Тараканы - Ю Несбе

— Ничего не понимаю.

— Меня осенило, когда я увидел, что у Клипры есть такой же магнитофон, как у Брекке. Застрелив Клипру, он позвонил из его кабинета, а потом унес с собой пленку. Ведь магнитофон регистрирует время, но не место телефонного разговора. Мы совершенно упустили из виду, что запись была сделана на другом магнитофоне. Но я могу доказать, что пленка — из кабинета Клипры.

— Каким образом?

— Помнишь, на мобильном телефоне посла был зафиксирован разговор Клипры с послом, утром третьего января? Но его нет ни на одной из пленок в офисе Брекке.

Лиз громко рассмеялась.

— Но это чистейшее безумие, Харри. Получается, что эта крыса создала себе железное алиби и села за решетку, а потом дождалась, когда можно будет ходить козырями, чтобы все выглядело убедительно!

— Я слышу в вашем голосе восхищение, старший инспектор.

— Чисто профессиональное. Думаешь, все было спланировано с самого начала?

Харри взглянул на часы. Мозг слал отчетливый сигнал: что-то неладно.

— Я уверен в одном: что бы ни делал Брекке, он это тщательно планирует. Продумывает до мельчайших деталей.

— Как ты можешь быть в этом уверен?

— Ну, — он приложил ко лбу пустой стакан, — Брекке сам рассказывал мне об этом. Что ненавидит риск, что никогда не вступает в игру, если не знает наверняка, что выиграет.

— Догадываюсь, что ты уже понял, как он убил посла!

— Сперва он спустился вместе с послом на парковку, об этом свидетельствует секретарша. Затем поднялся оттуда на лифте, и это может подтвердить та девица, которую он попутно пригласил на свидание. Вероятно, он убил посла на парковке, всадив ему в спину саамский нож, когда тот отвернулся, садясь в машину. Брекке забрал ключи от машины, запихал труп в багажник, вернулся к лифту и стал ждать, когда загорится кнопка вызова, чтобы обеспечить себе свидетеля, который подтвердит, что он, Брекке, поднимался вместе с ним на лифте.

— Он и девицу-то пригласил ради того, чтобы она его запомнила.

— Само собой. Если бы в лифте оказался кто-то другой, он придумал бы еще что-нибудь. Потом он отключил свой телефон для входящих звонков, чтобы показать, как занят у себя в кабинете, а сам снова спустился на лифте в подземный паркинг и поехал на посольской машине к Клипре.

— Но коль скоро он убил посла на парковке, это должно было быть записано на видео?

— А почему, ты думаешь, пропала видеопленка? Разумеется, никому и в голову не приходило усомниться в алиби Брекке, ведь он сам забрал пленку у Джима Лава. В тот вечер, когда мы встретили его на боксе, он очень спешил в офис. Но не затем, чтобы побеседовать с американскими клиентами, а потому, что договорился с Джимом о просмотре пленки, где было записано убийство посла. А перепрограммирование таймера должно было навести на мысль, что кто-то пытается разрушить его алиби.

— Почему он просто не уничтожил эту видеозапись?

— Потому что он перфекционист. Он знал, что какой-нибудь дотошный следователь рано или поздно обнаружит, что время записи не совпадает с самой записью.

— Но как?

— Он использовал запись другого вечера, а полиция так или иначе стала бы допрашивать охранников паркинга, и те подтвердили бы, что видели, как машина посла третьего января проехала мимо видеокамер между пятью и половиной шестого вечера. Тогда стало бы ясно, что пленка сфабрикована: ведь машины на ней нет. Дождь и мокрые следы от шин лишь сделали свое дело, и мы обнаружили фальшивку раньше, чем могли бы.

— Ты хочешь сказать, что он тебя перехитрил?

— Что же, как-нибудь переживу, — пожал плечами Харри. — А вот Джим Лав кончил плохо. Ему заплатили за услугу отравленным опиумом.

— Потому что он был ненужным свидетелем?

— Брекке, как известно, не любит рисковать.

— Каков же его мотив?

Харри шумно выдохнул — будто сработал пневматический тормоз трейлера.

— Помнишь, мы обсуждали право распоряжаться суммой в пятьдесят миллионов крон в течение шести лет: был ли тут мотив для убийства посла? Тогда мы этого мотива не нашли. Но вот право получить эти деньги на всю оставшуюся жизнь — отличный мотив для Йенса Брекке убить трех человек. Согласно завещанию, Руна должна была получить деньги по достижении совершеннолетия, но там ничего не говорилось о том, что будет с деньгами, если она умрет. Следовательно, вся сумма достанется оставшимся наследникам. То есть Хильде Мольнес. По завещанию, деньги теперь получит она.

— Как же Брекке собирался изъять у нее эти деньги?

— Ему ничего не надо было делать. Хильде Мольнес осталось жить всего шесть месяцев. Вполне достаточно для того, чтобы успеть выйти за него замуж, но не настолько долго, чтобы Брекке устал от роли джентльмена.

— Он убрал ее мужа и дочь, чтобы завладеть наследством после ее смерти?

— Не совсем, — продолжал Харри. — Дело в том, что он уже использует эти деньги.

Лиз вопросительно взглянула на него.

— Он приобрел одну компанию на грани банкротства, «Пхуриделл». Если все пойдет так, как считает «Барклай Таиланд», то через пару лет эта компания будет стоить в двадцать раз больше, чем он заплатил сегодня.

— Почему же другие акционеры пошли на то, чтобы ее продать?

— По словам Джорджа Уолтерса, исполнительного директора «Пхуриделла», другие — это всего лишь мелкие акционеры, которые отказались продать свои акции Уве Клипре, когда он приобрел контрольный пакет акций, потому что поняли: что-то назревает. Но после того, как Клипра исчез, они узнали о долларовом долге, который вот-вот раздавит компанию, и охотно согласились на предложение Брекке. То же самое касается адвокатской конторы, которая наследует имущество покойного Клипры. Совокупная стоимость исчисляется в сотню миллионов крон.

— Но у Брекке пока еще нет денег?

— Уолтерс рассказал, что половину наличности надо внести сейчас, а другую половину — через шесть месяцев. Не знаю, каким образом он собирался выплатить первую часть, может, он раздобыл себе денег другим путем.

— А что, если она не умрет через шесть месяцев?

— Мне почему-то кажется, что Брекке постарается ускорить этот процесс. Ведь именно он смешивает для нее коктейли…

Лиз задумалась.

— А он не боится, что многим покажется подозрительным, как это он теперь сделался новым владельцем «Пхуриделла»?

— Боится. Поэтому и приобрел акции на имя фирмы «Эллем Лимитед».

— Но могут обнаружить, что за фирмой стоит он.

— Не обнаружат. Фирма зарегистрирована на Хильде Мольнес. И разумеется, он ее унаследует, когда Хильде умрет.

Лиз округлила губы, словно хотела сказать: «О!»

— И все это ты раскопал самостоятельно?