Растерзанное сердце - Питер Робинсон

При ближайшем рассмотрении Хейс выглядел старше, чем показалось Чедвику поначалу: вокруг глаз у него залегли морщины, на щеках вздулись желваки. Может, это сказывалось напряжение нынешнего уик-энда? Чедвик решил, что Хейсу под сорок, но по прическе и одежде он мог бы сойти за человека лет на десять моложе. На лице у него красовалась трех- или четырехдневная щетина, ногти обгрызены до мяса, а указательный и средний пальцы на левой руке пожелтели от никотина.

— Мистер Хейс, — начал Чедвик. — Возможно, вы сумеете мне помочь. Мне нужна некоторая базовая информация. Сколько человек пришло на фестиваль?

— Около двадцати пяти тысяч.

— Порядочно.

— Не так уж много. В прошлый уик-энд на острове Уайт собралось сто пятьдесят тысяч. Между прочим, там выступали Дилан и «Ху». Притом среди площадок была конкуренция. В субботу в Гайд-парке играли «Кросби, Стилл энд Нэш» и «Джефферсон Эйрплейн».

— А у вас?

— Главные приманки? «Пинк Флойд», «Лед Зеппелин».

Чедвик, никогда не слышавший ни о тех ни о других, старательно записал названия, предварительно справившись у Хейса, как они пишутся.

— А кто еще?

— Пара местных групп. «Жан Дюк де Грей», «Мэд Хэттерс».[7]«Хэттерс» в последние месяцы особенно сильно подросли. Их новый диск уже в чартах.

— Что значит «местные»? — уточнил Чедвик, фиксируя названия.

— Из Лидса. Ну, и из окрестностей.

— Сколько всего было групп?

— Тридцать. Если хотите, могу вам дать полный список.

— Был бы вам очень признателен. — Чедвик толком не знал, чем эта информация может оказаться ему полезной, но нельзя было отказываться даже от самых мелких деталей. — Такие концерты организовывать, должно быть, нелегко.

— И не говорите. Мало того что надо сильно загодя бронировать места для групп, договориться об аренде, парковке, о временном жилье, туалетах, так нужно еще обеспечить электрогенераторы, транспорт и много всякой звуковой аппаратуры. А ведь есть еще охрана.

— Кого вы нанимали для охраны?

— У меня свои люди.

— Вы занимались такими вещами раньше?

— В меньшем масштабе. Такая у меня работа — устраивать концерты.

Чедвик нацарапал что-то у себя в блокноте, заслонившись от Хейса согнутой ладонью. Не то чтобы это что-нибудь означало, он просто хотел, чтобы Хейс подумал: это что-то означает. Хейс закурил. Чедвик открыл окно.

— Фестиваль продолжался три дня, верно?

— Да. Мы начали в пятницу, ранним вечером, а закруглились сегодня, еще до света.

— В котором часу?

— Последними играли «Лед Зеппелин». Они вышли около часа ночи, а закончили, скорее всего, часа в три. Предполагалось, что мы свернемся раньше, но были неизбежные накладки: плохо работала техника, ну и прочее в том же роде.

— Что случилось в три?

— Люди начали растекаться по домам.

— Прямо среди ночи?

— Их тут больше ничего не удерживало. Те, кто успел поставить палатку, видимо, отправились в лагерь прикорнуть на несколько часиков, но остальные разошлись. В поле было почти совсем пусто, когда на рассвете вышли уборщики. Да и дождь помог.

— Когда начался дождь?

— Думаю, примерно в полвторого ночи. Так, недолго побрызгал.

— Значит, когда играли «Лед Зеппелин», в общем было сухо?

— В общем да.

Ивонна явилась домой в шесть тридцать, вспомнил Чедвик, а значит, ей с лихвой хватило бы времени добраться из Бримли, если она там была. Что она делала между тремя часами и шестью тридцатью? Чедвик решил отложить этот вопрос на потом, пока не выяснит, была ли она в Бримли вообще.

При ориентировочном времени смерти между часом тридцатью и пятью тридцатью получалось, что жертву должны были убить, когда играли «Зеппелин» или же когда все уже расходились по домам. Скорее первое, решил он: так меньше шансов, что наткнешься на свидетелей. И, вероятно, еще до дождя, потому что на земле нет ясного следа, показывающего, что тело волокли.

— Есть другие ворота кроме тех, через которые я вошел? — поинтересовался он.

— Нет. Только те, что на севере. Но выходов полно.

— Вероятно, вокруг всей площадки — ограда?

— Да. Это был не бесплатный концерт, вы же понимаете.

— А можно попасть сюда через лес?

— Нет. На той стороне выходов нет. Парковка, палатки и ворота — все на северной стороне, и ближайшая дорога тоже на севере.

— Насколько я понимаю, у вас были некоторые проблемы со скинхедами?

— Ничего серьезного, мои ребята справились. Шайка бритоголовых пыталась прорваться через ограждение, мы их отогнали.

— На север или на юг?

— Вообще-то на восток.

— Когда это случилось?

— В субботу вечером.

— Они вернулись?

— Не слышал об этом. Если и вернулись, то тихо.

— У вас действительно спали в поле в этот уик-энд?

— Некоторые — да. Я же говорю, у нас тут есть парочка полей под паркинг и палатки, выше, на холме. Многие разбили палатки и бродили туда-сюда. Другие принесли с собой спальные мешки. Слушайте, это что, все важно? А мне-то казалось, что все ясно как день.

Чедвик поднял брови:

— Вот как? Видимо, я что-то упустил. Расскажите мне.

— Ну, она, должно быть, повздорила со своим дружком или с другим каким-то парнем, вот он ее и убил. Они были в стороне от основной толпы, ближе к краю леса, а поскольку все слушали «Лед Зеппелин», никто ничего бы не заметил, даже если бы наступил конец света.

— Он что, громко играет, этот «Лед Зеппелин»?

— Можно сказать и так. Вам надо бы их послушать.

— Не исключаю, что я так и сделаю. Кстати, вы и правда высказали здравую мысль. Я уверен, что музыка могла помочь преступнику. Но почему вы предполагаете, что это ее дружок? Парни часто режут своих девушек?

— Не знаю. Я просто… я хотел сказать… кто же еще?

— А мог это сделать, например, убийца-маньяк?

— Вы в этом должны разбираться получше моего.

— Или бродяга, который проходил мимо?