Шопинг в воздушном замке - Дарья Донцова

– Верно, – подтвердил Матвей, – нам наконференцию уезжать, а Липу скрутило.

– Как вас зовут, ангел? – догадался спроситьИсидор.

– Анжелика Мартышкина, – представилась я.

– Паспорт есть? – задал следующий вопросМатвей.

– Конечно, – кивнула я.

– Давайте, – велел Исидор.

Я протянула ему темно-красную книжечку, Сидяначал изучать документ.

– Она представилась Анжеликой Мартышкиной? –спросил через некоторое время дедок.

– Я слышал четко, – отрапортовал Мотя, –Анжелика Мартышкина.

– Но здесь написано – Альбина Обезьянкина, –протянул Сидя.

Чувствуя себя последней идиоткой, я удрученно молчала.Так и знала, что смена имени добром не кончится! Сейчас меня с позором выкинутвон...

– Ничего, солнышко, – ласково пропел Исидор, –с каждым может случиться. Я порой домашний адрес путаю. Дорогу знаю, а названиеулицы из головы вылетает. Вы молодая, семидесяти еще не стукнуло, а в этомвозрасте склероз можно остановить. Надо принимать рыбий жир.

– Попьете наш коктейль, мы сами составразработали, и память восстановится, – заявил Мотя.

– Да какая, собственно, разница – Обезьянкина,Мартышкина или Макакина? – вещал Исидор. – Если вам больше по вкусу имяАльбина, так вас и станем звать. Но мне нравится Анжелика.

– Душенька, взбодрите чайник, – попросил Мотя.

Я перевела дух и отправилась искатьэлектроприбор. Через пять минут мною было сделано несколько открытий. Воду туткипятят в эмалированном старом монстре, а плитой служит агрегат, похожий нажелезный комод. Ни о каком электронном зажигании и речи не шло. Горелкинакрывались чугунными решетками, чуть пониже, над дверцей духовки, была надпись«Газоаппарат. 1952 год».

– Солнышко, как там наш чаек? – осведомилсяМотя.

– Извините, не могу зажечь газ, – призналасья. – Конечно, я готова сварить вам обед из трех блюд, но давным-давно непользуюсь спичками. К тому же их тут нет!

– Ничего, дружочек, сейчас разберемся... –менторским тоном завел Сидя. Он встал и, шаркая ногами, обутыми в домашниетапки разного цвета, подошел ко мне. – Видите на стене палочку красного цвета?

– Да, – чувствуя себя кретинкой, ответила я.

– Это зажигалка, – вещал дед, – очень удобнаяштука, я ее из Лондона привез э... э... э...

– Конгресс тысяча девятьсот шестьдесят второгогода, – резво перебил друга Мотя. – Тебе тогда английская королева премиювручила, золотую статуэтку.

– Да? Не помню, – почесал бровь Сидя. – А вотпро зажигалочку не забыл. Купил ее в магазине около гостиницы, работает по сиюпору отменно. И так, душечка, нажимаете на кнопочку, слышите звук цик-цик-цик,и подносите к горелке. Пах – огонь возгорелся!

– Спасибо, – сказала я.

– Никогда не поздно научиться зажигать газ, –заявил Сидя, возвращаясь к шахматам.

– Человек живет до тех пор, пока осваиваетновые знания, – подхватил Мотя.

Твердо решив реабилитироваться в глазахстариков, я порылась на полках и поняла – тут не уважают кофе. На центральномместе белела фарфоровая банка с надписью «Чай».

Заварка пахла анисом, но меня это не смутило.Я ополоснула фарфоровый чайник, стоявший на мойке, насыпала в него три ложкитемно-коричневых гранул, залила кипятком, подождала пару минут и поставилаемкость перед стариками.

– Еще кружечки, мой ангел, – попросил Сидя.

Я покосилась на старика. Ох, кажется, онпосчитал меня идиоткой, решившей, что хозяин с гостем будут хлебать из носикачайника. Чашки нашлись в сушке, я аккуратно налила в них темную жидкость. Мотяосторожно сделал глоток и посмотрел на Сидю, Исидор моргнул, тоже отхлебнул испросил:

– Что это?

– Чай, – ответила я.

– А где вы его взяли, дружочек?

– В банке, – я ткнула пальцем в фарфоровуютару.

Исидор улыбнулся.

– Солнышко, там же сбор от кашля. Неужели выне поняли по запаху?

– Нет. Вернее, я уловила аромат аниса, норешила... подумала... – начала оправдываться я. – Там же надпись «Чай»!

– Заварка находится в банке с надписью«Вермишель», – сообщил Сидя.

– Ага, – растерянно кивнула я.

– В «Чае» грудной сбор, в «Соде» перец, в«Муке» лапша, – ввел меня в курс дела Исидор. – Ну ничего, разберетесь. Вотчто, дружочек, я вас на сегодня амнистирую. Устраивайтесь спокойно в своейкомнате.

– Спасибо, – пробормотала я. – А где она?

– Пятая дверь слева по коридору, – улыбнулся Сидя.

– Вы понимаете, что значит «слева»? – спросилу меня дипломатичный Мотя.

– Да, – подтвердила я.

– Левой рукой не пишут, – Сидя решил все жепомочь домработнице-дебилке, – ложку и авторучку мы держим в правой и ее жепротягиваем, чтобы поздороваться. Если запутаетесь, возвращайтесь!

– Внимательно считайте до пяти, – воскликнулМотя, – не торопитесь. Раз, два, три... Что у нас дальше?

– Четыре, пять, – со вздохом продолжила я.

– Ай, молодец! – оживился Сидя.

– Умница, – похвалил Мотя.

– Дорога к знаниям начинается с прилежания, –отметил Сидя.

– У вас талант к математике, – подхватил Мотя.