Русский с «Титаника» - Владимир Лещенко

В доле, что ли, этот лакей, фыркнула девушка про себя. Или и в самом деле боится разгневать важных господ и место потерять?

Неожиданно раздался скрипучий звук, сопровождаемый слабым толчком. И все почувствовали вдруг, как пол под ногами мелко задрожал, и слегка зазвенела посуда на столиках. Где-то в недрах корабля раздался глухой, рокочущий звук, который, впрочем, несколькими секундами позднее стих.

И тут же раздалось несколько тяжелых ударов по палубе.

Опережая друг друга, элегантное общество выбежало наружу, и все остолбенели от увиденного. Мимо правого борта проплывала громадная ледяная скала. Она находилась настолько близко, что до нее, казалось, можно было дотронуться рукой. Обламывавшиеся куски льда падали в воду и на нижние палубы. Через секунды айсберг скрылся в темноте.

– Я, конечно, заказывал лед для коктейля, но не в таком количестве! – раздался голос кого-то из картежников.

В ответ раздался дружный смех.

Леди и джентльмены еще с минуту стояли на палубе и гадали, что же, собственно, произошло? Но вдруг корабль вновь медленно двинулся по водной глади – величественный и надежный. И они поспешили назад, с ветреного холода, в уют роскошного салона, к сигарам, бренди и покеру. Впрочем, не все – несколько человек, отпуская шуточки, перегнувшись через балюстраду ограждения, смотрели вниз, где на прогулочной палубе третьего класса высыпавшие гурьбой молодые парни с веселым гоготом гоняли ледяные обломки, как будто играли в футбол…

* * *

Все продлилось десяток-другой секунд…

Не было сильного удара, не слетели с верхних полок тесных кают третьего класса спящие пассажиры, никто не упал с великолепной лестницы в главном салоне, даже стоящие на роскошных столах в первом классе напитки не расплескались.

Всего лишь слабый шум и скрежет металла.

Пока что ничего не случилось. Но с точки зрения всемогущего Рока все, кому суждено было умереть в эту ночь на этом корабле, были уже мертвы…

* * *

Сквозь тяжелый пугающий сон капитан Смит услышал тревожный лай своего любимца, и еще успел удивиться – он же не взял его в этот рейс! И лишь затем ощутил легкий толчок и открыл глаза.

И услышал удары судового колокола. А затем почувствовал, что «Титаник» начал поворот. Он вскочил с кровати, на которой лежал одетый, всунул ноги в домашние туфли и бросился к двери. Смит вывалился из каюты и через минуту был в рубке.

– Мистер Мэрдок, что это было? – спросил он, тяжело дыша (годы, черт бы их побрал!).

– Айсберг, сэр! – нервно пожал плечами первый помощник. – Я отдал команду «Право руля» и «Полный назад». Мы пытались отвернуть, но было слишком поздно. Большего я сделать не мог…

– Закройте водонепроницаемые двери, – приказал капитан.

– Уже сделано, сэр, – отрапортовал Мэрдок.

Смит, больше ни слова не говоря, выскочил на мостик, Мэрдок и Боксхолл поспешили за ним. Они всматривались в водную поверхность, пытаясь разглядеть проклятый айсберг.

Затем Смит вернулся в рубку и поднял телефонную трубку.

– Машинное? Средний ход! – и передвинул рукоять телеграфа.

«Что он делает?! Не выяснив повреждения!!» – промелькнуло у Боксхолла.

Но давняя привычка к повиновению не дала даже слова сказать.

Судно несколько минут еще двигалось вперед, а затем остановилось.

– Да, мистер Боксхолл, – распорядился Смит, – давайте на бак, проверьте, что там произошло и какова обстановка…

Он вдруг зло нахмурился. Казалось, он сейчас добавит что-нибудь вроде «разрази меня гром!», или «брашпиль вам в рот!», или даже более крепкие «морские термины», но капитан как-то странно запнулся и промолчал…

Боксхолл поспешил в носовой трюм. По пути ему попадались сонные матросы и кочегары, разбуженные толчком и вышедшие из своих кубриков, но нигде не происходило ничего особенного. Но вот в твиндеке Боксхолл встретил спешащего ему навстречу судового плотника.

– Хатчинсон, установите, насколько велики повреждения, и доложите как можно скорее! – приказал он.

– Я и так вам скажу, что в носовых отсеках вода, – взволнованно бросил плотник в ответ. – Где капитан? Ему нужно немедля сообщить…

– Мистер Смит уже на мостике, – ответил Боксхолл.

Судовой плотник, не говоря ни слова, помчался на мостик. Боксхолл, проводив его глазами, хмыкнул и двинулся дальше в трюм. И на идущем вниз трапе он чуть не столкнулся с корабельным почтмейстером Вильямсом.

– Где капитан? Почтовый отсек полон воды! – чуть не вопил мистер Вильямс. – Если корреспонденция пропадет, будет скандал! Имейте в виду, «Титаник» – судно Королевской почты! Это черт знает что! Мои люди замучились вытаскивать мешки и посылки, и если вы не пришлете матросов, компании придется платить огромную неустойку. Вы должны это увидеть, а я сейчас лично доложу мистеру Смиту!

– Мне и в самом деле нужно самому удостовериться, – сам себе сказал Боксхолл, ощущая, что идти туда ему отчего-то очень не хочется.

Так его родственник, вспомнил он вдруг, сельский врач из Суссекса, обнаружив у себя несомненные признаки рака пищевода, боялся обратиться к коллегам, чтобы подольше не знать рокового диагноза…

Он подошел к люку, ведущему во вместительный отсек почтовой каморы. Крышка была открыта, а рядом с ней лежали два мешка с письмами, с которых стекали струйки влаги – видимо, их вытащили служители.

Боксхолл снял с крючка масляный фонарь и чиркнул спичкой. Зажег «летучую мышь» и посветил в люк. В тусклый луч света попала пузырящаяся вода, в которой, кувыркаясь, плавали пакеты и тюки. Веяло сырым промозглым холодом, наводившим мысли о склепах и промерзших подземельях. А еще из мрака он услышал звук рвущегося внутрь корабля, их корабля, моря.

И не тихое журчание обычной течи, а гул, напоминающий шум водопада. Между прибывающей водой и потолком отсека оставалось всего каких-то пара футов…

«Однако мы крепенько долбанулись!» – с каким-то отстраненным спокойствием произнес он про себя и захлопнул люк.

* * *

Юрий открыл дверь, ведущую на шлюпочную палубу, и в тот же миг содрогнулся от порыва ледяного ветра. Он перешел на правый борт и осмотрелся. Вокруг простиралась темная гладь воды – ни следа промелькнувшего айсберга. Он спустился в курительный салон, где застал многочисленное общество, живо обсуждавшее происшествие.

– Я видел, как эта штука проходит мимо. Потрясающе!

– Я не большой умелец определять размеры на глаз, но я бы сказал, что его высота была где-то футов в восемьдесят.

– Восемьдесят? – возразил какой-то шотландец. – Не меньше сотни…

– Как думаете, корабль не сильно поврежден? – спросила какая-то леди.

– С чего бы? Сам Господь не смог бы потопить этот корабль! – успокоил ее пожилой господин в темно-синем сюртуке.