Прогулки на костях - Рэндалл Силвис

– Нет, мы просто пытаемся собрать полную картину, – сказала Джейми в телефон. – Я дам вам знать. Еще раз спасибо, Розмари.

Она нажала на отбой, повернулась со своего места на краю кровати и снова легла ничком рядом с Демарко.

– Тодд Берл, – сказала она ему. – Люди за глаза называют его Тодд-Бегемот.

– Оно и понятно, – заметил Демарко.

– А теперь самое интересное. Угадай, на кого он работал в конце восьмидесятых – начале девяностых.

– Видимо, на нашего старого доброго преподобного.

– Ты знаешь, что у Ройса в этом районе много недвижимости? Ну, мистер Бегемот был его штатным рабочим. Делал ремонт, мыл, косил траву, все, что просили.

Демарко сел прямо. За окном квакала земляная квакша. Теперь в комнате было темно, единственным источником света служили редкие фары проезжающих машин и мягкий, приглушенный полумесяц.

– Значит, он работал до Макгинти? И, по словам Эмери, каким-то образом еще и сотрудничал с Макгинти. Что-то насчет наркотиков.

– Интересно, Берла вообще допрашивали?

– Нужно это выяснить. И если нет – узнать, почему. Чем он сейчас занимается?

– Помнишь, как мы проезжали вдоль реки, когда впервые приехали в город – тот особняк на утесе? Он там главный рабочий.

– Нам нужно это записать, – сказал ей Демарко. – Составить что-то вроде карты. А то я уже запутался.

– Ты просто устал, вот и все. Давай немного поспим и утром начнем на свежую голову.

Они тихо лежали, держась за руки, Джейми на боку рядом с ним, а Демарко на спине. Воздух за стеной пах чистотой и сладостью, благоухая цветами под окном и благодарностью Демарко за то, что его простили и дали еще один шанс. Он улыбался, вспоминая свой сон, и мечтал, что Райан снова ему приснится. Других снов он и вовсе не хотел. Испытание в лесу и клетке уже казалось ему сном, хотя отвратительно острая боль и осталась. Он мог представить придуманный им образ семи скелетов девушек, их семь жалобных лиц, с плотью и кровью, то, как их руки тянулись к нему, брали его за руки, шли вместе с ним через самые трудные участки пути. Он понял, что его разум, как и сама жизнь, полон одновременно и ужасной тьмой, и каким-то галлюциногенным светом. И оба они полезны, если их использовать эффективно и с нужной дозировкой.

Он смотрел на лицо Джейми в этом скудном свете и слушал ее дыхание, вдыхал аромат цветов, слышал приглушенную ночную песню – кваканье лягушек, трель соловья и скорбный плач голубей.