Поймать вора - Спенсер Куинн

— Подождите. — Берни предостерегающе поднял руку, давая знак остановиться и не входить внутрь. — Отпечатки пальцев присыпали? — Мы долго работаем вместе, я и Берни, поэтому я не удивился. У моего напарника для человека довольно большой нос, ну и что из того?

— Угу, — отозвался сержант.

— Что-нибудь нашли?

— Как же… Дерьмо козлячье мы нашли!

Дерьмо козлячье? Это же не может быть фамилией преступника…

— Где ты нахватался таких выражений? — спросил Берни.

— У официанта «Бруклинской деликатесной закусочной», — ответил Рик.

Мой напарник рассмеялся. Я не понял шутки, хотя знал это заведение в центре города, в котором сам, правда, не бывал.

Мы вошли в трейлер. Я изо всех сил старался выбросить из головы мысли о копченой говядине. В тесном пространстве стояла кровать, по одну ее сторону — кресло-качалка (после неприятного случая с моим хвостом я стараюсь держаться от таких как можно дальше), по другую — стол и электроплитка. Плиток я тоже сторонюсь.

— Никаких следов взлома или насилия, — заметил Рик. — Для места преступления все чисто и опрятно.

Берни посмотрел на кровать.

— Похоже, он не ложился под одеяло.

— Ури страдал бессонницей, — объяснил Попо. — И часто допоздна читал.

Берни взял лежавшую в кресле-качалке книгу.

— «Закат мамонтов». — Он открыл ее и перевернул несколько страниц. Когда Берни что-то интересует, его лицо становится спокойным и безмятежным. Именно такое выражение было у него теперь.

— Что-нибудь нашел? — спросил сержант.

— Ничего, — ответил мой напарник, но книгу на место не положил.

На стене висели две фотографии. На одной мужчина с усами ниточкой, но на этот раз в джинсах и майке, стоял рядом с Пинат — скорее даже прислонялся к ней — и курил сигарету.

— Ури с Пинат, — заметил клоун.

Рик рассмотрел снимок.

— Уж больно он спокоен рядом с такой… — Он замолчал, как бывает с людьми, когда они не могут подобрать слов. Со мной ничего подобного не случается.

— Доверие, — объяснил Попо. — Метод Ури основан на доверии.

На другой фотографии Ури, тоже улыбающийся и спокойный, был снят рядом с другим мужчиной. Они положили руки друг другу на плечи.

— А это кто такой? — спросил сержант.

— Я, — ответил Попо.

Как — этот парень Попо? Но он не похож на Попо. Выглядит как обычный человек. С темными волосами, в очках, в нормальной людской одежде. И в отличие от Попо у него счастливые глаза: счастливые глаза — это то, что мы в нашем деле сразу замечаем. Мне не понравилось это дело, ничуточки. Так мы взялись за расследование или нет? Не знаю. Не могу припомнить, чтобы нам вручили чек, — этого я никогда не забываю. Так что, наверное, не взялись.

Берни подошел к кровати, откинул одеяло и посмотрел на простыни.

— Все это уже проделывали, — заметил Рик.

— Хочу проникнуться ситуацией. — Напарник нагнулся и заглянул под кровать. Я тоже приблизился и все вокруг обнюхал. Поиски под кроватью — важное действие: бывали случаи, мы там многое находили, но только не на этот раз. Интересно, удалось Берни проникнуться ситуацией? Его лицо ничего не выражало.

Мы вышли на улицу.

— К клеткам туда, — показал Рик.

Мы последовали за ним по дорожке за фургонами. Клетки стояли в ряд и напоминали большие ящики с крышей и стенами, зарешеченными были только фасады. Сначала мне в нос ударил сильный запах — похожий на кошачий, только возведенный в энную степень, если понимаете, что это значит. А затем я увидел существа, которые так пахли. Вот это да! Я видел их по телевизору: тигры, львы и…

По правде говоря, в первой клетке находились лишь два тигра, во второй — лев, а третья оказалась пустой. У тигров и льва были резиновые мячики, чтобы играть, но они в них не играли. Лежали на полу и смотрели на нас огромными желтыми глазами. У меня на загривке встала дыбом шерсть, а их шкуры, как я заметил, были блеклыми и какими-то крысиными. Берни открыл было рот, словно хотел что-то сказать, но с губ не слетело ни звука, его лицо посуровело. Не знаю почему, сам я клетки терпеть не могу, к тому же в прошлом плохие парни пару раз сажали меня за решетку. Может, и Берни подумал о том же.

— Мне казалось, в цирке с тремя аренами больше зверей, — проговорил сержант.

— У нас уже давно всего одна арена, — объяснил клоун. — Остальных лишились много лет назад.

— Как так получилось?

Попо пожал плечами.

Мы остановились у третьей клетки. Ну и вонь! Она вытеснила из моего носа кошачий запах.

— Клетка Пинат, — сказал клоун.

Запах слонихи заполнил мою голову. Такое не забудешь.

— Вот как это действует. — Рик обошел клетку и остановился с другой стороны. — Отпирают замок, и вся эта стенка сдвигается назад. Но когда здесь появился первый свидетель, стенка, очевидно, была на месте.

— Кто? — спросил Берни.

Сержант что-то ответил, но я прослушал, поскольку взял след слонихи — разве могло быть что-нибудь проще? Он начинался у торца клетки, там, где находился полицейский, и вел…

— Чет! Возвращайся, старина!

Но почему? Я вернулся и встал рядом с Берни.

— Вот она идет, — кивнул Рик.

К нам быстро приближалась маленькая женщина в джинсах и майке. Передвижения людей — отдельный вопрос (еще удивительно, почему они так редко падают), — пока же замечу, что некоторые ходят лучше, другие хуже. Эта женщина была из первых.

— Берни, познакомься, это Филомена Филипофф. Госпожа Филипофф, это Берни Литтл, частный детектив.

Они обменялись рукопожатиями. Волосы Филомены были собраны на затылке в «конский хвост», да так туго, что казалось, она растянула себе кожу у глаз. Неужели не больно?

— Все зовут меня Фил, — сказала женщина. Вот как! У нас уже был один знакомый Фил. Фил по прозвищу Плечи Шрафт. Теперь он парится на нарах и дробит на солнце щебень. Но эта Фил совершенно иного сорта.

— Гм… — промычал мой напарник. Некоторые женщины оказывают на него такое действие. — Э-э-э… Я Берни.

— Я уже поняла, — улыбнулась Фил.

— А это… э-э-э… Чет.

Она повернулась ко мне.

— Какой красавец.

Я сразу догадался: если мы возьмемся за расследование и обнаружится, что совершилось нечто плохое, преступник кто угодно, только не эта женщина. Она протянула руку — у нее была маленькая кисть, зато красивой формы. Я быстро ее лизнул и ощутил легкий вкус апельсинов. Очень приятно.

— Вы оказались здесь первой? — спросил Берни.