Тайна Мэри - Грейс Ливингстон Хилл

Ее пробрала крупная дрожь.

– Простите, – пробормотал он, – вижу, вам страшно об этом вспоминать. Я понимаю, как неприятно признаваться в чем-то незнакомому человеку, поэтому не буду уговаривать все мне рассказать. Попробую думать за вас. Допустим, мы поедем на вокзал и купим билет. Куда вы хотели бы поехать? Можете не сомневаться, я никому не скажу, куда вы отправились. – В его голосе слышался легкий упрек; она взглянула на него, и он заметил слезы в ее глазах.

– О, я ни капли в этом не сомневаюсь! – расстроенно воскликнула она. – Не думайте так, пожалуйста. Но… вы просто не понимаете.

– Прошу меня простить, – повторил он и протянул руку. Ее изящная ладонь в перчатке легла в его ладонь.

– Вы так добры, – пробормотала она, будто больше ничего не приходило ей в голову. А потом вдруг добавила: – Но я не смогу купить билет! У меня нет денег, и…

– Забудьте об этом. Я с радостью одолжу вам, сколько потребуется. Небольшой долг вас не обременит.

– Но я не знаю, когда смогу его вернуть, – запинаясь, ответила она, – разве что… – она быстро сняла перчатку и стянула с пальца кольцо с блестящим камнем. – Разве что вы возьмете это кольцо в качестве оплаты… Не хочу причинять вам беспокойство, но за этот камень можно выручить приличную сумму.

– Что вы, – возразил он, – я не возьму ваше кольцо. Позвольте купить вам билет, это такая мелочь. Я никогда не пожалею об этих деньгах. Забудьте о долге, пока не решите свои проблемы.

– Прошу! – она настойчиво протягивала ему кольцо. – Если вы не возьмете кольцо, я сейчас же выйду из кареты!

– Но что, если это подарок и вы им дорожите?

– Вы угадали, это подарок отца, – коротко отвечала она, – и он был бы не против, что я нашла ему такое применение. – Она почти нетерпеливо вложила кольцо ему в руку.

Он инстинктивно сомкнул кулак и почему-то испытал волнение, сжимая вещицу, которая еще хранила тепло ее пальцев. Он уже забыл, что они практически не знакомы, и думал лишь о том, как ей помочь.

– Я сохраню кольцо у себя, пока вы не попросите его отдать, – добродушно ответил он.

– Не стоит, я за ним не вернусь, – заявила она. – Можете его продать. Я знаю, за него можно много выручить.

– Нет, я совершенно точно не стану его продавать, ведь вы, возможно, еще захотите его вернуть, – повторил он. – Теперь обсудим ваше предстоящее путешествие. Мы почти у вокзала. Вы знаете, куда поедете? У вас есть друзья, которые могли бы вас встретить?

Она покачала головой.

– Поезда в Нью-Йорк отходят почти каждый час.

– О нет! – испуганно воскликнула она.

– И в Вашингтон примерно так же.

– Я бы не хотела ехать в Вашингтон, – выпалила она.

– Тогда в Питтсбург? Чикаго? – спросил он наугад.

– Чикаго подойдет, – с облегчением ответила она. Экипаж остановился у большого здания вокзала. Вокруг горели яркие огни и толпились люди. Прогуливались взад-вперед полицейские, звенели трамваи, проносившиеся во всех направлениях. Девушка на миг спряталась в тенях кареты, будто боялась выходить на свет из своего темного укрытия. Ее спутник развеял ее сомнения.

– Не нервничайте, – тихо произнес он. – Я прослежу, чтобы вам никто не навредил. Заходите в вокзал спокойно, как моя спутница. Вы и есть моя спутница и давняя подруга, мы же с вами вместе только что побывали на званом приеме. Или, может, я провожаю вас домой с концерта. Никто не обратит на нас внимания. Шляпка и плащ – хороший камуфляж.

Он проводил ее в здание вокзала и отыскал зал ожидания для дам, где нашел тихий уголок и глубокое кресло-качалку. Он посадил ее так, чтобы она могла смотреть в высокое окно, откуда открывался вид на вечернюю улицу, однако от посторонних взглядов ее закрывала отделанная латунью и кожей стенка автомата для полировки дамской обуви.

Его не было пятнадцать минут, и все это время девушка тихо сидела в кресле, но прислушивалась к каждому звуку. Ее нервы были на пределе. В любой момент она ждала увидеть в толпе лицо человека, которого боялась встретить больше всего, или опасалась почувствовать на плече ладонь детектива и услышать, как тот спокойно произнесет: «Ступайте за мной».

Когда Данэм вернулся, она вздрогнула от неожиданности, и он догадался, что она очень напряжена и встревожена. Он вгляделся в ее миловидное личико под широкополой шляпой и заметил под глазами темные круги. Ему захотелось сделать что-то, что облегчило бы ее состояние; ему было невыносимо думать, что эта девушка осталась совсем одна, без друзей, и мучается от страха.

Подвинув стул, он сел рядом и заговорил о билете на поезд.

– Не забывайте, я целиком зависела от вашей милости, – она печально улыбнулась. – У меня не было иного выбора, кроме как позволить вам мне помочь.

В тот самый момент мальчик в голубой униформе поставил у ног Данэма кожаный чемодан и воскликнул:

– Мистер Данэм, вот вы где! Я вас обыскался. Вы же велели подойти к лифту!

– Да, – согласился юноша, – но я не думал, что ты успеешь так скоро. В любом случае, Харкнесс, ты меня нашел.

Мальчик взял протянутую ему серебряную монету, коснулся фуражки и убежал.

– Видите ли, – пояснил Данэм, – не дело юной девушке путешествовать без багажа. Я решил, что вашим преследователям так будет проще вас выследить. Поэтому я взял на себя вольность, позвонил в клуб и велел мальчику принести чемодан, который там вчера оставил. Точно не знаю, что в нем; я приказал слуге его собрать и прислать, так как думал, что пробуду в клубе всю ночь. Но потом поехал домой и забыл забрать чемодан. Скорее всего, вы не сможете приспособить ничего из моей одежды под женский костюм, но там должна быть щетка для волос, мыло и носовые платки. С чемоданом будет спокойнее; человек чувствует себя потерянным, если даже на одну ночь у него нет при себе ничего, кроме казенного полотенца. Вдобавок я решил, что так вы будете больше похожи на путешественницу и меньше – на беглянку.

Он попытался перевести все в шутку, но она очень серьезно взглянула на него.

– Думаю, это самый ваш добрый и заботливый поступок, – ответила она. – Даже не знаю, как смогу вас отблагодарить!

– Не пытайтесь, – беспечно ответил он. – Объявляют посадку на ваш поезд. Пойдемте, я прослежу, чтобы вы устроились. Кажется, вы очень устали.

Она не стала возражать и поднялась, чтобы проследовать за ним, окинув зал ожидания быстрым испуганным взглядом.