Крылья страха - Анна Данилова

– Конечно, позвони, пожалуйста…

Они переглянулись, и Юля заметила, как Надины губы тронула едва заметная и какая-то добрая усмешка. Надя подтрунивала над ней, она, быть может, завидовала ей самую чуточку.

– Игорь, если честно, то я выдохлась. Я уже не знаю, что мне делать. Кажется, всех расспросила, практически все имеющиеся версии отработала… остался только молодой человек, развлекавший сестер Казариных, да Лиза, которая, возможно, сумеет объяснить, что же произошло в ту злосчастную ночь и почему Лора неожиданно вернулась к себе домой… Крымов почти не помогает, он озабочен только одним: как бы уберечь Полину… Они все ждут от меня, точнее – от нас, какой-то грандиозной развязки… Но ее не будет. Моя интуиция молчит. И только с одним я не могу согласиться: как же можно вот так спокойно закрывать дело…

– У них еще масса времени, возможно, Корнилов не отступится, и они вместе с Сазоновым придумают какую-нибудь хитроумную комбинацию… Но на них явно давят сверху.

– Понимаешь, чует мое сердце, что это рука Сырцова… Но что может связывать Сырцова с Садовниковыми, с Лорой, наконец…

И Юля рассказала Шубину о своем звонке Сырцову и его реакции на голос псевдо-Полины.

– Никогда бы не подумал, что ты такая авантюристка! Да что же ты молчишь-то? Сырцов – это фигура! И если он так заволновался, значит, Полина ему чем-то насолила…

– Как ты думаешь, то, что он так активно распродает свою недвижимость, может быть связано с Полиной?

– Трудно сказать что-либо… Сырцов – прокурор, это власть, это страх, это глыба… А Полина кто? Актриска. Красивая, правда. Не думаю, что они могли быть как-то связаны… разве что на личной почве… Возможно, она пыталась шантажировать его какими-нибудь откровенными снимками с его и ее участием… Я не вижу между этими людьми ДРУГИХ точек соприкосновения…

– Ты все-таки думаешь, что они были любовниками?

– Коллекционировать мужчин, по-моему, единственное хобби этой женщины.

– Не знаю, Игорь, я уже, кажется, потеряла всякую способность соображать… Я не понимаю, за что можно было убить двух молодых и красивых людей… Кроме того, я не понимаю, почему так пассивен Сазонов… В принципе, конечно, это меня не должно касаться, поскольку мы ведем совершенно самостоятельное расследование, но то, что в деле появился Сырцов, наводит на некоторые размышления… Понимаешь, все было бы слишком просто, если бы они были любовниками… А рассчитывать на то, что Полина расскажет мне об отношениях с прокурором области, глупо. Она лишь рассмеется мне в лицо… «Да, – съехидничает она, – он тоже был моим любовником, и что дальше?» В конце-то концов, это ее личное дело… Вот если бы я попыталась связать ее с каким-нибудь проходимцем, человеком недостойным, неинтересным и небогатым, тогда бы она не стала бравировать подобной связью… А тут сам прокурор области!.. Ну все, хватит рассуждений… Мне не терпится взглянуть на квартиру этих троих покойничков, где, возможно, происходили не менее интересные и страшные вещи…

Надя, которая в это время как раз закончила разговор по телефону, сказала кому-то «до свидания» и положила трубку.

– Порядок, записывай: Казарин Илья Владимирович. Родной брат отца Лоры и Лизы. Есть даже адрес…

– Он что, и живет здесь?

– Нет, он живет в Москве. Записывай, Бескудниковский бульвар…

Юля записала адрес Казарина.

– Игорь, кто-нибудь из нас обязательно должен съездить к нему и поговорить… Между прочим, он тоже является родственником Лоры, а Лиза нам почему-то сказала, что у них больше никого из родни нет… Вот поеду к ней в гостиницу, заодно и спрошу… Я думаю, она пробудет здесь еще долго и не уедет до тех пор, пока не уладит все дела с наследством…

– Могу поехать я. Сейчас съездим к скверу Победы, посмотрим, что это за квартира… Я не думаю, что мы найдем там Риту… Все-таки центр города…

– После того как ты рассказал мне про Володю Сотникова, мне тоже начинает казаться, что все вопросы, связанные с исчезновением Риты, мы должны задавать именно ему. Потом я заеду к себе домой, посмотрю, как поживает Полина, затем отправлюсь в гостиницу и поговорю с Лизой…

– А если приедет Крымов, скажи ему, чтобы приготовил мне командировочные… – сказал Игорь, надевая куртку и направляясь к двери. – Пожелай нам ни пуха…

– Ни пуха… – улыбнулась Надя.

* * *

– Как ты собираешься открывать дверь? – спросила Юля Шубина, когда они поднялись на третий этаж солидного, сталинских времен, дома и остановились перед массивной дверью, обитой потертым дерматином.

– Старым, проверенным способом… – Шубин достал из кармана отмычки. – Тяжелое детство, деревянные игрушки…

– Ты обещал и меня научить…

– Говори потише, а то не хватало, чтобы нас застукали и позвонили в милицию…

– А ты бы сходил к Сазонову, попросил бы выделить тебе участкового…

– Участковый может быть подкуплен, поэтому обойдемся своими силами… Тем более что замочек-то оказался из легких… Проходи… – он открыл дверь и, легонько подтолкнув Юлю в спину, вошел вместе с нею в квартиру. – А квартирка-то немаленькая…

– Ты будешь разговаривать шепотом?

– Да, и тебе тоже советую. Вот только включу свет в прихожей.

Яркая лампа осветила длинный широкий коридор. Ремонт здесь делали лет десять тому назад. Старый, потемневший от времени и грязи паркет, обшарпанные желтые обои на стенах, выкрашенные коричневой краской двери, ведущие в большие и полупустые комнаты. Из открытого окна на кухне пахло дождем и мокрыми листьями. По квартире гулял ветер. «Идеальное место для убийства».

В квартире было необычно мало мебели – только самое необходимое: в каждой из четырех комнат по кровати или дивану, на кухне – буфет и стол с табуретами, в прихожей – большой шкаф, в ванной – корзина для грязного белья. Несколько стульев, вытертые ковры на полу… Все старое, пыльное, линялое.

В холодильнике, который, кстати, был включен, Юля обнаружила рыбные и мясные консервы, засохший батон, коробку с остатками яблочного сока, в морозилке – кусок колбасы… В буфете, как ни странно, было много конфет, засахаренных орехов, упаковок с финиками, инжиром и черносливом, банки со сгущенным молоком, шоколадной пастой, печеньем…

– Смотри, Игорь, какой странный набор…

– Да чего же тут странного, – Шубин достал коробку шоколада, раскрыл ее и зачем-то понюхал фигурные, уложенные в гофрированные розеточки конфеты, – просто кто-то из них ел колбасу, а кто-то предпочитал сладкое… Вот как я, например…

Одна конфета отправилась в рот.

– А я думаю, что дело не в этом. Все эти сладости наверняка предназначались для девушек, с которыми они развлекались. Пойдем дальше, я хочу осмотреть шкаф и постели. Уверена, что найду много интересного.

В шкафу на плечиках Юля увидела два халата – мужской и женский. На полках лежало несколько смен постельного белья с бирками прачечной, четыре одинаковые ночные рубашки, ситцевые, почти детские, в мелкий разноцветный горошек.