Год тумана - Мишель Ричмонд

— Можно посмотреть телевизор?

— Конечно.

Включаю телевизор и протягиваю ей пульт. Малышка пропускает мультики, детскую передачу и начинает смотреть испанский сериал, не сводя глаз с экрана в течение пятнадцати минут. Сижу на кровати с телефонной трубкой на коленях и жду. То и дело Эмма что-то бормочет в адрес персонажей. Всех их, оказывается, знает по именам.

Когда раздается звонок, обе подпрыгиваем. Едва ли я готова к тому, что должно случиться.

— Эбби?

Джейк. Даже спустя столько времени он по-прежнему не утратил способности успокаивать меня одним лишь звуком своего голоса. Всего лишь назвав имя.

— Ты сказала, это срочно.

Прекрасно понимаю, что сейчас предстоит переступить черту, а мои слова запустят новую цепную реакцию.

— Есть новости, Джейк.

Судя по мертвой тишине на другом конце провода, Болфаур не верит. Полагает, дело за очередной зыбкой уликой, чем-то совершенно неубедительным.

— Она здесь.

Тишина.

— Что?!

— Я в мотеле, в Коста-Рике. Эмма здесь. Рядом со мной.

Долгая пауза.

— Это правда. Честное слово, Эмма здесь.

Крик и рыдание.

— О Господи, ты уверена?

— Да.

— С ней все в порядке?

— Да.

— Это невозможно, — говорит Джейк. — Дай мне с ней поговорить.

Судя по всему, он не верит, что сейчас Эмма возьмет трубку, а этот разговор ему не снится.

Эмма по-прежнему смотрит на экран и грызет ногти.

— Детка, — зову.

Она выключает звук и оборачивается ко мне.

— Это папа?

— Да. Хочет с тобой поговорить.

Мы сидим, соприкасаясь коленями, — девочка на стуле, я на кровати.

— Эмма? Малышка, это ты?

— Да. А ты где?

— Поверить не могу!

— Папа, ты где?

— Завтра же приеду за тобой, детка. Я так по тебе скучал.

— Приезжай быстрей.

Эмма поспешно протягивает мне трубку, как будто эта вещь может укусить ее или взорваться. На лице то же застывшее выражение, что и во время поездки в автобусе.

— Скажи, с ней все в порядке? — Джейк рыдает, и с трудом можно разобрать слова.

— Да, в порядке.

— О Господи! — Болфаур смеется и плачет. — Где она была? Где ты ее нашла?

— На пляже. Просто шла и увидела Эмму.

— Поверить не могу. Это невозможно. Не поверю, пока не увижу.

— Вылетай первым же рейсом, — советую. — Перезвони, как только купишь билет.

Он опять смеется и плачет, потом пытается отдышаться.

— Не хочу терять с вами связь. Боюсь проснуться. Это ведь сон.

— Нет, не сон. Эмма действительно здесь.

— Расскажи, как она выглядит. Сильно изменилась?

Эмма сидит на стуле с ногами, обхватив руками коленки, и смотрит на меня зелеными глазами. Волосы густые и длинные, плечи розовые от солнца, на щиколотке браслет — тонкая серебряная цепочка с сердечком. Никогда прежде не видела этого браслета. Подарок от Лизбет? Сколько раз мамаша Далтон приезжала в Коста-Рику с дешевыми побрякушками и лживыми обещаниями?

— Она прекрасно выглядит. Просто прекрасно.

— Дай ей трубку. Поверить не могу, что это случилось.

Снова протягиваю трубку Эмме. Малышка отворачивается и смотрит в окно. Слушает Джейка и кивает, время от времени произнося «да» или «нет», один раз даже издает нечто похожее на смех.

— Я скучаю, — говорит найденыш. — Они сказали, ты скоро приедешь и мы будем жить вместе. Я все время ждала.

Мне не слышно, что говорит Джейк. Через десять минут Эмма возвращает мне трубку.

— Эбби, — зовет Джейк.

— Да?

— Прости, что не поверил тебе. — Он делает паузу, чтобы отдышаться. — Где была моя дочь? С кем?

— С той парочкой из желтого «фольксвагена». Это все, что знаю.

— Ты была права. Невероятно. Ты все-таки была права. Уверена, что Эмма в порядке? Ее не обижали?

— Она в порядке.

Беру на себя ответственность, говоря так. Эмма хорошо выглядит, но я понятия не имею, что девочка пережила за минувшие месяцы. Нет никаких свидетельств того, какую жизнь ребенок вел с Тедди и Джейн. Не говоря уже о возможных последствиях.

— Хочу с ней попрощаться. Поверить не могу…

Передаю трубку Эмме.

— Пока, папа, — говорит она.

На мгновение мне кажется, что не было никакого похищения. Дочь говорит отцу «пока», как будто мы с ней просто уехали на выходные. Как будто это самый обычный телефонный звонок, самый обычный день.

— Еще кое-что, — говорю, прежде чем повесить трубку.

— Что?

— Ничего не говори Лизбет.

— Почему?

— Твоя бывшая была там, Джейк. Не знаю деталей, но она замешана.

— О Господи! Мне следовало бы догадаться.

Слышу глухой удар, как будто Джейк стукнул кулаком по стене.

— С ума сойти, она сидела у меня дома, а я ни о чем не догадывался. Я ей верил!

— Да, неплохая актриса.

— Позвоню Шербурну по пути в аэропорт.

В трубке слышится шум — звук застегиваемой молнии, лязг ключей. Представляю себе, как Джейк мечется по спальне, собирая вещи — кошелек, паспорт, аккумулятор для мобильника.

— Спасибо. Спасибо тебе. Передай Эмме, что я люблю ее. Скажи ей, что скоро приеду.

Кладя трубку, чувствую немыслимое облегчение. Как будто все случившееся за минувшие месяцы вело именно к этому телефонному разговору с Джейком, во время которого его невеста сказала, что все в порядке.

— Я не наелась, — жалуется Эмма.

— Тогда давай поедим еще. — Звоню вниз и заказываю еду в номер. Два гамбургера с сыром, жареный картофель, шоколадное молоко и две колы.

Через полчаса заказ приносят, и Эмма начинает с жадностью голодающего поглощать еду. За двадцать минут она съедает свой гамбургер и половину моего, уплетает почти всю картошку, кладет остатки на поднос и спрашивает:

— Можно помыться?

— Конечно.

Иду в маленькую ванную и включаю воду. Когда возвращаюсь в комнату, Эмма уже полностью разделась; ждет перед телевизором.

— Вода готова, — официально сообщаю, как будто Эмма — гость, которому нужно угодить.

— Спасибо.