Посмертный портрет - Нора Робертс

Прошло несколько минут, пока на сканере не замигала лампочка. Ева поняла, что хозяин проверяет, кто стоит у его дверей. Наконец загорелся зеленый свет, и он открыл.

– Эй, белянка, зачем ты будишь меня после трудов праведных?

Перед ней стоял огромный негр, совершенно голый, если не считать татуировок и пурпурной набедренной повязки.

– Крэк, мне нужно поговорить с тобой. Мы можем войти?

Он захлопал глазами, но все же улыбнулся.

– Что-нибудь случилось в «Ди-энд-Ди»? По-моему, там все было, как обычно…

– Дело не в клубе.

«Даун-энд-Дерти»[12]– ночной клуб с музыкой, стриптизом и убойными дозами спиртного, приютившийся в недрах нижнего города, – был любимым детищем Крэка. Там состоялся ее девичник перед свадьбой.

– Дерьмо… В это время дня я смогу разговаривать с копом-худышкой только после бочонка кофе. Рорк, неужели тебе нечем занять жену по утрам? Никакого покоя старику Крэку…

Ева вошла в квартиру и ничуть не удивилась, увидев, что она обставлена с большим вкусом. Простор, чистота, африканские маски на стенах, яркие краски и роскошные ткани. Декоратор поработал здесь на славу. Широкие окна были задернуты длинными плотными шторами, говорившими о том, что хозяин предпочитает ночь. Проникавший сквозь них утренний свет окрашивался в алые и сапфировые тона.

– Догадываюсь, что ты тоже хочешь кофе… – начал Крэк, но Ева положила ладонь на его руку, не дав шагнуть в сторону кухни:

– Не сейчас. Давай сядем. Сядь, пожалуйста.

В его голосе впервые прозвучала нотка досады:

– Ты вытаскиваешь меня из постели еще до полудня, а я не могу выпить кофе?

– Плохие новости, Крэк. Давай присядем.

– Неужели какой-то сукин сын устроил погром в «Ди-энд-Ди»? Я же сам запер клуб два часа назад! Какого черта?..

– Я же сказала: речь не о клубе. Дело в твоей сестре. В Алисии.

– В Алисии? Брось. – Крэк насмешливо фыркнул и махнул ручищами, похожими на весла, но Ева заметила искорку страха в его глазах. – Эта девочка не может попасть в беду. Она сделана из чистого золота. Даллас, ты с кем-то спутала мою малышку. Не морочь голову старине Крэку.

«Другого способа нет, – думала Ева. – Другого способа нет».

– Мне очень жаль, но я должна сказать, что твоя сестра мертва. Ее убили сегодня. Рано утром.

– Чушь собачья! – крикнул Крэк и схватил ее за плечи с такой силой, что ей пришлось встать на цыпочки. Рорк шагнул вперед, но Ева покачала головой, и он застыл на месте. – Черт побери, это ложь! Она в медицинской школе. Ты же знаешь, она собирается стать врачом. Сейчас она на занятиях. Ты что, с ума сошла? Пришла сюда и рассказываешь сказки о моей девочке!..

– Я дорого дала бы за то, чтобы это оказалось ложью, – тихо сказала Ева. – Уилсон, мне очень жаль. – Она впервые назвала Крэка его настоящим именем. – Я оплакиваю твою потерю и очень жалею, что вынуждена сообщить тебе эту скорбную весть. Алисии больше нет.

– Я сейчас позвоню ей! Прямо сейчас. Вызову ее с занятий, и ты убедишься, что это ложь. Ты ошиблась. Ты ошиблась, понимаешь?

Ева не стала ему мешать. Она стояла и ждала, борясь с желанием потереть синяки на предплечьях, оставленные его пальцами. Крэк что-то рявкнул в телефон. Музыкальный женский голос весело ответил ему, что абонент недоступен, и предложил оставить сообщение.

– Просто она занята. Вот и все. – Его голос, всегда такой уверенный, дрогнул. – Сейчас мы поедем в университет, вызовем ее, и тогда ты увидишь…

– Я сама проверила ее личность, – сказала ему Ева. – Проверила, когда увидела твое имя. Одевайся, и я отвезу тебя к ней.

– Это не она! Не моя девочка!

Рорк шагнул вперед:

– Я помогу тебе. Спальня там? – Он взял Крэка за руку и повел его, как маленького.

Когда дверь спальни закрылась, Ева тяжело вздохнула. Потом вздохнула еще раз и позвонила в морг:

– Это Даллас. Я везу ближайшего родственника Алисии Дилберт. Подготовьте ее как можно тщательнее. Накройте простыней. Позаботьтесь, чтобы в смотровой в этот момент никого не было. Ни сотрудников морга, ни посетителей.

Ева дала отбой. «Все, что могу, – подумала она. – Но это такая мелочь…»

По дороге в морг Крэк молчал. Сел на заднее сиденье, сложил руки на груди и надел темные очки, скрывавшие всю верхнюю половину лица. Но Ева ощущала исходившие от него волны ледяного страха и пламенной надежды.

Крэк отворачивался от нее и в машине, и когда шел по прохладным белым коридорам морга. «Это моя вина, – думала Ева. – Именно я заставила его испытать этот ужас и отчаяние».

Они с Рорком провели Крэка в смотровую и встали по бокам.

– Если ты посмотришь на монитор… – начала Ева.

– Не буду я смотреть на ваш чертов монитор! Я не верю ничему, что показывают на экране!

– Ладно.

Ева ждала этого. Была готова к этому. Она подошла к темной стеклянной стене и нажала на кнопку.

– Лейтенант Ева Даллас сопровождает ближайшего родственника Алисии Дилберт Уилсона Бакли для опознания тела. Уберите заставку.

Черный цвет медленно сменился серым, а затем они увидели за стеклом узкий стол, на котором лежала девушка, укрытая простыней до подбородка.

– Нет! – Крэк поднял кулаки и дважды ударил в стекло. – Нет, нет, нет! – Потом он повернулся к Еве и бросился бы на нее, если бы Рорк не прижал его спиной к стеклу.

– Алисия бы не хотела этого, – тихо сказал он. – Это не поможет.

– Мне очень жаль, – повторила Ева. Ничего другого она сказать не могла.

Лицо Крэка исказилось от ярости, но он, по крайней мере, перестал размахивать кулаками.

– Пропусти меня туда. Пропусти меня к ней немедленно, или я прошибу это стекло к чертовой матери. Ты знаешь, что я могу это сделать.

Он действительно мог. А она могла парализовать его. Но Ева чувствовала, что скорбь уже приглушила гнев.

– Пропущу, – спокойно сказала она. – Но сама пойду с тобой. И камеры будут включены. Таков порядок.

– Плевать мне на тебя и на твой порядок!

Ева знаком велела Рорку отойти и снова сказала в микрофон:

– Я веду ближайшего родственника Алисии Дилберт. Пожалуйста, освободите помещение. – Она кивнула Крэку: – Пойдем со мной.

Они прошли в дверь, миновали короткий коридор и еще один пост.

Здесь были другие столы и другие жертвы, ждавшие опознания. Еще больше трупов лежало в холодильниках, расположенных в задней части помещения. Ева не могла скрыть их от взгляда Крэка. Она молча подошла к Алисии и положила ладонь на рукоятку парализатора – на случай, если Крэк потеряет контроль над собой.