Любовник для Курочки Рябы - Дарья Калинина

— И что Кати?

— Сначала она высмеяла мое предложение, но потом неожиданно дала свое согласие подумать.

— И для этого ей нужно было побыть в одиночестве? — догадалась Мариша.

— Да, она сказала, что если она останется в Вене, то я все равно могу не сдержаться и позвонить ей. Или мы можем случайно встретиться на улице. Или кто-нибудь из наших общих друзей постарается вмешаться с ненужными советами. В общем, Кати сказала, что она хочет уехать далеко, где ничто и никто не помешал бы ей серьезно обдумать мое предложение.

— И она запретила вам ей звонить?

— Запретила, — кивнул Гюнтер. — Я даже про то, куда она едет, узнал случайно, увидев путевку у нее в сумочке во время нашего прощального ужина в Вене. А так я бы терялся в догадках, куда направилась моя невеста. Ведь Кати даже не разрешила прийти проводить ее в аэропорт.

— Загадочная девушка, — пробормотала Юлька.

— — Вы правы! — горячо поддержал ее Гюнтер. — Но это и сводило меня с ума. И заставляло так страстно желать Кати. Она и в самом деле загадка. Сколько раз я пытался понять, что же творится в ее головке, но всякий раз отступал, так ни в чем и не разобравшись.

Судя по всему, бедняга Гюнтер не отличался особой прозорливостью. И не догадывался, что Кати обманывает его с другим кандидатом в мужья — покойным Густавом. Хотя как знать, а вдруг догадывался? На вид Гюнтер был милягой, но кто его знает, вдруг в глубине души у него от ревности проснулся злобный и коварный убийца, который, пронюхав, что его невеста летит отдыхать не одна, а в обществе мужчины, решил избавиться от своего соперника.

— Нужно сказать Карлу, чтобы проверил его алиби, — пробормотала мне Юлька на ухо, кивая головой на увлекшегося беседой Гюнтера. — За восемь лет, которые он потратил на ухаживания за Кати, можно было и озвереть.

А Гюнтер продолжал описывать нам свои чувства к Кати.

— И как глупо получилось, — говорил он, — я вздумал ревновать ее и даже полез в драку, хотя она всего лишь присела на колени к тому молодому человеку, чтобы посмотреть, что ему попало в глаз. И хорошо еще, что его друзья вовремя меня оттащили в сторону, — сетовал Гюнтер, трогая время от времени заплывающий глаз. — Просто не знаю, какой дьявол в меня вселился. Раньше со мной такого никогда не случалось.

Мы проводили беднягу до его номера. Вообще-то он рвался в номер Кати, но мы подмигнули Тате, и она бодрым голосом соврала, что ключ от номера находится у самой Кати.

— И дубликата нет, — продолжала вдохновенно сочинять Тата. — То есть не вообще нет, а просто вчера потерялся. И еще не успели сделать новый.

Гюнтер снова поверил. Вообще на редкость доверчивый человек. Нам даже стало как-то неловко, что он такой доверчивый.

— Как неудачно! — принялся сетовать Гюнтер. — Ну что же, придется взять пока другой номер.

С облегчением избавившись от Гюнтера, мы вернулись к себе обсудить ситуацию.

— Какое счастье, что Тата не дала ему ключ от номера Кати, — сказала Юлька. — Маркус обитает там уже несколько дней. И наверняка вместе с ним к ней в номер перекочевали и какие-то его вещи. Вот была бы история, если бы Гюнтер пошел в ванную комнату и наткнулся бы там на мужскую бритву и две зубные щетки.

— А в спальне под кроватью нашел бы забытый мужской носок, — хихикнула Мариша. — Но все-таки, если оставить Гюнтера в покое, то, как вы думаете, что может значить план "В"?

Увы, этого мы с Юлькой не знали. Но внезапно я увидела у нас на столике записку. Откуда она взялась в запертом номере, я не могла взять в толк. Но, с другой стороны, за последнее время с нами происходило много такого, чего я не могла взять в толк.

Так что одной таинственной запиской больше или меньше, роли существенной не играло. Я взяла записку в руки. Написана она была на немецком языке.

— — Что ты там нашла? — полюбопытствовала Мариша.

— Какая-то записка. По всей видимости, тебе от Карла.

— Дай, дай скорее! — возликовала Мариша.

Но едва записка попала ей в руки, как она разочарованно вздохнула.

— Нет, это почерк не Карла, — сказала она. — И почему ты решила, что это мне от Карла?

— Ну, а кому из нас еще могли писать по-немецки? — удивилась я.

— Вообще-то ты права, — пробормотала Мариша, погружаясь в чтение записки. — Но записка не от Карла, а от Ханса.

Он пишет, что нам троим сегодня в пять часов вечера нужно быть возле старого маяка.

— Зачем? — полюбопытствовала Юлька.

— Он пишет, что наша помощь будет необходима при опознании преступника, которого они надеются задержать, — сказала Мариша. — И тут говорится, что письмо это Ханс пишет по просьбе Карла, который порезал руку и писать не может. Но нас ждет для опознания преступников.

— Не лучше ли тогда подождать их всех вместе с пойманным ими преступником тут в отеле? — трусливо спросила я.

Мариша кинула на меня презрительный взгляд и сказала…

Нет, ничего она не сказала, но я и так поняла, что если не пойду, то моя репутация ближайшей подруги пропала. И до конца дней мне не отмыться от своего предательства и ничем его не загладить.

— Им нужна наша помощь! — весомо сказала Юлька. — Даша, мы должны пойти, раз они просят об этом.

— Ладно, — вздохнула я.

Ради подруг я согласилась, но на сердце у меня лежал камень Не нравилась мне эта прогулка к старому маяку. Не нравилась, и все тут. К тому же, чтобы попасть туда к назначенному времени, нужно было выходить уже прямо сейчас. И всю дорогу передвигаться почти бегом. Иначе бы мы не успели. Но что было делать? Мы помчались. За то время, пока мы карабкались к старому маяку, у меня не было времени, чтобы прислушаться к голосу своего сердца. Слишком много усилий приходилось прикладывать к тому, чтобы угнаться за Маришей.

Старый маяк остался на острове еще с тех самых пор, когда никакого отеля тут и в помине не было. А чтобы проезжающие мимо Кьянти лодки не натыкались на скалы, торчащие из воды возле берега, на острове и был сооружен маяк.

Теперь, когда его функцию успешно выполняли огни отеля, а также современное эхолокационное оборудование на многих катерах и уж тем более яхтах, он проржавел насквозь и представлял собой просто живописную груду развалин. Но находился он в самой высокой точке острова. Тут уж спорить не приходилось. Мы это прочувствовали на собственной шкуре, пока добирались до него.

— Жаль только, что это так далеко от отеля, — пыхтела Юлька, карабкаясь следом за мной.

Но наконец мы добрались до старого маяка. Оглядевшись по сторонам, мы поняли, что прибыли первыми. Вокруг была тишина и покой. Лишь ветер трепал наши волосы.

— Что там в записке сказано, должны мы спрятаться или нет? — поинтересовалась Юлька у Мариши.