Совы охотятся ночью - Энтони Горовиц

— Вот почему мы хотим немедленно повидаться с мистером Пендлтоном. Нам нужно поговорить с ним. Затем мистер Пюнд хочет осмотреться, пройтись по дому. И насколько понимаю, побеседует с вами.

— Я буду в кухне с мамой.

— Как поживает ваша мать, Эрик?

— Да все по-старому, сэр. Она приняла случившееся очень близко к сердцу. — Чандлер покачал головой. — Не знаю, что теперь с нами будет. Даже подумать страшно.

Он проводил их наверх до коридора, тянувшегося от одной стены дома до другой, с аркой в дальнем конце. Бархатная портьера была отдернута, открывая еще один коридор. Эрик указал на дверной проем за лестницей.

— Вот комната мисс Джеймс, — сказал он. — Помещения для слуг находятся по ту сторону арки. К мистеру Пендлтону сюда…

Слуга свернул налево и подвел их к двери, находящейся примерно посередине коридора. Он постучал: сначала тихо, потом еще раз, уже громче.

— Войдите. — Голос, донесшийся из-за двери, был едва слышным.

Эрик отошел в сторону, и Пюнд, сопровождаемый старшим инспектором Кролом и мисс Кейн, вошел в темную комнату. Часы показывали уже половину одиннадцатого утра, но шторы оставались задернуты, не оставляя шансов даже тусклому свету этого пасмурного дня проникнуть внутрь. Фрэнсис Пендлтон являл собой живую картину тяжелобольного: он лежал на кровати, приподнятый на подушках, в халате и пижамных штанах, с бледным и изможденным лицом и беспомощно упавшими вдоль туловища руками. Когда гости вошли, Пюнд заметил в его глазах пустоту: результат одновременно горя и действия наркотического препарата, призванного смягчить оное. Безусловно, горе и раскаяние — двоюродные братья. Весьма возможно, что хозяин дома находился бы в точно таком же состоянии, если бы и в самом деле убил жену.

— Мистер Пендлтон… — начал Пюнд.

— Простите. Мы, кажется, незнакомы.

— Это мистер Аттикус Пюнд, мой коллега, — пояснил Крол, усаживаясь рядом с кроватью. — Сэр, если ваше самочувствие позволяет, ему хотелось бы задать вам несколько вопросов.

— Я очень устал.

— Разумеется, сэр. Вам через многое пришлось пройти. Мы постараемся не отнять у вас много времени.

Мэделин Кейн пристроилась в кресле в углу комнаты, стараясь не держаться на виду. Стоять остался только Пюнд.

— Как я понимаю, это оказалось для вас страшным ударом, мистер Пендлтон, — сказал он.

— Я любил Мелиссу. Вы не представляете. Она была для меня всем. — Речь его звучала почти несвязно. Обращался Пендлтон не к Пюнду. Возможно, он вообще не осознавал, что вместе с ним в комнате кто-то есть. — Я познакомился с ней на съемках фильма. Был ее помощником. Затеял все чисто ради смеха. Кино меня не интересовало, и фильм я считал дурацким: похищение девушки, банды, заговоры. Я знал, что получится чепуха. Но когда в комнату вошла Мелисса, все переменилось. Словно бы свет включили. Я понял, что хочу жениться на ней. И ни на ком больше.

— Как долго вы были женаты, мистер Пендлтон?

— Четыре года. Я очень устал. Простите. Можем мы поговорить потом?

— Прошу вас, мистер Пендлтон. — Пюнд подошел на шаг ближе. — Я обязан расспросить вас про день, когда случилась трагедия.

Крол подумал, что это бесполезно: бедняга слишком одурманен наркотиком и ничего не вспомнит. Но вопрос словно бы оживил Фрэнсиса. Он сел на кровати и воззрился на сыщика испуганными глазами.

— День, когда это случилось? Мне никогда его не забыть…

— Ваша супруга вернулась домой из «Мунфлауэра»?

