Шулер с бубновым тузом - Наталья Солнцева

— …бриллиантам из «ожерелья королевы»? — подхватила Глория. — Самое прямое, смею надеяться. Жанна де Ламотт де Гаше использовала картину в виде кода, ключом к которому служит бубновый туз.

Лавров вытащил из-за пояса туза и помахал им в воздухе. Жанна окаменела. Крапивин же язвительно расхохотался.

— С вашего разрешения я немного отступлю от своей роли, — сказала Глория и поставила бутыль и бокал обратно на импровизированный стол. — Оглянитесь вокруг, Жанна! — обратилась она к даме в жемчугах. — Вам знакомы эти стены?

Та не ответила. Она тяжело дышала и мяла пальцами карты.

— Графине де Гаше они должны быть знакомы. Именно здесь, в этой части подземелья, она спрятала заветный клад. Чтобы откопать его по прошествии двух веков. Звучит неубедительно? Но я подкреплю слова некоторыми подробностями. Однажды графиня попросила смотрителя подвалов выделить ей место для хранения ящиков с вином, которые присылал ей из Судака барон Боде. Она жила поблизости, и ей было удобно пользоваться этим винным погребом. Позже она решила положить сюда же… надгробную плиту.

— Надгробие? — удивился Лавров.

Николай весь превратился в слух. Он не замечал ни волнения Жанны, ни слабого движения воздуха в подземелье. Как будто кто-то незримый прошел мимо стола с сидящими за ним «игроками».

— Некто Бальзамов, здешний камнерез, сделал по заказу графини несколько надгробных плит, — заявил Николай. — Джо знал об этом. Тот камнерез был его пра-пра… в общем, родственником. Но зачем графине прятать надгробие в подвале? Быть может, ее похоронили не на кладбище, а здесь? Значит, алмазы все-таки в могиле! Вот почему Джо все здесь обшарил! Это ведь его инструменты? Лом, кайло, лопаты…

Он пришел в сильное возбуждение, бросил карты на стол, вскочил с места и начал размахивать руками. При этом берет с пером сполз ему на ухо и свалился.

— Похоже, у Жанны де Ламотт было не только несколько жизней и смертей, но и несколько могил, — ввернул Лавров. — В одной из них она спрятала сокровище, а в какой, не сказала. Ищите, мол, пока не надоест.

— Позвольте, но где же эта плита? — спохватился Крапивин, поднимая с пола свой головной убор. — Где она? Вы ее видите? Я — нет!

— Здесь нет никакой плиты, — глухо отозвалась Жанна. — И не было. По крайней мере, на моем веку.

— В самом деле, господа, — развел руками Николай. — Каменное надгробие не спрячешь, это не иголка все-таки!

Его реплика осталась без ответа.

— В этом подвале умер человек, — медленно, отчетливо вымолвила Глория. — Я вызываю его дух!

Она закрыла глаза и отдалась на волю своих мыслей, которые унесли ее в далекое прошлое. Разумеется, она не собиралась вызывать никакого духа. Она надеялась сама говорить от его имени… переживая то, что пережил он в последние мгновения. В квартире в Раменках у нее получилось ощутить себя и убийцей, и жертвой. Почему бы не попробовать еще раз?

— Это дух слуги, который по приказу графини сначала притащил сюда надгробие… а потом…

В подземелье воцарилась тишина, нарушаемая лишь затаенным дыханием присутствующих.

— …тот же слуга помогал графине делать яму в полу, — продолжала Глория. — Она что-то принесла с собой… завернутое в тряпку… положила в вырытую яму… потом слуга засыпал все землей и камнями…

— Синяя шкатулка! — вырвалось у Крапивина. — Это была синяя шкатулка! Стало быть, графиня де Гаше убила слугу, чтобы тот замолчал навеки. Она не могла оставить живого свидетеля!

Жанна потянулась к бокалу с вином и выпила все до дна. Она старалась ни на кого не смотреть и нервно перебирала нитку фальшивого жемчуга на шее.

Глория почувствовала, как у нее сдавило в груди и закружилась голова. Она чуть не упала ничком на холодный пол. Лавров едва успел подхватить ее.

— Графиня хотела сделать это… но не сделала, — преодолевая дурноту, выдавила она. — Слуга умер… своей смертью. У него случился… апоплексический удар. Он упал лицом вниз… дернулся несколько раз и затих. Графиня сильно испугана. Она пытается перевернуть его… и понимает, что слуга мертв. Что ей делать?

При этом вопросе Глория уставилась на Жанну. Та разорвала нитку жемчуга, и фальшивые жемчужины рассыпались по столу.

— Как бы вы поступили на ее месте?

— Я?

Жанна пришла в смятение, ее губы дрожали, глаза бегали. Она не сразу сумела справиться со страхом и растерянностью. Как будто все еще видела перед собой мертвого слугу.

— Я… спрятала бы тело в подвале…

— Правильное решение, — кивнула Глория. — Так графиня и поступила. Она засыпала тело слуги мусором, набросала сверху всего, что попадалось ей под руку, и вернулась домой. Была ночь, никто ни о чем не догадывался, и когда человека хватились, его исчезновение не связали с графиней. А вскоре та сама скончалась.

— Нужно копать! — возбужденно произнес Крапивин. — Нужно искать кости слуги! Если мы найдем их, значит… вашим словам можно верить.

— Где копать-то? — охладил его пыл Роман. — Здесь уж все копано-перекопано. Верно?

Жанна подавленно кивнула.

— Джо говорил мне, что еще его прадед тщательно обследовал винные погреба, наткнулся в дальнем закоулке на какие-то кости, жутко испугался и решил, что это останки графини, — призналась она. — Кости были засыпаны землей и обломками кладки.

— Где эти кости?

— Вероятно, их похоронили, чтобы умилостивить дух покойника. Прадеду Джо стала являться Белая Леди, он лишился рассудка и умер.

— А куда подевалось надгробие? — осведомился Лавров.

— Не знаю, — покачала головой Жанна.

— Куда, куда? Небось, местные жители растащили все, что плохо лежит, — удрученно вздохнул Крапивин. — Надгробная плита всегда пригодится.

— Какая разница, где теперь надгробие? — заметил Роман. — Главное, где оно находилось тогда.

— Наверняка именно под ним и спрятаны бриллианты! — оживился Николай. — Графиня положила в яму завернутую в тряпки шкатулку… а потом заставила слугу накрыть место «захоронения» плитой. Тот надорвался и умер. Таскать и ворочать в одиночку каменное надгробие — не шутка.

— Должно быть, слуга был не молод и умер от чрезмерной физической нагрузки, — кивнула Глория.

Николай повернулся к ней с вопросом:

— Как же узнать, где лежала плита? Спросите у этого… у слуги. Его душа еще здесь?

Он поежился. В подвале было холодно, но до сих пор участники «сеанса» этого не ощущали. Зато после упоминания о Белой Леди всем стало зябко.

Глория молча обошла подвал, останавливаясь то там, то тут, и наконец указала прямо перед собой.

— Я вижу!

— Что? Что ты видишь? — подскочил к ней начальник охраны, переодетый шулером.