Без срока давности - Нора Робертс

Осталось, подумала Ева. Такое всегда остается где-то позади. Сидит в темном углу у тебя за спиной и мерзко хихикает.

— Первым делом наведаюсь к Истердею. Возможно, наша находка поможет что-нибудь из него вытрясти. — Ева стиснула зубы. — Использую его жену, если понадобится. Потом поговорю с мистером Мирой и поеду домой.

— Могу поймать такси рядом с домом Истердея. Хочешь, загляну к нему вместе с тобой — надавлю на него авторитетом, прежде чем отправиться в лабораторию к Харво?

Ева немного подумала.

— Давай, почему бы нет?

Она снова припарковалась во втором ряду — ей уже на все было наплевать, — и подошла к двери.

Открыла та же женщина, что и в первый раз.

— Лейтенант… Даллас, если не ошибаюсь?

— Да, и заместитель окружного прокурора Шер Рио. Нам нужно поговорить с мистером Истердеем.

— Входите, пожалуйста. Сейчас позову миссис Истердей. Она в комнате отдыха, а мистер Истердей спит наверху. Принести вам чаю или кофе? — спросила домработница, проведя их в гостиную.

— Нет, спасибо.

— Красивый дом, — заметила Рио, когда домработница вышла. — Нарядно и элегантно. Приятно посидеть у огня в такой день. Итак… — Она стянула перчатки. — Как держаться? Мрачно или сочувственно?

— Мрачно пойдет. Все более чем мрачно.

В комнату вошла Петра Истердей.

— Лейтенант, у вас есть новости? Вы нашли того, кто убил Эдварда с Джонасом?

— Мы прорабатываем новую версию. Это заместитель окружного прокурора Шер Рио.

— Присаживайтесь, пожалуйста. Чем могу помочь?

— Нам нужно поговорить с вашим мужем.

— Знаю, это важно, но он так расстроен… Сами можете представить.

О да, Ева вполне могла представить.

— Маршалл хотел поехать к Мэнди, помочь ей с подготовкой похорон, а я наотрез отказалась его отпускать, и теперь он на меня сердится. Но я все равно решила последовать вашему совету.

— Муж должен быть вам благодарен. Однако нам нужно с ним поговорить. Немедленно.

— Хорошо-хорошо. Пойду скажу ему. Дайте мне несколько минут. Как я уже говорила, Маршалл на меня сердится. Я оставила его одного, чтобы немного отдохнул.

Миссис Истердей вышла из гостиной и взбежала вверх по лестнице. В каждом ее шаге чувствовалась тревога.

— Когда ты сказала, что она ничего не знает, я не поверила. — Рио опустилась в кресло. — Теперь верю. Не напугана, не злится — просто волнуется за мужа.

— Петра любит Истердея и доверяет ему. Когда она узнает, чем он занимался, это ее убьет. Еще одна жертва. Можешь присвоить ей номер пятьдесят.

Ева шагала взад-вперед. Ей нужно было двигаться, двигаться, двигаться. Она глянула в сторону лестницы, хотела подойти, может быть даже подняться, но тут по ступенькам сбежала Петра.

— Маршалл исчез. Наверху его нет. Пыталась звонить Мэнди, но она не отвечает. Он оставил мне записку.

Дрожащей рукой она протянула записку Еве. В ней было всего одно слово: «Прости».

— Ничего не понимаю! О чем он только думал? Вы можете его найти? Если какой-то псих убивает его друзей…

Проскочил мимо копов, которых Ева оставила следить за домом. Надо было разместить их в самом доме — у обоих выходов.

— Я поднимусь на второй этаж.

— Вы мне не верите?

— Верю, миссис Истердей. Я поднимусь на второй этаж, а вы пойдете со мной и посмотрите, не взял ли он с собой чего-нибудь.

— Хорошо, если это поможет. Пожалуйста, быстрее. Я спросила домашний компьютер, где Маршалл, и он ответил, что в доме его нет — ушел более двух часов назад. Знаю, муж хотел помочь… помочь своим друзьям… — говорила Петра, поднимаясь по лестнице. — Но он должен быть здесь, в безопасности, должен отдыхать.

Они миновали несколько комнат, еще одну гостиную и наконец вошли в большую спальню.

Кремовое покрывало было смято, шоколадно-коричневый плед скомкан, как будто на постели кто-то пытался отдыхать. В камине негромко потрескивал огонь.

— Надо было остаться с ним, заглядывать к нему…

— Проверьте, пожалуйста, не взял ли он с собой чего-нибудь.

— Зачем ему брать с собой вещи?

— Проверьте, пожалуйста, — повторила Ева.

Петра с легким раздражением подошла к шкафу и распахнула створки больших дверей. Ева встала позади нее, глядя, как она отодвигает панель в задней стенке.

— Ему совершенно не за чем…

— Здесь вы храните чемоданы. — Ева шагнула внутрь. — Что он забрал?

— Свой складной чемодан… Не понимаю… — Петра открыла ящик комода. — Боже! Свитер, который внучка подарила ему на Рождество. Сама связала. Маршалл его очень любит. А еще… даже не знаю… несколько рубашек, кажется. И брюк. Собрал вещи и уехал. Как же так?

— У мистера Истердея есть в доме наличность?

— Что?.. Ах да, у нас обоих есть. В сейфе.

Петра активировала скрытый механизм, и комод отъехал в сторону, открыв встроенный в стену сейф. Дверца была не заперта, и Петра распахнула ее настежь.

— Пусто. Маршалл держал здесь деньги. Драгоценности хранятся отдельно.

— Вы знали код к сейфу мужа? Знали, что он там прячет?

— Нет, это же его сейф. У меня свой. Мы уважаем право друг друга на… Боже мой, он собрал вещи и уехал, потому что боялся, что они придут сюда и причинят мне вред. — С побелевшим от волнения лицом Петра прижала к груди сжатые в кулаки руки. — Вы должны его найти! Пожалуйста!

— У него есть кабинет?

— Да, сюда, пожалуйста. Разве вы не можете разослать ориентировку или что вы там обычно делаете? Мне нужно составить отчет, заявление?

— Мы будем его искать, — заверила Ева. — Мне нужно ваше разрешение на то, чтобы вызвать поисковую команду, а также чтобы отдел электронного сыска забрал и просканировал электронику.

— Я на все согласна, если это поможет. Я жена юриста и знаю, что не должна бы соглашаться, но я на все пойду, лишь бы вы доставили его домой живым и невредимым. Попробую позвонить родственникам Джонаса. А вдруг…

Петра выбежала из кабинета, оставив Еву и Рио одних.

— Ударился в бега.

— По крайней мере, попытался. — Ева достала рацию. — Диспетчер? Говорит лейтенант Ева Даллас. Передайте ориентировку на розыск Маршалла Истердея.

Ушел почти час на то, чтобы вызвать поисковую команду и отослать детективов, следящих за домом. Ева распорядилась насчет конфискации электроники, допросила Петру и прислугу. Просмотрела запись, как Истердей выскальзывает в заднюю дверь с чемоданом в руках. Лицо испуганное и виноватое.