— Отель становился убыточным. Это все проклятые управляющие виноваты. Я предупреждал жену на их счет, но она не слушала. Такое за Мелиссой водилось: она была склонна думать о людях лучше, чем они есть на самом деле.

— Но вы полагаете, что там что-то пошло наперекосяк. — Крол тщательно подбирал слова. Он помнил сказанное Саймоном Коксом.

— Наперекосяк. Да…

— В тот вечер ваша супруга ездила туда специально, чтобы побеседовать с мистером и миссис Гарднер? — задал вопрос Пюнд.

— Верно. Мелисса собиралась продать отель. Она не хотела, но выбора не было. Не было, если мы хотели сохранить этот дом. Но прежде чем продать, ей хотелось разобраться, куда деваются деньги…

— Мисс Джеймс считала, что управляющие обкрадывают ее?

— Я так считал. А она доверяла моему мнению.

— Вы встретились с женой, когда она вернулась домой?

— Я ее ждал. Собирался поехать в Барнстепл. У нас были билеты в оперу… «Свадьба Фигаро». Но у Мелиссы разболелась голова, и она отказалась ехать. Так она сказала, но мне кажется, ей просто хотелось остаться одной. На нее давили все эти проблемы. Мне хотелось помочь ей. Я пытался.

— Значит, вы поехали в оперу без нее?

— Да. В тот вечер давали «Свадьбу Фигаро». Я вам это говорил?

— Прежде чем уйти, как долго вы разговаривали с женой? Минут десять?

— Наверное, немного дольше.

— Вы спорили?

— Нет! С Мелиссой нельзя спорить! — Пендлтон слабо улыбнулся. — Можно только исполнять ее желания. Я всегда делал то, что она хочет. Так было проще. — Он зевнул. — Разговор шел про Гарднеров. Она сказала, что видела Нэнси. И того продюсера. Как там его звали? Кокс! Неприятный сюрприз получился. Он приехал за ней сюда и подкараулил в отеле.

Пендлтон откинулся назад, опустив голову на подушки. Было очевидно, что он вот-вот уснет.

Но Пюнд еще не закончил.

— Возможно ли, что мисс Джеймс встретилась с кем-то по пути из отеля домой? — спросил он.

— Не знаю. Она мне ничего не говорила…

— Вы были счастливы вместе?

— Я никогда не был таким счастливым, как со дня встречи с Мелиссой. Ну как вам объяснить? Она была богата. Знаменита. Она была прекрасна. Но это еще не все. Она была неповторимой. Я не смогу жить без нее. Не смогу…

Снотворное наконец подействовало. Фрэнсис Пендлтон смежил веки. И секунду спустя погрузился в глубокий сон.

Трое гостей тихонько вышли из комнаты.

— Боюсь, беседа мало чем вам помогла, — вздохнул Крол.

— Вы уже допрашивали его, старший инспектор. И если вы любезно предоставите мне доступ к вашим записям…

— Я передам вам копии протоколов, мистер Пюнд.

— Убежден, в них содержится все, что мне нужно знать. Но я вам сразу скажу, что молодой человек не лгал, говоря о своей любви к Мелиссе Джеймс. Принятый им наркотик мог привести в смятение его ум, но не сердце. — Аттикус осмотрелся вокруг. — Мы еще поговорим с ним, но пока, мне кажется, полезно будет посетить спальню, в которой произошло убийство.

— Она расположена неподалеку.

Они прошли немного по коридору. Пюнд проследовал дальше, до арки, и быстро оглядел коридор с четырьмя фотографиями на стенах и окном в торце. Потом вернулся к указанной Эриком двери. Через нее они попали в просторную светлую комнату, расположенную в фасаде дома, с тремя окнами, выходящими на лужайку и раскинувшееся за ней море. Еще одна дверь вела на балкон, на который сыщик обратил внимание, едва приехав сюда: Пюнду не составило труда представить, какой с него открывается вид в летние месяцы, когда светит солнце и сверкает вода. В таком месте приятно просыпаться по утрам.