Как две капли воды - Сандра Браун

– Да, я избегаю тебя, но только потому, что я рассер­жена, а не потому, что я вела себя недостойно.

– В прошлом ты часто вела себя так, Кэрол.

– Не называй меня… – Эйвери вовремя останови­лась.

– Не называть тебя как?

– Никак. – Она ненавидела, когда он называл ее Кэ­рол. – Не называй меня лгуньей, – поправилась она и, вызывающе откинув голову назад, заявила: – Можешь узнать от меня, а не от кого-то там еще. Вэн Лавджой курил травку! И мне предлагал. Я отказалась. Ну, что, мистер Сенатор, я прошла испытание?

Тейт злобно покачивался взад-вперед:

– Не шляйся больше одна, понятно?

– А ты не держи меня на коротком поводке.

– Да мне наплевать, что ты делаешь! – Взревел он, крепко схватив ее за плечи. – Тебе небезопасно ходить одной.

– Одной? – повторила она с горечью. – Одной? Мы никогда не бываем одни.

– Сейчас мы одни.

Только сейчас они поняли, что стоят лицом к лицу. От возбуждения оба учащенно дышали. Кровь вскипела в жилах от гнева. Эйвери почувствовала, что нервы ее сей­час зашипят, как горячие провода, упавшие в лужу во время грозы.

Он обнял ее, сцепив пальцы на спине, рывком прижал к себе. Эйвери притихла от желания. Затем в одно мгнове­ние их губы слились в жарком поцелуе. Она обвила его шею руками и соблазнительно выгнулась, упираясь в него грудью. Его руки скользили по ее заду, грубо подтягивая ее вверх и сильно прижимая к себе.

Было слышно дыхание и шуршание их вечерних туале­тов. Их губы и языки слились, слишком жадные, чтобы вести утонченную игру.

Тейт придвинул ее к стене и, освободив руки, крепко притиснул к себе. Он обхватил пальцами ее голову и стра­стным поцелуем припал к ее губам.

Поцелуй был чувственный, пробуждающий желание. Он зажег те искорки, которые возбуждали Эйвери, как языки пламени возбуждали первобытного человека. Этот поцелуй обещал бесконечное наслаждение:

Она судорожно стала расстегивать его складчатую ру­башку. Одна за другой пуговицы бесшумно падали на ковер. Она распахнула его рубашку и обнажила грудь. Ее открытый рот уткнулся в самую середину. Он застонал от удовольствия и потянулся к застежкам ее платья на спине.

Они не поддавались его неумелым пальцам. Ткань по­рвалась. Бусины попадали. Блестки посыпались дождем. Ни тот, ни другой не обратил на это внимания. Он обна­жил ее плечи и горячо поцеловал в грудь, вздымающуюся над открытым, без бретелек, бюстгальтером, затем потя­нулся к застежке.

Паника охватила Эйвери, когда бюстгальтер упал к ее ногам. Сейчас он узнает! Но глаза его были закрыты. Губы, не глаза были сейчас его проводниками. Он целовал ее грудь, ласкал языком соски, жадно засасывал их в рот.

Он желал ее. И ей это было необходимо. Она готова была отдать ему все.

Она тянула с него рубашку, даже не расстегнув запон­ки на манжетах, а он махал руками до тех пор, пока не освободился, затем под платьем, скользя руками вверх по ее бедрам, он добрался до резинки ее трусиков и снял их. Теперь ладонь его была между ее ног, пальцы проникли внутрь, она издавала хриплые, постанывающие звуки, звуки желания.

– Ты моя жена, – сказал он твердо. – Ты достойна лучшего, чем стоять у этой стены.

Он отпустил ее, отступив назад, стянул с себя ботинки и носки и бросил их вместе с брюками на ковер.

Эйвери сняла платье, скинула туфли и быстро прошла к кровати. Горничная уже расстелила ее. Смахнув с по­душки мятные шоколадки, она юркнула под одеяло. Щелкнула застежка ее черного кружевного пояса, она едва сняла чулки, как Тейт оказался рядом.

Она податливо откликнулась, как только он прижал ее к своей теплой груди. Их губы слились в глубоком влаж­ном поцелуе. Его член был твердым и гладким. Он ут­кнулся в ее мягкий живот, затем устроился в темных куд­ряшках межножья.

Он взял в ладони ее грудь, поднял ее, нежно нажал на сосок большим пальцем и стал ласкать ее языком. Он раз­двинул ей ноги, она не сопротивлялась. Промежность была мягкой, чувственной и бархатистой. Она отрывисто и коротко вздыхала, пока его пальцы ласкали ее.

Затем он перевернул ее на спину и направил свой упру­гий член в ее влажную овальную глубину. Она приняла его застенчиво, потому что он был большой и крепкий, а она – маленькая и мягкая. Мужчина и женщина. Как и должно быть. Его сила покорялась слабости. Ее слабость оттенялась силой.

Она поражалась абсолютности его обладания. Это бы­ло вторжение, сладостное, беспрепятственное и стреми­тельное. Ее спина и шея выгнулись в полном подчинении. Он двигался глубже и глубже, она и не думала, что такое вообще возможно.

Он напрягался, чтобы продлить наслаждение, но нель­зя было слишком многого требовать от тела, томимого столь долгим воздержанием.

Он всего пару раз вошел в нее, и его настиг оргазм.

В комнате было так тихо, что она слышала лишь ти­канье часов на его руке у себя за головой на подушке. Она не отваживалась взглянуть на него. Дотронуться до него было и вовсе невозможно. Она лежала и слушала, как наконец его дыхание стало ровным. Он лежал спокойно, только грудь его поднималась и опускалась.

Все кончилось. Теперь она легла на бок, отвернувшись от него, подоткнула под щеку подушку и подтянула коле­ни к груди. Ей было больно, но она не могла понять, от чего и где.

Прошло несколько минут. Когда она ощутила его руку у себя на талии, то подумала, что это оттого, что она так этого желала, ее воображение сыграло с ней шутку, заста­вив ее поверить в это. Его рука легла ей на талию и силой развернула ее опять на спину. Она подняла на него боль­шие пытливые глаза и посмотрела на него с некоторым опасением.

– Я никогда не изменял тебе, – прошептал он.

Он провел костяшками пальцев по ее щеке, затем по губам, поцарапанным его щетиной. От этого нежного прикосновения у нее перехватило дыхание. Она хотела, но не смогла выразить того, что было у нее на сердце.

Он наклонился и нежно поцеловал ее. Потом помедлил и снова поцеловал. Своей щекой она почувствовала жар его щеки. Действуя инстинктивно, переполненная нежно­стью, она дотронулась до повязки на лбу, любовно погла­дила его взъерошенные волосы, потом провела ногтем по углублению на его подбородке.

Боже, как она любила этого человека!

Его губы прижались к ее губам. Язык проскользнул между ее губами. Мягко, возбуждающе он двигался взад-вперед, даруя любовь ее рту. Она издала тихий страстный звук. Он ответил ей, прижав ее крепче к себе, так крепко, что его мягкий пенис уютно устроился в теплой влаге между ее ног.

Он поцеловал ее рот, шею, плечи, лаская при этом ее грудь. Его пальцы возбудили и сделали напряженными ее соски. Жарко, влажно и страстно он сосал их до тех пор, пока она не стада беспокойно двигаться под ним. Он по­целовал ее округлый живот, низ живота над лобком.