День зимнего солнцестояния - Унаи Гойкоэчеа

– Ты права, Мирен. И так будет продолжаться, пока ты носишь форму муниципальной полиции. Но в такие дни, как сегодня… Если, конечно, это не будет создавать для тебя моральных противоречий или проблем на работе, мне бы хотелось знать, что я могу рассчитывать на тебя не только в качестве регулировщика, – подмигнул ей Андер.

– Очень смешно, – рассмеялась она.

– В этом году в Эрцайнце снова открывается много вакансий. Я хочу, чтобы ты подала заявку, Мирен.

– Я уже пыталась сдать экзамены. – Девушка покачала головой. – Мне не повезло, завернули на психотесте. Видимо, они ищут другой тип агента, – горько подытожила она.

– Давай без отговорок. Не прячься за ними. Хорошо подготовься, и результат придет. Сдай экзамен, и у тебя будет место в Четвертой группе, – сказал Андер, паркуясь.

– Поняла, шеф. – Девушка выделила последнее слово.

Поднявшись на лифте из подземного паркинга, они пересекли просторный зал Отдела уголовных расследований, где находилось большинство рабочих мест агентов и инспекторов. Когда они вошли в переговорную Четвертой группы, их уже ждали Альдай и Гардеасабаль.

– Добрый день, ребята, – поприветствовал их Андер. – Сегодня я не один, со мной Мирен Сарандона из Муниципальной полиции Бильбао. Гарде, Альдай, вы уже с ней знакомы.

– Конечно. Это же она передала нам видео, благодаря которому мы смогли идентифицировать фургон Лукаса Хауреги? – вспомнил Гардеасабаль.

– Именно, – подтвердил Андер.

– Приятно познакомиться, Мирен, – протянул руку Педро.

– Спасибо, Гардеасабаль.

Девушка крепко пожала ее.

– Добро пожаловать. Я Микель Альдай, – сказал молодой агент, не отрываясь от экрана.

– Спасибо, Альдай. – Она помахала ему рукой в ответ.

Андер указал на стул рядом со столом, и Мирен устроилась на нем.

– Ну что ж, теперь, когда все представились, давайте переходить к делу, – сказал Андер. – Альдай, что тебе сказали в BBVA?

– Подтвердили, что существует сейф на имя Карлоса Бонапарте в центральном отделении на Гран Виа. Но они отказались подтвердить его номер и дали четко понять, что открыть его получится только с разрешения владельца (что невозможно), наследников (в этом случае нужно будет дождаться оформления наследства или завещания) или по судебному ордеру.

– Значит, нужно связаться с судьей Долорес Риос.

Андер достал телефон.

– Я уже звонил ей, шеф. – Альдай улыбнулся, показывая безупречно ровный строй зубов. – Она отправит нам ордер в течение дня.

– Ты лучший, – похвалил инспектор.

Агент улыбнулся и покачал головой.

– Тем не менее мы не сможем сходить туда сегодня. Отделение уже закрыто.

– Ничего, – ответил инспектор, – завтра с утра съездим с тобой туда, Гарде.

– Договорились.

Он сделал пометку в блокноте.

Андер пролистал свежие отчеты, лежащие на столе. Большинство из них были от криминалистической службы, остальные – от различных подразделений, участвовавших в операции по поиску Лукаса Хауреги. Криминалисты обнаружили в доме отпечатки пальцев убийцы и всех его жертв, за исключением Игнасио Гальего, которого тот, вероятно, не возил в свое логово. Докладам по анализам ДНК и тканей, собранных в доме в Каррансе, придется дождаться своего часа.

– Эти результаты подтверждают правильность нашей линии расследования. Лукас Хауреги похищал своих жертв, убивал их так, чтобы способ соответствовал выбранному из «Истории» Геродота преступлению, а затем переносил тела на место для инсценировки. – Андер указал Мирен на стенд, где были собраны ключевые данные по каждому убийству.

Девушка внимательно его изучила, пытаясь запомнить как можно больше информации.

– Нам осталось только поймать его до того, как он снова убьет. Кто знает, где он сейчас?

– Далеко, очень далеко, Гарде. Наверное, в тысячах километров отсюда.

– Ты думаешь? – спросил тот, удивленный уверенностью в голосе начальника.

– Я уверен. Если мы не ошибаемся, Лукасу осталось совершить два убийства. Но у меня есть предчувствие, что это будет не в Стране Басков, – ответил Андер.

– Надеюсь, вы правы, – сказал Альдай. – Где, по-вашему мнению, это случится?

– В Швеции.

– В Швеции? – Мирен повернулась к Андеру.

– Да. Там живут его мать и брат, – объяснил Микель.

– Это всего лишь предположение. – Андер не стал развивать эту тему. – Нам нужно найти следы, которые Лукас мог после себя оставить. Торрес налаживает коммуникацию с Интерполом и держит нас в курсе всех новостей. В свою очередь, мы должны выяснить, что спрятано в банковской ячейке, существование которой Карлос Бонапарте скрыл даже от жены.

– Завтра все узнаем.

– Верно. Завтра в восемь, Гарде. Заедем в отделение банка до того, как они откроются для клиентов, – сказал Андер. – Мирен, оставайся столько, сколько нужно. Изучи дело и можешь идти, когда захочешь.

– Ты уходишь? – спросила она.

– Да. Постараюсь встретиться с Икером Артеагой. Это наш консультант по историческим вопросам, – уточнил он, заметив недоумение на лице агента. – Увидимся.

Найти профессора не составило труда: он сидел в баре «Истории вчерашнего дня», проверяя экзаменационные работы за первый семестр. Андер поднялся в мансарду и показал Икеру фотографии Карлоса Бонапарте из Каррансы и снимок сообщения, вытатуированного на его макушке.

– Невероятно, – сказал ученый, рассматривая слова, набитые на темени Бонапарта. – Этот способ передачи сообщения мне хорошо знаком. Вижу, что у тебя с собой экземпляр «Истории», который я вам подарил. Дай мне его, пожалуйста.

– Вот, держи.

Икер пролистал книгу до нужной страницы.

– Терпсихора, пятый том, параграф тридцать пять. Описывается хитрость, затеянная Гистиеем, лидером милетцев. Дарий удерживал его в Сузах, чтобы предотвратить возможные восстания ионийцев. Этот Гистией должен быть тебе знаком, потому что его смерть была инсценирована в парке Монтефуэрте, – заметил Икер.

Андер кивнул, вспоминая эпизод, в котором описывалась участь Рамона Эганьи.

– Так вот, Гистией, поняв, что у него нет надежного способа передать информацию своим людям в Милет, сам выбрил голову одному из слуг, чтобы оставить на ней послание. Потом дождался, пока волосы отрастут, и отправил юношу в родной город с указанием, чтобы получатель срезал ему волосы кинжалом и прочитал текст.

– Все равно поражает терпение, с которым Лукас Хауреги осуществил этот план. Ему пришлось держать Карлоса в плену целых шесть месяцев, чтобы мы обнаружили сообщение в нужный момент.

– Это действительно требует редкого терпения и планирования.

– Лукас продумывал месть много месяцев. Каждый шаг тщательно выверен. До сих пор его постановка была безупречна. Что скажешь о последнем убийстве? Карлоса Бонапарте пронзили стрелой.

– Это пример – и таких у Геродота много, – который показывает жестокость персидского монарха Камбиса. Смотри, вот здесь. – Икер перелистнул книгу на несколько страниц назад. – В данном конкретном случае жертвой безумия Камбиса стал его самый верный слуга, Прексаспес. Монарх спросил Прексаспеса, какое мнение о нем сложилось