Полное затмение - Лиз Ригби

— Мне ли не знать? — гордо заявила Ким. — Я корреспондент Эй-би-си по затмению.

Смотритель не ответил.

— Люди племени пуэбло считали, что уход воды связан с затмением? — спросил Ломакс.

— На самом деле эти явления просто совпали, — согласился смотритель, — но люди пуэбло решили, что между ними существует причинно-следственная связь. Им, жившим так близко к природе, трудно было понять, что это драматическое небесное явление никак не связано с их жизнью. В конце концов они стали считать его дурным знаком. Скорее всего даже вокруг затмения, которое состоится этой осенью, будет достаточно спекуляций и в так называемом просвещенном американском обществе.

Они приблизились к эротическим рисункам. Схематически изображенные мужчины проникали в таких же схематических женщин пенисами громадных размеров в разных позах, иногда весьма необычных.

— Смотри-ка, некоторые вещи не меняются. Она делает ему минет, — показала на рисунок Ким.

Женщина, будто рыба, свернулась у ног мужчины, взяв в рот его пенис. Над ними сиял полумесяц. Мужчина стоял прямо. Он выбросил руки вверх, и это движение экстаза заставило Ломакса вспомнить Джулию. Он всмотрелся в рисунок. Казалось невозможным, что такая примитивная живопись может действовать возбуждающе, но Ломакс внезапно ощутил, как натянулась ткань джинсов. Расталкивая туристов, он двинулся вперед.

— Женщины народа пуэбло. Что за жизнь! Принеси, унеси, пососи, — заметила Ким.

Смотритель снова заговорил:

— Наверное, некоторые из вас заметили, что на последних рисунках солнце вырастает в размерах. И нигде нет признаков воды. Одна из печальных интерпретаций этих рисунков такова — старый художник вернулся сюда, чтобы умереть, когда другие отправились на поиски воды. На предпоследнем рисунке изображено нечто похожее на массовый исход. В последнем художник предчувствует близкую смерть.

Одинокая фигура присела у входа в пещеру, изображенную так по-детски, что она казалась пастью другой огромной рыбы, которая собирается поглотить человека целиком. Солнце, теперь огромное, парило над ним точно небывалых размеров стервятник.

После обеда Ким и Ломакс отправились на озеро. Вблизи оно показалось им гораздо шире. Плеск весел успокаивал. Ширина озера и количество воды вокруг утешали.

— Ты действительно считаешь, что он нарисовал картину, а потом просто сидел в пещере, ожидая смерти? — спросила Ким. — Здорово, в этом есть что-то благородное!

— Вряд ли, — ответил Ломакс.

Его расстроил вид молодых людей, сдающих лодки. Он живо вообразил, как они расхаживали с важным видом и поигрывали мускулами, похотливо поглядывая на Джулию и запугивая Льюиса.

— А почему нет?

— Просто потому, что наивность рисунков вовсе не означает, что их рисовал честный человек. Парень, который изобразил все это, был серийным убийцей. Индейцы племени пуэбло никуда не ушли и не умерли, он просто всех их убил. А рисунки на стенах — его оправдание. Он сочинил историю о нехватке воды и — чувствуешь мастерство? — предположил, что ее уход свяжут с небесным явлением. Он знал, что те, кто будет расследовать исчезновение племени пуэбло, отнесутся к ним слегка пренебрежительно и решат, что люди племени были способны на подобную глупость. Посмеиваясь, художник изобразил свою благородную смерть, а затем отправился в пустыню, чтобы найти и убить остальных.

Ким лежала на спине, опустив руку в воду. Иногда пальцы показывались над водой. Она выглядела весьма изящно. Теперь Ким приподнялась на локте — лодка зашаталась.

— Да, Ломакс, расследование сделало твой ум изощренным, — восхищенно заметила она.

— А что касается эротических рисунков, — добавил Ломакс, — все это чистый вымысел. Женщины племени пуэбло даже не смотрели на парней.

— Разве они не показались тебе возбуждающими? — спросила Ким.

— Нет, — соврал Ломакс.

Ким опять легла на спину и захихикала. Затем снова наступило молчание, слышалось только, как вода плещется о нос лодки.

— Тебе понравился отпуск, Ломакс? — сонно спросила Ким.

— Еще бы.

— Ты обнаружил что-нибудь интересное? Для расследования?

Ломакс начал грести медленнее.

— Интересное, возможно, — наконец ответил он, — однако я не уверен, что все это пригодится.