделал глубокий вдох, медленно выдохнул. Слегка покосился, чтобы держать в поле зрения молодого полицейского, который на противоположной платформе беседовал с сотрудником железной дороги, одетым в светоотражающий жилет.

– И как мне следует себя вести? Что посоветуете?

– Ну, смотрите, Джо, вы официально признали, что были на месте происшествия. Это подтверждено вещественными доказательствами, ваш телефон найден на предполагаемом месте захоронения тела, плюс в багажнике вашей машины обнаружена кровь мистера Делейни. Кроме того, с вашего телефона были сделаны очень подозрительные поисковые запросы, а метаданные показывают, что, возможно, вы использовали телефон жертвы, чтобы посылать самому себе сообщения и ввести в заблуждение следствие. У полицейских есть заключение текстологической экспертизы, которое подтверждает, что сообщения написаны не мистером Делейни. И в дополнение ко всему, мы знаем, что у вашей жены была сексуальная связь с мистером Делейни.

Некоторое время он помолчал, давая мне осознать сказанное.

Но у меня перед глазами стояло только ухмыляющееся лицо Бена.

Шах и мат, здоровяк.

Отполированный металл рельсов поблескивал всего в нескольких метрах от меня. Я слегка подался вперед на скамейке, разглядывая пути. Интересно, насколько больно, если тебя сбивает экспресс, несущийся со скоростью больше ста километров? Наверное, не слишком, да и в любом случае все будет очень быстро. Вот ты есть – живешь, дышишь, думаешь. А через секунду – только ошметки по рельсам, и все.

– Джо, вы там? – послышался в трубке голос Ларссена.

– Мне крышка, да?

Он помедлил с ответом.

– Нужно сесть и все обсудить. С глазу на глаз. Хватит этих разговоров по телефону, запрыгиваний в поезд и отъездов неизвестно куда. Вот вам мой совет.

– Вы все еще готовы представлять мои интересы?

Он снова замолчал, на этот раз пауза была дольше.

– Если вы будете следовать моим указаниям.

– В том числе прийти в полицейский участок и сдаться с поличным?

– Вы там что, еще нескольких человек убили?

– Просто спрашиваю.

– То, что я сказал вчера в качестве рекомендаций, остается в силе, да.

Я почувствовал, будто телефон жжет мне ухо.

– Значит так, да.

– Что вы имеете в виду?

– Поход в участок, обвинение, освобождение под залог, если сильно повезет.

– Ну, сейчас сложно об этом говорить. Но нам нужно действовать в рамках единой стратегии.

– Как думаете, под залог выпустят?

Он снова не ответил.

– Так вы возвращаетесь в Лондон?

– Да, буду через три с половиной часа.

Мы договорились, что с вокзала я возьму такси и отправлюсь прямиком в офис к Ларссену – никуда не заезжая и нигде не останавливаясь. Примерно за час мы обсудим дальнейшую стратегию, а потом, в сопровождении одного из его помощников, я отправлюсь домой переодеться. А оттуда в полицейский участок, и сдамся детективу Нейлору до окончания рабочего дня. Разве что Ларссен не называл это «сдаться», а говорил «явиться для выяснения подробностей».

Было без пяти одиннадцать. Восемь дней назад ровно в это время я обсуждал с десятым классом «О мышах и людях» Стейнбека. Неделя и один день.

Я пообещал Ларссену, что буду у него в три.

Глава 75

Поезд вез меня в Лондон. Я сидел в самом дальнем углу последнего вагона, натянув капюшон толстовки практически на глаза и забившись как можно дальше от всех остальных пассажиров. Делать было совершенно нечего, ни книги, чтобы почитать, ни соседа по месту, чтобы поговорить. Я даже не мог сообразить, о чем бы таком хорошем подумать, чтобы успокоиться. В голову лезли только мысли о полиции, образцах ДНК и о том, что мне сказать жене и сыну. Компанию мне составлял только лежавший на столике телефон. И как я ни пытался насладиться проплывающими мимо окна пейзажами восточной Англии, мой взгляд то и дело возвращался к темному прямоугольнику из стекла и пластика. Это была единственная ниточка, связывавшая меня с семьей. Единственное оставшееся у меня оружие.

Вот только это оружие, а точнее, его предшественники, уже дважды предавали меня. Первый был обнаружен в подозрительном месте, второй содержал уличающую меня непонятно в чем историю поиска. Может, и этот продукт высоких технологий только и ждал удобного случая, чтобы ударить побольнее. Что еще он мог скрывать?

Я открыл браузер и проверил историю поиска за последние пару дней. Как вообще ее можно подменить? В любом случае ничего подозрительного я не увидел: расписание поездов, телефон юридического бюро из секретной записной книжки Мел, поиск казино и гостиницы в Сандерленде. Это все были мои запросы. Где еще мог крыться подвох? Все сообщения тоже были написаны мной. Единственной сохраненной фотографией было селфи обнаженной Мел, но я не мог на него смотреть. Я вернул телефон на столик, перевернув экраном вниз. Отблеск на объективе камеры напомнил мне о загоревшемся огоньке веб-камеры домашнего компьютера, который я заметил в воскресенье ночью.

Может, дело не во мне, а в телефоне?

Поезд медленно разгонялся после остановки в Нью-Йорке. До Лондона оставалось примерно полпути. За окном все быстрее проносились распаханные поля. Я снова перевернул телефон.

Как ты теперь меня предашь, маленький ублюдок?

Как же прочно они завладели нашей жизнью: общение с друзьями и коллегами, социальные сети, электронная почта, приложения, фотографии, музыка, календарь, напоминания о днях рождения. Полный цифровой слепок личности. В памяти телефона было с десяток приложений. Резервное копирование, Мои Файлы, Диагностика. Большинство были мне знакомы – стандартный набор приложений, предустановленных на новом телефоне. Всякие утилиты для работы с памятью, перемещения файлов и тому подобное – все те программы, на которые я обычно не обращал внимания.

Кроме одной. Приложение под названием «СисАдминТрек». Это было странно – как будто в доступе пользователю оставили что-то из набора профессионального программиста. И тем не менее это было единственное приложение, загруженное на телефон, а не предустановленное. На иконке были изображены два перекрещенных гаечных ключа на фоне шестеренки. Я открыл приложение, и иконка разрослась на весь экран, слева появилось небольшое меню. Всего четыре пункта: «О программе», «Версия», «Обновление», «Разрешения». При открытии первых трех появлялась только самая краткая информация о том, кем и когда приложение было написано, длинный номер, означавший версию и тому подобное. Было совершенно неясно, что же приложение делает. Это была не игра, не офисное приложение и не мессенджер.

Вкладка меню «Разрешения» была несколько более информативной. При нажатии на нее появился выпадающий список программ и функций, к которым имела доступ программа: включение основной и фронтальной камер, записи видео и аудиозаписей, данные геолокации, история поиска в