Правила убийцы - Джон Сэндфорд

Прежде чем ехать домой, Лукас вернулся к дому Макгаун. У дома Вершелей стояло несколько машин местного отделения полиции, три машины городского управления и фургон технической службы. Еще две полицейские машины стояли на улице возле дома Макгаун. Машина восьмого канала телевидения с антенной микроволновой связи на крыше въехала к ней во двор, и с полдюжины черных проводов змеились от машины к дому и исчезали внутри.

Лейтенант патрульной службы увидел, что подходит Лукас, и вылез из машины.

— Лукас! Я думал, ты поехал домой, — сказал лейтенант.

— Как раз еду туда. А здесь как?

— Все взято под контроль. В канаве нашли несколько следов, похоже, что он туда свалился. Возможно, ушибся или покалечился.

— Кровь есть?

— Нет. Но мы сообщили во все госпитали, передали им листовки с описанием и добавили еще кое-что по поводу глины. Они начеку.

— Хорошо. Вы нашли кого-нибудь, кто видел его после того, как он вылез из канавы? Дальше к северу?

— Пока никого. Мы хотим обойти все дома на шесть или семь кварталов в том направлении…

— Сосредоточьтесь на тех улицах, которые ведут к скоростной автостраде. Даю руку на отсечение, что именно там он и ставил свою машину.

Лейтенант кивнул головой.

— Мы уже это сделали. Начали, когда было еще темно, поднимали людей с кроватей. Ничего.

— А что там со следами? Есть четкие?

— Да. Они довольно четкие. На нем были…

— «Найк» на воздушной прослойке, — перебил его Лукас.

— Нет, — покачал головой лейтенант, наморщив лоб. — На нем были «Рибок». Когда мы звонили, чтобы вызвать экспертов, мы сразу сказали, что у нас здесь есть несколько отпечатков, так эксперт привез с собой справочник. Они сделали слепки, чтобы изучить их в лаборатории, но в этом случае сомнений нет. Это совершенно новые кроссовки фирмы «Рибок». На подошве никаких следов изношенности.

Лукас почесал в затылке.

— «Рибок»?

* * *

Энни Макгаун вся сияла. Семь часов утра, а она выглядит так, как будто уже давно встала.

— Лукас! — позвала она, когда увидела его за дверью. — Заходи.

— Что, вечером ожидается большое шоу?

— В полдень, после обеда и вечером, вот так-то! А сейчас я буду выступать в программе «Доброе утро». — Она посмотрела на часы. — Через пятнадцать минут.

Из гостиной вышел продюсер, увидел Лукаса и тут же торопливо бросился к нему.

— Лейтенант, вы не будете против, если мы возьмем у вас небольшое интервью?

— По какому вопросу?

— О вашем плане. Как все было задумано, что пошло не так.

Лукас пожал плечами.

— Мы опростоволосились. Вы это хотите выпустить в эфир?

— Если вы именно это хотите сказать, можно сделать и так.

— А вы будете показывать ту пленку, где заснята драка?

У продюсера сузились глаза.

— Это потрясающий фрагмент, — заявил он.

— Я не дам вам интервью, если вы это покажете, — проговорил Лукас. — Не выпускайте драку в эфир, и я буду с вами беседовать.

— Я не могу вам ничего обещать, — сказал продюсер. — Но я могу поговорить насчет этого с директором отдела новостей.

— Хорошо, — утомленно произнес Дэвенпорт. — Я дам вам интервью на пару минут. Но я должен заранее знать вопросы, и чтобы не было никаких подвохов.

— Отлично.

— И вы постараетесь, чтобы в эфире не было этой пленки с дракой.

— Да, конечно.

* * *

Съемки заняли почти целый час с перерывом для выступления Энни Макгаун. Когда он приехал домой, то вытащил шнур телефона из розетки и, даже не раздевшись, упал на кровать лицом вниз. Он проснулся от какого-то дробного звука, сел и посмотрел на часы. Было без малого час дня.

Звук прекратился, и он спустил ноги на пол, потер шею и встал. Резкий звук донесся из окна спальни, он нахмурился и открыл жалюзи. На полянке перед домом стояла Дженнифер Кери.

— Открой дверь! — крикнула она.

Лукас кивнул, опустил жалюзи и пошел открывать дверь.

— Я все поняла, — сердито сказала она. — Не знаю, почему я раньше этого не видела, но как только мы услышали о нападении, я все поняла.

Она не стала снимать пальто, и вместо того чтобы, как всегда, пройти в кухню, остановилась в коридоре.

— Что ты поняла? — сонно спросил Лукас.

— Ты подставил Макгаун! Специально. Ты нарочно подкидывал ей эти выдуманные предположения, чтобы разозлить Бешеного и натравить его на Макгаун.

— Господи, Дженнифер.

— Ведь я права?

Он махнул рукой и пошел в гостиную.

— Ну так вот, она тебе отплатила, — сказала Дженнифер.

Лукас повернулся.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, это твое безобразное признание. Ну, ты знаешь, там, где ты говоришь, что все это твоя вина. А потом они пустили пленку с дракой. Где ты лупишь этого несчастного мальчишку.

— Они не должны были это показывать, — упавшим голосом произнес Лукас. — Мы же договорились.

— Что?

— Я дал им интервью, а продюсер обещал поговорить с директором отдела новостей о том, чтобы не выпускать эту пленку в эфир.

Дженнифер покачала головой.

— Боже мой, Лукас, иногда ты бываешь таким наивным. Уж кто-кто, а ты, кажется, все должен знать о репортерах. Ну как же они могли не выпустить подобную запись? Там же такие события! Такая перестрелка, два человека убиты, и лейтенант полиции лупит своего собрата полицейского, из-за которого все это произошло. Да эта пленка будет сегодня гвоздем вечернего выпуска новостей.

— А, черт!

Он рухнул на диван и запустил пальцы в волосы.

Дженнифер немного смягчилась и погладила его по голове.

— Поэтому я и пришла сюда, чтобы постараться использовать тебя еще один раз. Я имею в виду именно использовать.

— Что?

— Мы хотим взять совместное интервью у тебя и Карлы Руиц. Ты расскажешь о том, что знаешь об убийце, а Руиц будет говорить о нападении. Интервью возьмет Элли Карлсон. А я буду продюсером.

— Почему именно сейчас?

— Правду? Потому что у нас нет ничего серьезного для сегодняшнего выпуска, Макгаун и восьмой канал дадут нам такого пинка, что нам еще долго будет больно. Они это сделают в любом случае, но с помощью этого совместного интервью мы сможем удержать значительную часть аудитории, по крайней мере на один выпуск новостей. Особенно если мы правильно его подадим.