Последний срок - Майкл Коннелли

– Проблемы.

На вызов ответили.

– Сержант Карлайл, ждите, не вешайте…

– Постойте, сержант, я не могу ждать. Это Босх из полицейского управления Лос-Анджелеса. Мы недавно говорили с вами.

– У нас тут запарка, Босх. Я должен…

– Я считаю, что на Чилтона Харди готовится покушение. Это тот тип, по поводу которого я звонил.

– Его уже нет, Босх.

– Что значит «нет»?

– Поместили в автобус шерифа. Едет в суд для предъявления обвинений.

– Кто еще в автобусе? Можете проверить фамилию? Клейтон Пелл есть? По буквам: Пол, Елена, Линкольн, Линкольн.

– Подождите.

Босх поднял глаза и уже собирался проинформировать Чу, в чем дело, но в это время вернулся сержант. В его голосе слышалась неподдельная тревога.

– Пелл в автобусе с Харди. Кто этот тип и почему нас не проинформировали, что у него нелады с Чилтоном?

– Об этом потом. Где автобус?

– Откуда нам знать? Уехал, и все.

– Маршрут известен?

– М-м-м… думаю, Сан-Педро, затем на Первую и на Спринг. Гараж с правой стороны здания суда.

– Свяжитесь по телефону со службой шерифа, передайте, какие возникли проблемы. Попытайтесь остановить автобус. И изолируйте Пелла от Харди.

– Если не поздно.

Босх не ответил и пошел назад в управление.

– Что случилось? – спрашивал за спиной Чу.

– Пелл и Харди оказались в одном тюремном автобусе. Его надо остановить.

Босх снял с ремня значок и, подняв вверх, ступил на мостовую на перекрестке Спринг и Первой. Делая машинам знаки руками, пошел наискосок. Напарник следовал за ним.

Перейдя без приключений улицу, Гарри бросился к трем черно-белым машинам напротив входа в управление. У первой стоял, привалившись к переднему крылу, полицейский в форме и увлеченно занимался своим телефоном. Гарри похлопал ладонью по крыше. Он все еще держал в руке значок.

– Эй! Нужна ваша машина! Срочное дело!

Открыв переднюю пассажирскую дверцу, он прыгнул на сиденье. Чу устроился сзади.

– Слушайте, я не могу, – запротестовал полицейский. – Мы ждем шефа. У него встреча с домовладельцами.

– По боку шефа! – рявкнул Босх.

Он заметил, что полицейский не вынул ключ из замка зажигания и не выключил мотор. Поднял ноги, стараясь не задеть держатель ружья и терминал мобильного компьютера, перебросил через торпеду и скользнул на водительское место.

– Стойте! – завопил коп.

Гарри перевел ручку автоматической коробки передач в положение «вперед» и сорвался с места. Включил сирену и проблесковые маячки и погнал по Первой. За десять секунд проскочил три квартала и по широкой дуге, держа максимальную скорость, какую позволяла траектория, повернул на Сан-Педро.

– Вот он! – крикнул Чу.

По улице, приближаясь к ним, неуклюже переваливался с боку на бок автобус службы шерифа. Босх понял, что его водителю не поступило сообщение от сержанта Карлайла. Надавил на педаль газа и через осевую понесся навстречу.

– Гарри! – испугался напарник. – Ты куда? Это же целый автобус.

В последний момент Босх нажал на тормоз и, вывернув руль влево, заставил автомобиль войти в занос и остановился, перегородив ряд. Автобус тоже затормозил и, скользнув юзом, встал в четырех футах от дверцы Чу.

Босх выскочил из машины и, держа высоко значок, подбежал к передней двери и ударил по ней ладонью.

– Откройте! Полицейское управление Лос-Анджелеса! Срочное дело!

Дверь приоткрылась, и в грудь Босха уперлось дуло ружья, которое держал помощник шерифа в форме. Водитель тоже был в форме и навел на Босха пистолет.

– Есть к этому значку удостоверение?

– Позвоните вашему диспетчеру. Поступил приказ остановиться. – Гарри бросил удостоверение водителю. – У вас на борту тип, который собирается укокошить другого!

Не успел он произнести эти слова, как из задней части автобуса, послышался шум борьбы и возгласы поддержки:

– Давай! Давай! Прикончи подонка!

Оба помощника шерифа обернулись и застыли.

– Пропустите! – потребовал Босх.

Водитель наконец пришел в себя:

– Быстрее! Быстрее! Туда! – Он ударил ладонью по красной кнопке, открывающей проход в заднюю часть салона. Помощник шерифа с ружьем бросился к заключенным. Босх поднялся по ступенькам и последовал за ним.

– Вызывай подкрепление! – бросил он на бегу водителю.

В тот же момент помощник шерифа растянулся на полу. Один из заключенных вытянул в проход скованные ноги. Босх перепрыгнул через упавшего и кинулся в заднюю часть салона. Внимание заключенных было приковано к тому, что происходило в хвосте с правой стороны, где Клейтон Пелл стоял, нависая над сиденьем. Он обмотал цепь вокруг шеи Харди и натягивал со спины. У Чилтона побагровело лицо, глаза вылезли из орбит. Харди не мог защищаться, поскольку его запястья в наручниках были пристегнуты к поясу.

– Пелл! – крикнул Босх. – Отпусти!

Его призыв потонул в хоре других голосов, требующих, чтобы Клейтон сделал прямо противоположное. Еще два шага, и Босх, налетев на коротышку, попытался оторвать его от Харди, но обнаружил, что наручники Пелла пристегнуты к цепи, обмотанной вокруг шеи его жертвы, хотя эта цепь должна была находиться на поясе самого Клейтона.

Босх тянул цепь и кричал, чтобы Пелл отпустил ее. Вскочивший с пола помощник шерифа держал ружье и не мог помочь ему. В автобус ворвался Чу и тоже ухватился за цепь.

– Нет! Тяни за руку! – приказал Гарри.

Напарник схватил Пелла за руку, Босх за другую, и вдвоем они одолели коротышку. Гарри снял цепь с шеи Харди, тот повалился вперед, ударился лицом о край противоположной скамьи и растянулся в проходе у ног Чу.

– Пусть сдохнет! Пусть сдохнет! – вопил Пелл.

Босх толкнул его на скамью и придавил всем своим весом.

– Дурак ты, дурак, Клейтон! Отправишься снова за решетку.

– Мне все равно. На воле у меня ничего нет.

Его трясло, и казалось, он разом потерял силу. Заплакал и, всхлипывая, повторял:

– Что б он подох! Что б он подох!

Гарри повернулся к проходу. Чу и помощник шерифа пытались оказать помощь Харди. Он то ли потерял сознание, то ли умер. Помощник шерифа щупал у него на шее пульс. Чу наклонился и слушал, есть ли дыхание.

– Нужен врач! – крикнул помощник шерифа водителю. – Быстрее! Не слышу пульса.

– Уже едет, – ответил водитель.

Услышав, что пульса нет, заключенные выразили ликование. Они гремели цепями и стучали ногами в пол. Босх так и не понял, знали они, кто такой Харди, или призывали к убийству потому что жаждали крови.