Холодный, как камень - Дэвид Бальдаччи

Стоун хотел вновь что-то возразить, однако Леся остановила его рукой и встала.

— Если не возражаете, я сама за себя заступлюсь. Честно говоря, даже удивительно, что этот вопрос подняли только сейчас.

Она взяла в руки тросточку, на которую опиралась при ходьбе, перевернула ее, сняла резиновый наконечник и затем вывернула еще одну пробку. Из стальной трубки выпали два скрученных листка бумаги.

— Вот приказы, которые нам прислали из ЦРУ. Так как речь шла о деле колоссального масштаба, мы настояли, чтобы это было сделало в письменной форме.

Документы предназначались для Леси и Рейфилда и были напечатаны на официальном бланке с эмблемой ЦРУ. Первый приказывал совершить покушение на Юрия Андропова; второй — на его преемника, Константина Черненко. В обоих случаях под распоряжениями стояла подпись Роджера Симпсона.

Собравшиеся были ошеломлены.

— Похоже, вы не доверяете Симпсону, — улыбнулся Стоун.

— Мы с сыном верим только друг другу, — ответила Леся.

— А ведь подписи настоящие, — сказал Стоун. — Я с ними отлично знаком.

— Странно, приказы не завизированы президентом… — задумчиво произнес Алекс. — То есть вы пытаетесь убедить нас, что два высших руководителя Советского Союза были ликвидированы простым распоряжением какого-то… э-э… бюрократа?

— Неужели вы всерьез верите, что президент Соединенных Штатов решится поставить свою подпись на таких документах? — парировала Леся. — Мы работали по обычному каналу. Если от вышестоящего поступает тот или иной приказ, мы вынуждены считать, что он одобрен на самом верху.

— Она права, — кивнул Стоун. — В «Трех шестерках» действовал тот же принцип.

Он посмотрел один из листков на просвет, затем обернулся к Лесе.

— Тут возле водяного знака какой-то код…

Она кивнула:

— Спецбланк. Они используются только руководителями минимум на один уровень выше Симпсона.

— Картер Грей?

— Да. Мы и раньше знали, что приказы идут через Грея. И, судя по нашему опыту, это означает, что исходят от самого верха.

— Однако Грей мог использовать вас втемную. Что, если президент вообще не визировал эти покушения? — заметил Стоун.

Леся дернула плечом.

— Да, не исключено. Вы уж извините, у меня не было возможности забежать в Белый дом и лично проверить у президента, вправду ли он хочет, чтобы я убрала двух советских генсеков.

— Отчего же вы еще в ту пору не пришли с этим письмом к властям? — спросил Алекс.

— Так ведь не было причин! По крайней мере вплоть до гибели Рейфилда… Впрочем, о том, что его убили свои же американцы, я узнала лишь много позже. Когда Гарри был еще ребенком, на меня тоже организовали покушение. И я поняла, что нас предали. Пришлось пуститься в бега. Я потратила десятилетия на поиски правды и тех людей, которые несли ответственность за совершенное. Но пусть даже у меня нашлись бы доказательства, как могла бы я ими воспользоваться? Ведь я считалась русской шпионкой. Только Рейфилд, Симпсон и Картер Грей знали, что на самом деле я двойной агент. Ну пришла бы я с улицы с такими уликами — и что? Никто бы мне не поверил. Просто взяли бы да прикончили на месте. — Она помолчала, разглядывая ошеломленных людей. — Вы что, всерьез верите, будто ваши люди не пошли бы на такой шаг? — Она обернулась к Стоуну. — А вы вот его спросите.

— Леся, я вам верю, — сказал Стоун. — Потому что знаю, что все случилось бы именно так.

— Мы с Рейфилдом женились еще в Советском Союзе. Я в тот момент уже ждала Гарри. Сказать о нашем браке мы никому не могли — ни русским, ни американцам. И вынуждены были начать вторую жизнь, под новыми именами… пока наконец не осели в Америке. Рейфилд старался быть рядом, однако потом, когда Гарри был еще маленьким, ему пришлось оборвать с нами все связи: кто-то начал охоту. Рейфилд работал на свою родину, на американцев. А они взяли и убили его.

— Разве не проводили расследования? — поинтересовался Алекс.

— Какое мне дело до расследований, которые ни к чему не ведут? И какое мне дело до правды, если она погребена? Я просто хотела отомстить! — Леся взяла Финна за руку. — Мы оба хотели.

— А если пойти с этими уликами к властям? — предложил Алекс.

— Да, в самом деле, — поддержала Аннабель.

Стоун покачал головой:

— У нас нет стопроцентной гарантии, что руководство ЦРУ и тогдашний президент не подписывали этих приказов. Если все же подписали, то другие люди, которые до сих пор работают в правительстве, могут об этом знать.

— То есть нам надо пригласить их на танец… — медленно произнес Алекс.

— И больше нас никто не увидит, — хмуро прокомментировала Леся. — Посмотрите, что сталось с моим несчастным мужем.

— Если правда выйдет на свет, то не исключена и Третья мировая, — сказал Стоун. — С учетом состояния, в котором сейчас находится Россия, и подпорченного имиджа США в глазах всего света… Вряд ли русские снисходительно воспримут новость, что мы убили двух их руководителей, пусть даже это и привело к распаду Советского Союза.

— Что ты предлагаешь? — спросил Алекс.

— Надо добраться до Картера Грея, — ответил Оливер. — И сдается мне, я знаю один способ.

Стоун едва приступил к изложению плана, как проснулся мобильник Финна. Гарри выслушал, нажал кнопку отбоя и посмотрел на остальных. Лицо его побледнело.

— Это Мэнди. Дэвид не вернулся из магазина.

Леся негромко сказала:

— Его забрал Картер Грей. Для приманки.

Финн встал.

— Значит, всему конец. Пойду обмениваться на сына.

— С единственным возможным результатом: умрете вы оба, — возразил Стоун. — Грей никогда не оставляет свидетелей.

— Я обязан спасти сына! — отрезал Финн.

— Мы вернем его, Гарри, обещаю, — сказал Стоун.

— Каким образом?! — воскликнула Леся. — Мальчик уже у него в руках. Вы сами только что заявили: свидетелей он не оставляет!

— Придется, значит, на кого-то менять.

— И на кого же? — прищурился Рубен.

— Человека, потерю которого Картер Грей ни за что не допустит.

Леся подхватила мгновенно:

— Роджер Симпсон!

Финн тут же развернулся к Стоуну.

— И я знаю, как добраться до этой падали.